Рассказы, похожие на жизнь | Читать истории из жизни

Это сообщение застало меня врасплох посреди рабочего дня, словно ледяной душ: «Детям будет лучше жить со мной, а не с тобой. Я подаю на изменение опеки». Два года нормальных отношений после развода, два года, когда я был уверен, что всё наладилось, рухнули в один миг. Телефон завибрировал в кармане, когда я заканчивал важную встречу с клиентами. Обычно я не смотрю сообщения на работе, но что-то заставило меня украдкой взглянуть на экран. Лена. Бывшая жена. Странно, она обычно пишет только по выходным, когда я забираю детей...

Паспорт выпал из пиджака, когда я вешала его в шкаф. Обычный бордовый паспорт с гербом, но не Димин. На фотографии был он, я бы узнала мужа из тысячи, но имя стояло другое: Соколов Михаил Геннадьевич. Внутри что-то оборвалось. Пятница выдалась суматошной. Дети разбили вазу, собака разодрала тапки, а я умудрилась пересолить борщ. Димка обещал вернуться с работы пораньше – у нас годовщина свадьбы, пятнадцать лет вместе. Не круглая дата, но все равно хотелось отпраздновать, приготовить что-нибудь вкусненькое, надеть красивое платье...

— Но это несправедливо! — почти закричала я, чувствуя, как слёзы застилают глаза. — Двадцать лет я вкладывала в этот сад душу! Каждая яблоня, каждый куст смородины — всё это мои дети! А вы... вы просто так берёте и отдаёте всё Вадику, который даже грядку ни разу в жизни не прополол! Известие свалилось как снег на голову в самый разгар дачного сезона. Я как раз заканчивала подвязывать помидоры в теплице, когда услышала звук подъезжающей машины. Родители обычно приезжали на дачу по субботам, но сегодня была среда — это насторожило...

Руки дрожали так, что записка чуть не выпала. «Завтра в то же время, жду с нетерпением». Чужой почерк, женский. Я смотрела на листок, и тысячи мыслей проносились в голове. Пятнадцать лет брака... неужели всё было ложью? Валерка забрал пиджак и укатил на работу, даже не подозревая, какую бомбу оставил в кармане. Чертов стиральный порошок закончился именно тогда, когда я загрузила полную машинку белья. Вздохнув, отправилась шарить по карманам валеркиного пиджака в поисках заначки — наверняка там завалялась сотня-другая...

«Ты должна отдать нам половину наследства, мы тоже заботились о бабушке», — шёпотом, но громко сказала Катька, наклонившись ко мне через поминальный стол. У меня аж ложка с киселём застыла на полпути ко рту. Вот те на! И это в день похорон нашей бабули, царствие ей небесное! Сижу, смотрю на неё как баран на новые ворота, а она зыркает глазищами и ждёт ответа. Бабушку Полину мы схоронили в среду. Тихо так всё прошло, без особой помпы — она сама наказывала не тратиться на похороны. «Лучше себе, детям оставь», — говорила, бывало, когда мы с ней на эту тему заговаривали...