Твоя Дача

— Я сегодня готовить не буду. В холодильнике макароны с мясом. Кому надо, разогрейте. Я сказала это из прихожей, ещё не сняв рабочую куртку. После смены в заводской столовой хотелось вымыться и лечь хотя бы на полчаса. Сегодня нас было четверо вместо шестерых. Я отстояла раздачу, потом домывала противни за заболевшую мойщицу. Валентина Борисовна сидела на кухне. Она набивала бумагой промокшие кроссовки Матвея. Матвею исполнилось двадцать. Он с недавних пор подрабатывал велокурьером, и его обувь теперь сушили всей семьёй...

Осенью огород после уборки урожая выглядит не слишком нарядно: ботва, сорняки, плотная земля, кое-где торчат корни. Самое время привести грядки в порядок и подготовить почву к следующему сезону. Но перекопка — это не соревнование, кто глубже воткнёт лопату. Если делать всё бездумно, можно только испортить землю. Лучше всего копать после уборки урожая, но до затяжных дождей и сильных заморозков. Земля должна быть умеренно влажной. Если она липнет к лопате тяжёлым комом, подождите несколько дней. По сухой почве тоже работать трудно — придётся разбивать каменные глыбы...

Я стояла у окна нашей кухни, глядя на просыпающийся московский двор. Солнце только начинало пробиваться сквозь кроны старых лип, освещая детскую площадку, где уже бегали первые школьники. В квартире было тепло, чисто и спокойно. На столе лежал аккуратно сложенный школьный рюкзак Максима, рядом — его учебник по математике, открытый на нужной странице. Паша, мой муж, сидел за столом, доедая тост с авокадо, и листал новости в телефоне. — Маша, ты видела? Пробки на ТТК опять стоят, — сказал он, не отрываясь от экрана...

После смены я обычно раздевалась ещё в прихожей: расстёгивала жилетку, снимала рабочие туфли и босиком шла до ванной. В тот вечер тапочек на месте не оказалось. Я сунула руку в нижний ящик комода, где держала запасные носки, и нащупала упаковку пелёнок. Верхние ящики тоже были заняты. Моих вещей я не увидела нигде. — Серёж, а где всё? Муж вышел из спальни с разобранной дверной ручкой. Нажал на язычок, повернул, попробовал ещё раз. Ручка заедала. — Я наверх отнёс. Ты проходи, только здесь не цепляйся...