Выживший после рака (Сancer survivor)

Буду подопытным кроликом. Подписала соглашение с российской фармкомпанией об участии в КИ (клиническом исследовании) нового противоопухолевого препарата. Это не оригинальное лекарство - а биосимиляр (биоаналог), того самого известного таргета анти Her 2-терапии, который нужен мне позарез. Но у меня нет выбора. Это мой последний шанс - проверить на себе новую разработку. Этой фотке 13 лет. Но она про меня сейчас. В горизонтальном положении и жду у моря погоды. Только на снимке - у водоёма в Белоусовском парке Тулы, а в реальности - в постели...

Сижу в клинике. Лысая с отёчным от гормонов лицом. С иглой в теле над ключицей – под капельницей. С назойливыми мыслями о том, что в 64 года при росте 164 см и весе 64 кг иметь 64 химии в анамнезе – антирекорд. Что дальше, наверное, будет только хуже – рак не желает сдаваться. Чувствую себя измученным растением, песчинкой, забытой Богом, марафонцем на изматывающей дистанции с неизвестной точкой финиша... Но тут приходят они – люди с красными носами в ярких одеждах. Говорят что-то доброе, часто – забавное и смешное, даже поют, порой молчат, слушают, вдруг осыпают мыльными пузырями...

Пришла новость с пометкой «Молния!», как принято говорить у нас, у журналистов. 7 августа комиссия Минздрава одобрила внесение противоопухолевого препарата трастузумаба дерукстекана (торговая марка «Энхерту») в перечень ЖНВЛП (жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов). Это значит, что государство берёт на себя ответственность за доступность лекарства для пациентов, и на него распространяются специальные правила ценообразования и закупок. Другими словами, онкобольные смогут получать его по полису ОМС! Уважаемые читатели, всем привет! Я слова лысая...

«Заболевание – раздрай в организме, как в басне Крылова». «Болезнь – моя любимая, заменила отца и мать». «Страшна беда, что с нами случилась, если мы сдались ей на милость». «Наши диагнозы – тяжёлые сумки, их нужно передать в руки Бога». Друзья, это утверждения из интервью с модным нынче целителем Михаилом Агеевым. Они меня зацепили, заставили задуматься и поделиться с вами. Справка. Михаил Агеев – психолог и парапсихолог, энерготерапевт и исследователь энергетических возможностей человека, основатель Школы личностного и энергетического развития...

В голове - одни маты. Не успела справится с остеонекрозом нижней челюсти, как в моём тщедушном, измученном раком, теле обнаружился сифилис. «Не понос, так золотуха», - сказала бы моя бабушка. О том, что у меня положительная MR-реакция, я узнала от участковой медсестры, когда пришла в онкодиспансер за направлением на следующую таргетную терапию. Наверное, мои глаза в этот момент вылезли из орбит от удивления, но медработник абсолютно невозмутимым голосом сказала: – Да вы не волнуйтесь: думаю, что это ложноположительная реакция...

Больше года прошло после удаления зуба, а лунка не заживает. В чём причины? Что делать? И как такого не допустить? Делюсь своим опытом, потому что у меня была именно такая проблема на фоне лечения метастатического РМЖ золедроновой кислотой. То, что дело в золедронке, я поняла слишком поздно. Но обо всём по порядку. В декабре 2023 года я начала приём золедроновой кислоты. Её назначили московские врачи как часть противоопухолевого лечения: у меня метастазы в костях. Препарат я получала в виде капельниц...