💔 Диана Раневская ❤️ Любить нельзя терпеть

Чайник на кухне свистел уже вторую минуту, но у меня не было сил даже поднять руку, чтобы выключить конфорку. Я сидела на табуретке, обхватив плечи, и смотрела на трещину в кафеле. Внутри было так же пусто, как в холодильнике после прихода Андрея. Мой муж обладал удивительным талантом — он съедал все, не оставляя даже крошки, и при этом умудрялся спрашивать: «Диан, а что у нас на ужин?». Я чувствовала, как внутри меня что-то медленно умирает. Это не была внезапная смерть, скорее долгое, мучительное угасание...

Запах в нашей квартире теперь всегда один и тот же — смесь детской присыпки, кислых срыгиваний и вечного, неистребимого перегара от подгоревшей каши. Я смотрела на трещину на своей любимой кружке и чувствовала, как внутри меня медленно, по миллиметру, натягивается струна. Сын не затихал уже четвертый час. Его крик не был похож на человеческий голос, это была сирена, прошивающая мозг насквозь. Мои волосы, собранные в тугой и грязный пучок, казалось, болели у корней. Я не помнила, когда в последний раз ела сидя...

Холодный чай в моей кружке покрылся едва заметной пленкой, но я продолжала смотреть на него, боясь поднять глаза. На кухне пахло ванильным сахаром и чем-то еще — тревожным, металлическим, как запах грозы перед первым ударом молнии. Напротив меня сидела Оксана, возбужденно размахивая руками. Она рассказывала о свадьбе, о том, какие цветы выбрала для букета, и как ей повезло, что Артем так быстро вошел в нашу семью. — Диан, ну ты чего такая кислая? — Оксана легонько толкнула меня в плечо. — Сама же говорила, что Артем — идеальный вариант...

В висках стучало так, будто кто-то забивал там ржавые гвозди. Я стояла у плиты, помешивая соус для лазаньи, и чувствовала, как пол под ногами медленно превращается в палубу корабля во время шторма. Перед глазами плыли серые пятна. — Диана, ну ты скоро? — Игорь заглянул на кухню, поправляя накрахмаленный воротничок рубашки. — Гости придут через полчаса. Шеф с женой, партнеры... Ты же понимаешь, как для меня важен этот вечер. — Игорь, у меня с утра голова кружится, — я попыталась сфокусировать взгляд на муже, но он двоился...

Осень в этом году выдалась на редкость промозглой. Я стояла на остановке, чувствуя, как ледяная вода медленно просачивается сквозь подошву правого кеда. Старая трещина, которую я трижды заливала суперклеем, окончательно сдалась. Нога онемела, а впереди было еще сорок минут пути и целый рабочий день в библиотеке. Я посмотрела на свои руки в тонких перчатках. Вчера я получила зарплату. Небольшую, но мою. Я уже распланировала: куплю те теплые ботинки на распродаже, которые присмотрела неделю назад, и еще останется на зимний комбинезон для дочки...