Дневник журналиста

Эта история произошла несколько дней назад. Не со мной. Но мне разрешили опубликовать её на своём канале. Рассказ о коробке конфет - ничто по сравнению с мировой революцией и даже с тем, что делают наши волонтёры для фронта и для победы...

В голове - одни маты. Не успела справится с остеонекрозом нижней челюсти, как в моём тщедушном, измученном раком, теле обнаружился сифилис. «Не понос, так золотуха», - сказала бы моя бабушка. О том, что у меня положительная MR-реакция, я узнала от участковой медсестры, когда пришла в онкодиспансер за направлением на следующую таргетную терапию. Наверное, мои глаза в этот момент вылезли из орбит от удивления, но медработник абсолютно невозмутимым голосом сказала: – Да вы не волнуйтесь: думаю, что это ложноположительная реакция...

Больше года прошло после удаления зуба, а лунка не заживает. В чём причины? Что делать? И как такого не допустить? Делюсь своим опытом, потому что у меня была именно такая проблема на фоне лечения метастатического РМЖ золедроновой кислотой. То, что дело в золедронке, я поняла слишком поздно. Но обо всём по порядку. В декабре 2023 года я начала приём золедроновой кислоты. Её назначили московские врачи как часть противоопухолевого лечения: у меня метастазы в костях. Препарат я получала в виде капельниц...

Плохая новость. Противоопухолевый препарат трастузумаб дерукстекан (энхерту) уже в третий раз не включён в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарств (ЖНВЛП). Такое решение 10 февраля 2026 года приняла специальная комиссия Минздрава РФ, сообщили СМИ. «Энхерту» показан к применению в третьей линии терапии метастатического Her2-положительного рака молочной железы. Причина банальная: финансовая. Хотя в 53 регионах согласились оплачивать лечение РМЖ этим препаратом, в 26 опасаются непосильной нагрузки на местный бюджет...

«На таргете и лучевой терапии вы продержались больше года. Но появились новые метастатические очаги. Если учесть, что за каждым единичным метастазом бегать с лучами мы не сможем, то пора сменить препараты», - услышала от врача в онкоцентре имени Герцена. Идёт восьмой год моей жизни с диагнозом «рак». Коварная болезнь не перестаёт гастролировать по моему организму, менять маски и запугивать новыми «номерами». Однако, по словам главного онколога Миздрава России Андрея Каприна, "Рак – это сложная, но решаемая медицинская задача"...