Дневник Айтишника.

Про то, почему у России нет своего аналога ASML, на канале уже был отдельный разговор — с капельками расплавленного олова, зеркалами Zeiss и десятилетиями накопленной экосистемы поставщиков. У этой истории есть неожиданное продолжение с другой стороны технологической цепочки: одним из ключевых расходных материалов для тех самых литографических машин, которых у России нет, долгие годы служил газ, который в значительной степени и физически происходит из России, — неон. Разберёмся, как эта странная...

Про экспорт российских дата-центров на канале уже был разговор — там речь шла о том, что в Сибири и на Дальнем Востоке электричество вдвое дешевле, чем в Китае, а охлаждение почти бесплатное восемь-девять месяцев в году. Но у этой же медали есть оборотная сторона, разворачивающаяся прямо сейчас, в 2026 году, в самом сердце российского рынка ЦОД — в Москве: строительная часть дата-центра давно отработана и не представляет особой инженерной загадки, а вот получить на него гарантированное электричество внезапно стало едва ли не более сложной задачей, чем сама стройка...

Когда показывают новый российский спутник связи, почти всегда снимают одно и то же: чистый цех, аппарат в золотистой теплоизоляции, солнечные панели, ракету на стартовом столе. Именно спутник воспринимается как главное достижение. Логика понятная — если аппарат сделали и вывели на орбиту, значит спутниковая система почти готова. Но это очень обманчивое впечатление. Сам спутник может прекрасно работать на высоте сотен или десятков тысяч километров и при этом быть практически бесполезным, если на Земле нет оборудования, способного нормально с ним разговаривать...