Давид Цитин

Московские школьники под конец 1978 года остались без уроков, и многие из них "грелись" мороженым. Его держали в магазинных холодильниках при -18, а на улице стоял мороз вдвое сильнее. Москва к морозам привыкла давно, но в эти дни город столкнулся с холодом, на который его просто не рассчитывали. В одних квартирах на стенах изнутри выступал иней, в других праздничный стол освещали свечи. А в одном из новых районов люди выходили из домов и жгли костры прямо на улице. Декабрь в тот год выдался почти бесснежным, осадков выпало меньше половины обычного...

В пионерлагерях "Вий" крутили и через 20 лет после премьеры, и страшно на этих сеансах становилось даже главным хулиганам отряда. Летающий гроб из детских страшилок там можно было увидеть своими глазами. Ужасы в СССР искусством не считались, поэтому других таких фильмов страна так и не сняла, и "Вий" остался единственным. Только кошмары советским детям приносили не одни гоголевские упыри. Страх приходил и из фантастики, и из новогодних сказок, и особенно из мультфильмов, которые показывали по телевизору...

Мать ханаанского полководца стоит у зарешёченного окна, всё ждёт, когда на дороге покажутся колесницы сына, и не может понять, отчего он задерживается. Служанки находят объяснение: победители заняты дележом, на каждого воина придётся одна пленница, а то и две, а самому полководцу достанется пёстрый наряд с вышивкой на обе стороны. Сына звали Сисара. Он командовал войском царя Иавина и 20 лет держал израильтян в страхе. Пока мать его высматривала, полководец уже лежал мёртвым в чужом шатре. Одолел его не вражеский военачальник, а жена кочевника с молотком в руке...

Во всём Новом Завете ей досталась ровно одна фраза. Утро суда, римский наместник Иудеи Понтий Пилат сидит на судейском возвышении, а внизу толпа решает, кого отпустить на праздник: разбойника Варавву или Иисуса. В эту минуту к Пилату приходят от его жены и передают: "Не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него". Больше о ней в Евангелии нет ни слова. Ни имени, ни возраста, ни того, что с ней стало потом. Эпизод есть только у Матфея, остальные три евангелиста о нём молчат...

Чтобы уйти на отдых с советским "потолком" в 120 руб., мало было проработать всю жизнь. Нужно было получать не меньше 240 руб. в месяц, а средняя зарплата в 1980 году держалась около 170 руб. Человек с зарплатой 50 руб. в 80-х выходил на пенсию с теми же 50 руб., а тот, кто получал 300 руб., терял 60% дохода. За знаменитой вилкой от 50 до 120 руб. стоит формула, по которой одним пенсия почти равнялась зарплате, а другим срезала её больше чем вдвое. До войны государство платило по старости лишь двоим из 100 пожилых людей...