Я не леночка а елена викторовна, хозяйка этой квартиры а вы все посторонние так что освободите жилплощадь
Я открыла дверь своим ключом и замерла на пороге. В прихожей стояли чужие ботинки — мужские, сорок четвёртого размера, потёртые. Из кухни доносился смех и звон посуды. Моей посуды. — Лена, ты чего встала? — крикнул из комнаты какой-то мужской голос. — Неси чай! Я медленно сняла туфли. Сердце колотилось так, что в висках застучало. Квартира, которую я три года выплачивала, работая на двух работах. Квартира, где каждый гвоздь я забивала сама, потому что денег на мастера не было. И вот — чужие голоса, чужой смех, чужая жизнь...