Авторские рассказы | Диана Евлаш

Когда зазвонил телефон, Галина жарила блины. Степан ещё спал. Вчерашний корпоратив в компании затянулся до пяти утра. Женщина убавила огонь и взяла трубку. — Галочка, привет! — голос Светланы, жены их партнёра Игоря, звучал бодро и чуть хрипловато. — Как дела? Не разбудила? — Привет, Светик. Нет, я уже давно встала. Степке завтрак готовлю. — Ой, а мой вообще как убитый спит. Хоть бы к обеду проснулся! — засмеялась Светлана. — Вчера так оттянулись! Передать не могу! А ты не жалеешь, что не пошла? Мне кажется, что тебе очень бы понравилось! Галина замерла с лопаткой в руках...

Дедушка умирал в октябре, когда за окном шуршали желтые листья и целый день лил дождь. В его комнате было тихо и спокойно. Анжела сидела рядом с кроватью, держа его холодную руку, и слушала прерывистое дыхание. Врачи говорили, что ему остались дни, может недели. — Анжелка, — старик повернул к ней голову, и она сразу заметила, как трудно дедуле говорить. — Наклонись ближе. Внучка наклонилась, ощущая запах его одеколона «Шипр», которым он пользовался всю жизнь. — Хочу тебе кое-что сказать... Важное… — Дедуль, не надо сейчас...

Майское солнце заливало кухню золотистым светом, а за окном уже вовсю цвели яблони. Я замешивала тесто для оладий, напевая под нос любимую песню. Настроение было отличное. Выходные всегда действовали на меня умиротворяюще, особенно когда удавалось выспаться и никуда с утра не спешить. Серёжа ушёл в магазин за молоком и хлебом, а я решила побаловать его завтраком. За двадцать пять лет брака я изучила все его слабости: оладьи со сметаной и вареньем — одна из главных. Через полчаса во входной двери щелкнул замок...

В зеркале в номере люкс отражалась идеальная невеста. Платье цвета шампанского безупречно сидело по фигуре, макияж выглядел естественно, но торжественно, прическа держалась крепче моих нервов. Через два часа я должна была стать женой Максима Воронцова, с которым встречалась три года и жила последние восемь месяцев. — Лиза, можно? — в дверь постучала Инга, сестра Максима. Я знала её два года, и за всё это время она ни разу не обратилась ко мне по имени. Только «девочка», «милая» или вообще никак. — Конечно, заходи...

Я стояла на балконе и смотрела, как Данила загружает в такси два огромных чемодана. Еще час назад он кричал, что я жадная и мелочная, что настоящая жена должна понимать и поддерживать. А теперь собирал вещи с лицом обиженного подростка, которого несправедливо наказали. — Надя, ты же понимаешь, что поступаешь как дура? — бросил он напоследок, стоя в дверях. — Мать больная, ей нужны лекарства. Я кивнула, продолжая разглядывать узор на шторах. Галина Петровна действительно больная… больная жадностью и манипуляциями...