Андрей Егоров / Университет Спилорниса

Каждый раз, когда на совещании по бюджету кто-то говорит «давайте усилим инновационное направление», я задаюсь одним и тем же вопросом. О чём именно сейчас договорились присутствующие? ИТ-директор мысленно выделил средства на новую платформу. Руководитель розничного блока — на перезапуск мобильного сервиса. Риск-менеджер — на автоматизацию комплаенса. Слова прозвучали одни и те же, а смыслы за ними стоят разные. Это и есть точка, с которой начинается фрагментарность. Отсутствие единого определения инновации не позволяет сформулировать общий критерий отбора инициатив. Каждое подразделение действует в рамках собственной трактовки, и эти трактовки не пересекаются. Дальше из этого вырастают разрозненные техзадания, несопоставимые KPI и конфликты на этапе распределения ресурсов. Организация ещё не потратила ни рубля, а смысловая раздробленность уже заложена в архитектуру будущих решений. На мой взгляд, первична здесь именно договорённость о понятиях. Пока в компании не сложилось общего языка, любые управленческие инструменты будут надстраиваться над разобщённой основой. Контроллинг, портфельное управление, стратегические сессии — всё это работает только тогда, когда участники вкладывают в ключевые термины сопоставимое содержание. Без этого шага даже самые продуманные процедуры рискуют остаться формой, за которой нет единого смыслового ядра.

Когда проектные контуры замыкаются внутри подразделений, следующим закономерным шагом становится конкуренция за ограниченные ресурсы. Изолированные команды претендуют на одни и те же бюджеты, одних и тех же специалистов и одно и то же внимание руководства. При этом каждая группа исходит из собственных приоритетов и собственной логики обоснования. Горизонты планирования расходятся, критерии срочности не совпадают, а общего арбитра, способного сопоставить проекты по единой шкале стратегической значимости, в такой структуре просто не предусмотрено. Параллельно с конкуренцией запускается механизм дублирования. Разные подразделения, действуя автономно, начинают развивать схожие компетенции. Две команды одновременно осваивают аналитический инструментарий, три — заказывают разработку близких по функционалу цифровых решений. Базы данных множатся, не пересекаясь, техзадания пишутся независимо, а подрядчики привлекаются каждым департаментом по отдельности. На уровне всей компании это означает, что один и тот же объём работы оплачивается несколько раз. Накапливается и организационное трение. Руководители защищают свои проекты от пересмотра, воспринимая любую попытку координации как покушение на автономию. Сотрудники, вынужденные лавировать между конфликтующими приоритетами, теряют темп. Итогом становится среда, в которой ресурсы распределяются не по стратегической логике, а по силе лоббирования, а дублирование перестаёт замечаться, потому что отсутствует единый обзор всего портфеля инициатив. Организация платит за изоляцию дважды — деньгами и скоростью.

Вышла интересная новость о том, что у компании Рокстар (они создали серию игр ГТА) взломали сервера и украли данные о их управленческой отчетности. И далее компанию хотели шантажировать, но компания не стала платить мошенникам и украденную отчетность опубликовали в открытом доступе. И далее журналисты и блогеры описывают, что компания очень удачно использовала ситуацию и привлекла множество новых инвесторов, так как в украденной отчетности были позитивные финансовые данные, в том числе что каждый день компания зарабатывала по 1 млн долларов США за счет ГТА 5. Но вот что интересно, все почему-то описывают ситуацию только в позитивном ключе. "Компания классная и классно использовала ситуацию". И складывается ощущение, что это изначально маркетинговая стратегия компании по надувании своей стоимости, так как "чисто случайно" позитивные данные о деятельности компании попали в руки злодеев. Вот это совпадение. А еще почему-то все забывают про ключевую проблему: компанию взломали и украли данные. А это значит что у компании большие проблемы с безопасностью. И как можно доверять этой компании свои персональные данные, данные банковских карт и прочие данные, которые собирает игра. И вот тут возникает самый интересный, но старательно обходимый всеми вопрос: а кто сказал, что украли только управленческую отчетность? Злоумышленники, которые смогли забраться вглубь корпоративной сети, обычно скачивают всё, до чего дотянутся. Если наружу так красиво и «случайно» утекли таблицы с выручкой и показами ежедневного заработка в миллион долларов, то что осталось на руках у хакеров? Где гарантии, что вместе с этой «позитивной отчетностью» не утекли базы данных пользователей, их логины, пароли, а то и привязанные банковские карты? Но эту часть истории почему-то никто не обсуждает. Все пафосно пересказывают сказку о том, как компания ловко превратила провал в триумф: не поддалась на шантаж, хакеры выложили цифры, инвесторы восхитились, акции пошли вверх. Красиво. Подозрительно красиво. Такое ощущение, что общественности скормили ровно ту часть правды, которая работает как бесплатная реклама перед крупным размещением акций или продажей доли. Ни тебе расследования инцидента, ни криков о компрометации внутреннего периметра, ни технических деталей — просто «смотрите, какие мы богатые и гордые, нас шантажируют, а мы не платим». На месте инвесторов я бы, наоборот, напрягся. Мало того, что контора не умеет защищать свои цифровые границы, так она еще и выставляет это как пиар-победу. Сегодня увели отчет о прибыли, а завтра уведут исходный код нового проекта или данные, которые игра собирает о миллионах своих пользователей. Рокстар ведь известна своим тотальным сбором информации через игровые лаунчеры, привязкой ко множеству сервисов — там настоящий цифровой слепок человека. Если защита «порвалась» в одном месте, где уверенность, что она не трещит по швам везде?

Увидел недавно новость и хайп от блогеров о том, что сегодня на воспитание ребенка нужно около 30 млн рублей с рождения и до 18 лет. Звучит дико и я решил оценить жизнеспособность этого утверждения. Давайте по порядку. Сначала попробуем оценить сколько денег зарабатывает средний человек в России. Попробуем с точки зрения экономически активного населения и их зарплат. В России Экономически активное население - это 75,3 млн человек, средняя зарплата примерно 100 000 рублей, а если вычесть НДФЛ, то примерно 87 000 рублей. А это значит что люди в среднем могут располагать примерно 6,55 трлн руб. в месяц В России примерно 30 млн детей до 18 лет. А значит вот прям максимум если поделить, то на 1 ребенка взрослые могут дать примерно 218 370 рублей в месяц или 2,6 млн рублей в год или примерно 47,1 млн рублей за 18 лет. Звучит красиво, но вообще-то у людей есть свои "хотелки", есть аренда, платежи по кредитам, покупка еды и т.д. Плюс не у всех людей есть дети. А теперь давайте возьмем просто обычную среднестатистическую семью: Папа, Мама, 2 ребенка (семья, которая продолжит свой род в неизменном количестве). Допустим оба родителя работают и зарабатывают среднюю ЗП в 100 000 рублей, т.е. на семью приходится примерно 200 000 рублей (Это не значит что у всех так, просто идеальная среднестатистическая, чисто для расчета нормального максимума). Из этих денет не менее половины уходит на обязательные расходы (аренда, ипотека, жкх, инвестиции). И остается примерно 100 000 рублей на 4 человек, или примерно по 25 000 рублей на человека в месяц. Это все что не касается обязательных платежей - еда, образование, медицина, поездки, кружки и т.д. и т.п. 25 000 рублей в месяц - это примерно 300 000 рублей в год или 5,4 млн за 18 лет. И да, давайте вспомним про инфляцию и рост зарплат. Давайте учтем это. В среднем ЗП растут примерно на 10,9% в год а средняя инфляция примерно 6,9% в год, т.е. через 18 лет к 2043 году средняя зарплата достигнет примерно 577 544 рубля, а расходы в месяц на ребенка будут составлять в год его 18 летия - 144385 рублей в месяц. Таким образом мы накопим расходов на ребенка за все 18 лет примерно в размере 14,9 млн рублей. Сумма не маленькая, но не 30 млн как заявляют блогеры и журналисты. А теперь снова вспомним про инфляцию. Для простоты возьмем среднюю инфляцию в 6,9%. И если пересчитать, то получим примерно 9,6 млн рублей за 18 лет в ценах на начало 2026 года. И это идеальная среднестатистическая семья. Если мы возьмем медианную зарплату, то она меньше где-то на 30-40%, а значит и расходы на ребенка будут на эти же 30-40% меньше. Нашел статью в НИФИ по гос расходам на детей - в 2023 году государство выделило 8,7 трлн рублей в интересах детей или около 288 тысяч на ребенка в год, что в целом сопоставимо с теми цифрами идеальной семьи, тратящей по 25 тысяч в месяц на ребенка. Ну т.е. если взять номинальные суммы, то семья + государство = 30 млн рублей на ребенка за 18 лет, а в ценах на начало 2026 года = 19,2 млн рублей расчеты в чате: vk.com/...f=1 А сколько денег вы вкладываете в своих детей?

Увидел недавно пост про то, что можно инвестировать 200 рублей в день и через 15 лет получать 100 тыс. рублей в месяц, что будет неплохой добавкой к пенсии. И я решил проверить эти цифры. Захотелось ясности. Условия простые. Каждый месяц мы вкладываем 6 000 рублей (это те же самые 200 рублей в день, просто так удобнее считать). Срок возьмем побольше, чтобы дать больше шансов методу — 20 лет. Доходность портфеля беру текущие - примерно 10% годовых, уже после вычета НДФЛ и с оглядкой на рыночные и кредитные риски (доходность может быть выше в отдельные года, но она может меняться по разному в разные года в зависимости от конъюнктуры рынка, но, из-за особенностей денежного рынка [vk.com/...5], в среднем будет стремиться к ставке ЦБ). Инфляцию ставлю 7% годовых, что близко к тому, что мы видим сегодня и последние лет 10 точно. Через 20 лет мы получим: — Общая сумма пополнений: 1 440 000 рублей. — Номинальный размер портфеля: около 4 310 000 рублей. — Ежемесячный доход с этого портфеля: около 30 000 рублей (если 20 лет только класть деньги на счет, а снимать только прибыль и не раньше чем через 20 лет). Нужно учесть тот факт, что за два десятилетия цены при инфляции 7% вырастут примерно в 3,5 раза, а значит будущие 30 000 рублей по покупательной способности будут равны сегодняшним 8 500–9 000 рублей. Если допустить инфляцию в 4% (цель Центробанка, которую мы пока не наблюдаем), эквивалент составит около 15 000 рублей в сегодняшних деньгах. Для получения ежемесячно 100 000 рублей в нынешней покупательной способности нужна доходность около 20% годовых при инфляции 4%. Либо пополнения должны быть заметно больше. Среднестатистическому человеку без глубокого погружения в финансы первое недоступно, а второе меняет весь смысл изначальной идеи про «лёгкие деньги». Чтобы при нормальных условиях и стандартных рисках получать через 20 лет 100000 руб в сегодняшних деньгах, необходимо ежемесячно вкладывать примерно 60-70% от этой суммы ежемесячно. Ну т.е. если хотим 100 рублей прибыли, нужно вкладывать ежемесячно 60-70 рублей, хотим 1 млн в месяц - нужно ежемесячно вкладывать 600-700 тысяч. Инвестиции — разумный путь. Возражений нет. Но все же обещание беззаботного богатства «играючи» скорее вредит. Новичок поверит, что достаточно перечислять мелочь и всё сложится само. Когда реальность разойдётся с ожиданиями, появится разочарование и желание назвать рынок лохотроном. Путь тупиковый. Инвестиции требуют финансового взросления, роста грамотности и постепенного увеличения капитала без резких движений. И если подходить к делу осознанно, то через 20 лет появятся основания для гордости за себя. эксель с расчетами в чате vk.me/...2i= Считайте, проверяйте, моделируйте.

Увидел сегодня новость, что "Средний размер пенсии в России в апреле 2026 года составил 25 397 рублей." и стало интересно, а мало ли это? Очевидно, что мало, но тут есть интересный нюанс - это соответствует средней номинальной зарплате 2012 года (26 629 рублей в месяц), т.е. по номинальной стоимости средняя пенсия равна средней номинальной зарплате 14 лет назад. Однако если учитывать реальную стоимость денег, то ситуация немного иная. Проблема в том, что на 100 рублей в 2012 году можно было купить товаров и услуг в 2,6 раза больше чем сейчас, а значит на те 26 тысяч рублей в 2012 году можно было купить столько же, сколько сейчас за 69715 рублей. А вот чтобы сегодняшняя пенсия была по реальной стоимости равна средней зарплате, то нужно посмотреть на 2001 год, когда номинальная зарплата была на уровне примерно 3240 рублей, что сопоставимо с сегодняшними 26-27 тысяч рублей. А значит что сегодняшняя пенсия почти на 100% по своей стоимости соответствует средней зарплате в 2001 году (примерно четверть века). *в тексте я говорю только про средние суммы. очевидно что всегда есть тот у кого сумма больше, а у кого меньше, плюс необходимо учитывать наличие современных технологии и дополнительные аспекты которые меняют жизнь как в лучшую, так и в худшую стороны.

Цифровая идентичность и защита данных? Какой взгляд ближе всего к вашему мироощущению? Делитесь в комментариях Цифровые профили, биометрические слепки и персональные данные стали частью повседневной хозяйственной жизни. Банки узнают клиентов по лицу, платформы подбирают предложения под характер пользователя, государственные сервисы выстраивают учёт на основе единых идентификаторов. Одновременно с удобством возникает вопрос о том, кто и как охраняет эти сведения и что происходит, когда их анализирует искусственный разум. Экономическая наука рассматривает безопасность цифровой идентичности с нескольких сторон, и в этих взглядах отражаются как надежды на рост и порядок, так и опасения по поводу скрытых угроз. Ниже приведены отдельные объяснения. Безопасность как сфера добровольных соглашений Одно из объяснений видит в защите данных продолжение права частной собственности. Каждый человек владеет сведениями о себе и волен по своему усмотрению передавать их другим на условиях, которые считает приемлемыми. Рынок предлагает сервисы, помогающие хранить тайну переписки, управлять доступом к биометрии и отслеживать использование профилей. Взаимодействие множества продавцов и покупателей таких услуг создаёт среду, где надёжность охраны растёт в ответ на спрос, а внешние предписания воспринимаются как помеха добровольному порядку. Безопасность как опора общего доверия Другой подход связывает защиту цифровой личности с устойчивостью всего хозяйства. Когда люди уверены, что их данные не будут использованы им во вред, они охотнее участвуют в цифровой торговле, пользуются удалёнными услугами и вкладывают средства в новые технологии. Подрыв этой уверенности способен снизить покупательную и деловую активность. Поэтому поддержание правил игры и надзор за их соблюдением со стороны государства рассматриваются как способ сохранить доверие, питающее повседневный хозяйственный оборот. Безопасность как арена столкновения интересов Существует взгляд, сосредоточенный на том, кому выгодны действующие и предлагаемые нормы охраны данных. Регулирование часто пишется под давлением крупных IT-компаний, силовых ведомств или профильных чиновников. Под видом заботы о гражданах могут закрепляться такие правила, которые открывают доступ к бюджетным средствам для избранных поставщиков решений или создают барьеры для новых участников рынка. В такой картине разговоры о безопасности служат ширмой для перераспределения выгод в пользу устоявшихся групп. Безопасность как часть классовых отношений Ещё один взгляд обращает внимание на глубинный сдвиг в характере собственности. Личная биометрия, история покупок, перемещений и общения превращаются в сырьё, которое без прямой оплаты изымается у миллионов людей и обрабатывается ради прибыли владельцев платформ. Искусственный разум усиливает эту способность, позволяя строить подробные портреты и управлять поведением. Цифровая безопасность в такой трактовке становится формой отстаивания собственного времени и личности против безвозмездного отчуждения в пользу крупного капитала. Безопасность как источник новых уязвимостей Согласно ещё одному объяснению, повсеместное внедрение искусственного разума в обработку данных создаёт среду с повышенной непредсказуемостью. Утечка сведений, совершённая в одной точке, способна вызывать цепные последствия — от оттока клиентов у банков до резких колебаний на рынках. Доступ злоумышленников к биометрическим базам может обрушить целые системы идентификации. В этих условиях охрана цифровой личности перестаёт быть частным делом и требует государственных страховочных механизмов, смягчающих разрушительные волны при прорывах защиты. Безопасность как элемент правил игры Одно из направлений мысли делает упор на правовую и конкурентную основу. Главная угроза исходит от сосредоточения данных в руках немногих — будь то частные платформы или само государство. Строгие и прозрачные законы, ограничивающие сбор и использование сведений, позволяют сохранять свободу выбора и предотвращать злоупотребления положением. При должных рамках защита персональных данных превращается в одну из несущих о

Недавно я нашел официальную подборку нормативных актов, размещённую на ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации и регламентирующую порядок назначения выплат гражданам в связи с рождением ребенка. У меня возникло желание проанализировать фактический объём финансовой поддержки государства при рождении ребёнка. Исключив из расчёта налоговые льготы, материальную и иную помощь, я сосредоточился исключительно на 16 видах федеральных пособий по БиР, администрируемых СФР. Для обеспечения прозрачности и удобства я систематизировал полученную информацию в формате детальных таблиц. Надеюсь, что данные материалы окажутся полезными вам. В качестве базового сценария я рассмотрел пример трудоустроенной женщины с доходом, немного превышающим средний региональный показатель. Согласно действующему законодательству, данная категория граждан вправе претендовать на 5 из 16 предусмотренных выплат. Совокупный размер финансовой поддержки (до 1,5 лет ребенка) достигает ориентировочно 2 000 000 рублей (около 25 000 долларов США по курсу 80 руб/доллар), из которых около 700 000 рублей составляют средства материнского капитала. Безусловно, всегда хочется больше, однако указанная сумма отражает существенный уровень государственных гарантий. Файлы выложил на канале: vk.me/...2i= Каково Ваше мнение относительно действующих мер поддержки? Буду признателен за профессиональные и личные комментарии.

https://vk.com/andreyjegorov?z=video-227139950_456239040