Евгений Сукоркин

Три разговора, которые уже происходят в строительных компаниях Разговор первый. В офисе проектной организации, март 2026 года. Директор кладёт на стол распечатку. «Нам отказали в тендере на проектирование школы. Формулировка: документация по ТИМ не соответствует требованиям ЕСИМ». Главный BIM-менеджер смотрит в экран. Они делали модели два года. Всё — в Revit, всё красиво, всё с IFC-экспортом. Но государственный заказчик требует применения терминологии и процедур по ГОСТ Р 10.00.00.01-2025. Протоколы верификации — по ЕСИМ...

Цена незнания Лето 2024 года. Средний региональный застройщик подаёт комплект документов на разрешение на строительство. Градостроительный план земельного участка — есть. Проектная документация — готова. Технические условия — получены. Пакет, казалось бы, полный. Отказ приходит через три недели. Причина: сведения об объекте не переданы в региональную ГИСОГД. Информационная модель объекта капитального строительства не загружена в систему. В соответствии с постановлением Правительства РФ от 13 марта...

Когда нет единого языка Сентябрь 2025 года. Тендер на крупный региональный объект. В зале — три компании. Первая готовила предложение две недели: BIM-модель, ЦИМ, BIM-протокол — всё по-русски, по терминологии, которую выработала сама. Вторая прислала пакет с «информационными моделями» — по терминологии старых СП. Третья работала по методологии британского BS EN ISO 19650 — потому что её главный BIM-менеджер обучался в Великобритании. Заказчик смотрит на три пакета. Три разных языка. Одинаковые слова — разный смысл...

Сцены, которые повторяются по всей стране Сцена первая: акт приёмки на бумаге Июнь 2024 года. Государственный заказчик в регионе принимает выполненные работы. Генподрядчик привозит папку с актами освидетельствования скрытых работ — распечатанные, подписанные, прошитые. Главный инженер заказчика листает. Замечание: «Нам нужны документы в электронном виде, через ИСУП». Генподрядчик: «Что такое ИСУП?» Стройка стоит три дня. Подрядчик срочно ищет ВИС (внешнюю информационную систему), интегрированную с ИСУП...

Три сцены из реальности Сцена первая. Государственная экспертиза вернула пакет. Октябрь 2024 года. Проектная организация подаёт документацию на государственную экспертизу. Архитектурный раздел — в Revit, конструктивный — в nanoCAD, инженерные системы — в MagiCAD. Три ЦИМ. Красивые. Подробные. Но переданы в экспертизу в PDF и в нативных форматах платформ. Эксперт возвращает пакет: «ЦИМ должна быть передана в форматах, установленных ПП РФ № 614 — до введения XML-схем используется ODT, ODS или ODP»...

Что происходит, когда единого языка нет История первая. Проектировщик и сметчик говорят на разных диалектах. Крупный объект промышленного строительства. Проектировщик создаёт BIM-модель — детальную, проработанную, с геометрией и атрибутами. Сметчик берёт модель и пытается подтянуть данные в сметную программу. Ничего не совпадает. Элемент «Стена наружная кирпичная» в модели — это один термин. В сметной базе ГЭСН — другой. В классификаторе строительных ресурсов (КСР) — третий. Три словаря, три системы кодирования, три разные реальности...

Три сцены, которые повторяются по всей стране Сцена первая. Трудовой спор из-за несуществующей должности. Компания нанимает специалиста. В трудовом договоре написано: «BIM-менеджер». Оклад — 180 000 рублей. Функционал прописан широко и размыто: «разработка и сопровождение информационных моделей». Через год сотрудник уходит, предъявляя претензию: его принудили выполнять функции, не соответствующие заявленной должности. Компания не может обосновать объём задач ни одним нормативным документом — потому что должности «BIM-менеджер» в официальных классификаторах не было...

Три истории из жизни без цифрового МКД История первая. Управляющая компания работает вслепую. Апрель. В 22:40 диспетчер управляющей компании получает звонок: в подъезде номер семь прорвало трубу. Подтопило холл. Вода идёт с потолка. Диспетчер поднимает слесаря. Тот едет двадцать минут. Ещё пятнадцать минут выясняет, где перекрывается стояк — схема в папке, папка у главного инженера, главный инженер не берёт трубку. Вода течёт уже сорок пять минут. Ущерб — несколько сотен тысяч рублей. Ни датчика протечки...

Как сегодня выглядит реальность без стандарта История первая. Застройщик сдаёт «цифровой» дом, который никому не нужен. Жилой комплекс на 600 квартир. Застройщик отчитался перед банком-партнёром: «У нас есть BIM-модель». Действительно есть. Красивая трёхмерная картинка с фасадами, планировками и инженерными системами. Но когда управляющая компания попросила модель для организации эксплуатации — оказалось, что в модели нет ни одного атрибута оборудования. Ни серийных номеров, ни производителей, ни гарантийных сроков...

Как выглядит строительный контроль без цифры Москва. Жилой комплекс. Восьмой этаж. Суббота, шесть утра. Инженер строительного контроля идёт вдоль монолитных стен с рулеткой, уровнем и потрёпанным блокнотом. Он измеряет отклонения вручную, записывает на листок, потом перебивает в Excel, потом — в акт. Три дня спустя акт подписывают. Ещё через три дня проектировщик наконец получает информацию об отклонении, которое нужно было устранить ещё в понедельник. Окно закрыто. Бетон уже залит. Переделки — за счёт подрядчика...

Большинство строительных компаний думают, что «жизненный цикл объекта» — это красивая фраза из презентаций. С 1 июня 2026 года это юридически значимая структура с фазами, стадиями и точками принятия решений. Те, кто прочитает этот текст сегодня, не будут переделывать документацию завтра Когда жизненный цикл ломается в самом неожиданном месте Сцена первая. Проект закончился — данные потерялись. Крупный застройщик завершает строительство жилого комплекса. Дом сдан, ключи выданы, акт подписан. В управляющую...

Это не просто документ с длинным номером. Это — конституция системы, по которой уже через два года будет работать вся российская стройка. Те, кто прочитает её сегодня, завтра будут выигрывать тендеры. Остальные — удивляться, почему их проекты не проходят экспертизу Что происходит без фундамента Сцена первая. Двенадцать стандартов — двенадцать разных языков. Крупный проектный институт работает над промышленным объектом. Три раздела, три программных комплекса, три BIM-команды — архитекторы, конструкторы, технологи...