Культурная кругосветка

Про Николай Цискаридзе всегда говорят либо с восхищением, либо с раздражением. Третьего не дано. Он не умеет быть «удобным», не подбирает слова, не сглаживает углы и именно поэтому его уважают и слушают. Когда он разговаривает с аудиторией — это не формат «вежливой встречи». Это разговор взрослого человека, который многое видел, многое потерял и многое взял на себя. Про профессию, ответственность, воспитание, про то, что значит быть руководителем и педагогом не по должности, а по сути. И, пожалуй,...

Он прожил большую часть жизни в Германии и не планировал «уезжать навсегда». Россия сначала была для него скорее интересным местом, чем конечным пунктом. Но в 2016 году всё изменилось и решение оказалось не временным. Сегодня Якоб Пиннекер живёт в России, развивает собственный проект в Нижнем Новгороде и помогает иностранцам, которые тоже задумываются о переезде. История Якоба не про резкий разворот судьбы. Скорее, это разговор о возможностях, семейных ориентирах и ощущении, что ты находишься на своём месте...

Сегодня всё чаще говорят о воспитании без наказаний, о границах, разговорах и последствиях. Родителям объясняют, что страх не воспитывает ответственность, а боль не учит пониманию. Но ещё несколько десятилетий назад сама идея «не наказывать ребёнка» казалась странной и даже опасной. Считалось, что без жёсткости человек вырастет слабым и избалованным. Поэтому в советских семьях наказывали часто. Иногда за проступки, иногда за ошибки, а иногда и вовсе просто так. И многие из этих наказаний сегодня выглядят не просто строгими, а по-настоящему нелепыми и необдуманными...

Когда сегодня говорят, что советские дети «ели всё подряд», в этом слышится удивление, а иногда лёгкий ужас. Как будто речь идёт не о детстве, а о каком-то экстремальном выживании. Хотя на самом деле дело было совсем не в нищете и не в голоде. Просто еда тогда не была изолированной частью жизни. Она существовала везде — дома, во дворе, на улице, в лесу, на стройке, у костра. И дети это чувствовали лучше взрослых. Дома ели нормально. Супы, каши, котлеты, хлеб, молоко, в целом, всего хватало. Но сидеть дома долго было скучно...

Русский язык любят описывать одним словом — «сложный». Так говорят иностранцы, которые только начинают с ним знакомиться, и так говорят сами носители, когда в очередной раз спотыкаются о правила, исключения и странные формулировки. Но если присмотреться, сложность русского языка редко связана с количеством букв или правил. Она начинается там, где заканчиваются правила и начинается живое общение. В русском языке смысл легко меняется от одной, казалось бы, незначительной детали. Ударение может полностью перевернуть фразу...

История умеет шутить тонко. То, что десятилетиями считалось вынужденной мерой, признаком бедности или дефицита, в XXI веке неожиданно стало трендом. С красивыми словами, англоязычными терминами и ценниками, от которых кружится голова. В конце советской эпохи люди не задумывались об «осознанном потреблении» — они просто жили в условиях, где приходилось быть бережливыми, изобретательными и внимательными к вещам. Сегодня те же практики в Европе называют eco-friendly, slow living и sustainable lifestyle и преподносят как новое открытие...

Когда россиянин оказывается за границей не в формате туриста, а в обычной жизни, он довольно быстро сталкивается с неожиданной реакцией. То, что дома считалось «обычным», «ничего особенного» или даже странным, вдруг начинает вызывать уважение, интерес или прямое восхищение. Причём речь не о громких жестах и не о показной уверенности. Наоборот — чаще всего иностранцы отмечают тихие, незаметные привычки, которые в России почти не принято называть сильными. Одна из первых вещей, на которые обращают внимание за границей — это умение русских жить без чёткого плана и при этом не паниковать...

Она лежала где-то между прошлым и настоящим. Не бросалась в глаза, но всегда была рядом. Тяжёлая, холодная, с идеально гладкой спинкой — маленькая ящерица из тёмного камня, застывшая на пёстром малахите. Чаще всего в серванте или «стенке», рядом с хрусталём, фарфором и фотографиями, к которым никто уже не прикасался. Для советского человека это был привычный сувенир «с Урала». Подарок, который привозили из поездок, ставили на полку и больше не обсуждали. Он словно существовал вне времени — без автора, без истории и без вопросов...

Переезд в другую страну почти всегда начинается не с больших открытий, а с мелочей. Не с политики, климата или языка, а с того, что происходит за обычной входной дверью. Именно там, в пространстве между «улицей» и «домом», культурные различия становятся особенно заметны. Для многих немцев знакомство с российским бытом начинается с неожиданного ритуала — разувания, тапочек и обязательного переодевания. То, что в России воспринимается как норма, в Германии нередко вызывает недоумение и даже лёгкий шок...

Если открыть любой иностранный путеводитель по России или просто спросить человека, который здесь никогда не был, ответ, скорее всего, будет знакомым. Россия — это где медведь, матрёшка, балалайка. Иностранцы, которые знают о русской культуре чуть больше могут добавить еще — хохлома. Этот набор повторяется так часто, что у нас самих он вызывает усталую усмешку. Мол, опять эти стереотипы, опять упрощение, опять взгляд «со стороны». Хочется возразить, поправить, объяснить, что Россия куда сложнее и многограннее...

В профессиональном спорте принято считать, что вершина карьеры определяется географией. Если ты играешь в НХЛ, значит, ты «на месте», если уходишь оттуда — значит, что-то пошло не так. Именно поэтому история канадского хоккеиста Седрика Пакетта выбивается из привычного сценария. Он не уезжал из Северной Америки из-за провала, конфликта или отсутствия предложений. Его решение было осознанным и, по спортивным меркам, даже рискованным: отказаться от карьеры в НХЛ и связать своё будущее с Россией. Седрик...

Сегодня о единстве говорят много, но редко объясняют, как оно вообще формируется и в чём проявляется. Вы согласны с нами? Ведь единство в реальной жизни это то самое состояние, где человек начинает чувствовать, что он часть большого общего целого. 5 февраля в Национальном центре «Россия» этот разговор был задан предельно конкретно. Здесь стартовал федеральный просветительский марафон «Россия — семья семей» Общества «Знание», давший официальный старт Году единства народов России. Формат и смысл...