Дорохин Роман

Прошлой осенью весь финансовый мир обсуждал новость из китайской провинции Хунань: геологи нашли одно из крупнейших золотых месторождений в истории. Китай ликует, рынки реагируют, аналитики считают последствия. А я подумал о другом. В Иркутской области, у реки Лена, тридцать лет лежит месторождение ещё больше. И никто особо не ликует. В округе Пинцзян геологи подняли образцы, на которых золото было видно просто так, без приборов. Такое бывает редко. Разведанные запасы — больше 300 тонн, общая стоимость около 83 миллиардов долларов...

Дочь народного любимца, голос из каждого радиоприёмника девяностых, Соня из «Бальзаковского возраста» — та самая, которую все жалели и которой все завидовали одновременно. За кадром: выкидыш в больничной палате, чиновник, организовавший травлю беременной женщины, и двое сыновей, которые выросли и уехали — один в Израиль, другой в Англию. Сейчас ей 58. Живёт одна. Говорит, что так и задумано. Это две разные истории, хотя происходили с одним человеком. При рождении её назвали Аллой — в честь матери, радиожурналистки Аллы Смеховой, которая держала дом и растила двух дочерей...

Есть такой тип женщин — их не сломать. Не потому что они из железа, а потому что жизнь так рано начала их гнуть, что они научились стоять там, где другие падают. Ирина Ракшина из таких. Широкой публике она знакома как Зинка из «Брата» — та самая, что приютила раненого Данилу Багрова. Петербургские театралы знают её иначе: заслуженная артистка, лауреат «Золотого софита», почти сорок лет на одной сцене. Люди, следящие за светской хроникой, слышали третью версию: жена Юрия Гальцева, которая много лет делит мужа с другой женщиной и при этом говорит, что всё в порядке...

Есть актрисы, которые играют роли. А есть те, у кого роль и жизнь перепутались так, что уже не разобрать, где заканчивается одно и начинается другое. Елена Сафонова — из вторых. Её героиня в «Зимней вишне» любила не того, ждала напрасно, тянула всё сама. Зрители плакали и узнавали себя. Никто не знал, что у актрисы за кадром творилось кое-что похожее — только без музыки и монтажа. Ей сейчас под семьдесят. За спиной — два мужа, два сына, две страны. И тишина московской квартиры, в которой она живёт одна...

Если вы следите за Дмитрием Маликовым хотя бы изредка — в телевизоре, в новостях, в соцсетях — вы наверняка видели его семью. Жена Елена, молодая дочь Стефания, маленький сын Марк. Все на виду, все улыбаются в камеру. Но есть ещё одна дочь. Старшая. Та, которую почти никогда не показывают. Её зовут Ольга Изаксон. Ей сорок лет. И её история куда интереснее, чем кажется на первый взгляд. В 1992 году маленькой Оле было семь лет. Её мама, Елена, рассталась с мужем — крупным бизнесменом Сергеем Изаксоном...