Фаворит

— Царь жив! Тесей возвращается домой! — прокричала служанка, врываясь в покои, где Федра все еще не могла прийти в себя после унизительного отказа пасынка. Только что она излила душу двадцатилетнему Ипполиту, призналась в безумной страсти, умоляла о взаимности. А юноша посмотрел на нее как на прокаженную и скрылся из дворца, даже не удостоив ответом. Теперь же выясняется, что муж, которого полгода считали погибшим, жив-здоров и уже въезжает в город. — Что теперь будет? — простонала Федра, хватаясь за голову...

В сыром каземате тюрьмы Шатле корчился от боли человек, который ещё утром считал себя верным слугой своей госпожи. Риконе, камердинер герцогини де Шатийон, уже не помнил, сколько раз палач поворачивал винт дыбы. Боль стёрла границы времени. А напротив, в кресле из красного дерева, сидел его мучитель. Аббат Базиль Фуке неторопливо макал гусиное перо в чернильницу. На столе перед ним лежали два документа. В первом написаны страшные обвинения: герцогиня готовила покушение на всесильного кардинала Мазарини, обещала наёмнику десять тысяч экю золотом и уже передала две тысячи задатка...

Семнадцатого мая 1609 года в соборе Парижской Богоматери звучали торжественные гимны, а в первом ряду король Генрих IV улыбался как кот, который вот-вот доберется до сметаны. Роскошная свадьба принца Конде с юной красавицей Шарлоттой де Монморанси обходилась казне в баснословные деньги, но монарх не скупился. Еще бы! Ведь он считал себя главным бенефициаром этого союза. В договоре значилось, что жених получает сто тысяч франков в год "на развлечения", невеста становится принцессой, а король... ну а король обретает молодую любовницу под боком у покладистого мужа...

Июльским утром 1202 года за крепостными стенами замка Мирабо происходило то, что можно было бы назвать семейной встречей, если бы не одна деталь: внук пришел убить бабушку. В главной башне, там, где обычно хранили зерно и золото, сидела восьмидесятилетняя Алиенора Аквитанская. Женщина, которая была королевой Франции, потом королевой Англии, мать РичардаЛьвиное Сердце и матушка нынешнего короля Иоанна. За толстыми каменными стенами орудовали пятнадцатилетние рыцари, и впереди них скакал на коне ее собственный внук...

Ноябрьским вечером 1120 года в нормандском порту Барфлёр собралась самая блестящая компания Европы. И самая обреченная. Принц Вильгельм Аделин, единственный законный наследник английского престола, праздновал победу над французами вместе с сотней молодых аристократов. Золотая молодежь веселилась на славу. Лилось дорогое вино, звучали песни, а новенький корабль "Белый ветер" покачивался у причала, готовый к ночному переходу в Англию. Капитан Томас ФицСтефан гордо демонстрировал свое судно. Его отец...

В зале Парижского университета стояла гробовая тишина, а судья медленно разворачивал свиток с приговором. Ноябрь 1322 года выдался холодным, сырые стены едва прогревались жаровнями, а тяжелые гобелены не могли заглушить скрип половиц под ногами магистров. На скамье подсудимых сидела женщина. Не простолюдинка в заплатанном платье, как можно было ожидать, а элегантная особа знатного происхождения. Жаклин Фелиция де Алемания держалась с достоинством королевы, хотя знала, что через минуту ее жизнь может переломиться пополам...

За три с лишним тысячи лет до изобретения виски древние шотландцы уже умели варить напиток, который делал воинов бесстрашными и неистовыми в бою. Археологические находки в поселении Скара-Брей пролили свет на эту тайну: древние пивовары активно использовали местные психоактивные растения, чтобы добиться нужного эффекта. Недавняя находка под шотландскими дюнами заставила археологов пересмотреть все представления о том, как наши предки готовились к войне. То, что сначала приняли за обычную древнюю пивоварню, оказалось свидетельством сложного ритуального пивоварения...

В брюссельском дворце июльским утром 1601 года молодая женщина стояла у высокого окна и наблюдала как муж собирается в поход. Альбрехт VII, эрцгерцог Австрийский, проверял амуницию и планы осады далекого фламандского города. Его супруга, а это была испанская инфанта Изабелла Клара Евгения, окинув взглядом милого вдруг сказала: произнесла. — Клянусь перед Богом, не сменю нательную рубашку, пока Остенде не падет к твоим ногам! Альбрехт усмехнулся. Кто бы мог подумать, что взятие небольшого портового городка затянется? Максимум несколько месяцев, и триумфальное возвращение обеспечено...

Мужчина в черном плаще достал из кожаной сумки песочные часы, взял стеклянную колбу с мочой пациента, понюхал ее, попробовал на вкус и торжественно объявил: «Сир, у вас дисбаланс четырех жизненных соков, но за десять ливров я вас исцелю». Больной кивнул и приготовился расстаться с суммой, на которую простой ремесленник мог безбедно жить полгода. Впрочем, что такое деньги, когда на кону жизнь? Так выглядел поход к врачу в средневековом Труа. Театральный ритуал, стоивший как современное лечение в элитной клинике...

В средневековом Лондоне существовали люди, которые появлялись на улицах только с наступлением темноты, получали плату, превышающую заработок каменщика или плотника, но при этом их имена никогда не произносились в приличном обществе. Городская стража знала их в лицо, домовладельцы ждали их визитов, а жители запирались в домах, заслышав скрип колес по мостовой. Итак...Глубокая ночь, узкие улочки освещены лишь редкими факелами. По булыжнику медленно катится телега, груженная бочками и ведрами. Запряженная лошадь фыркает и косится на груз...