CHIMITDORZHI STUDIO

Лойр-чёрный — один из самых страшных мангадхаев бурятского эпоса. Союзник Эрлик-хана, владыки нижнего мира. Хозяин 9-ярусного загробного царства, где после смерти проходят испытания все души. У Лойра четыре руки и четыре глаза, чтобы видеть во всех направлениях нижнего мира. Кожа его черна как уголь и поглощает свет. На поясе он носит цепь из человеческих челюстей — трофеи поверженных батыров. Гэсэр спускался к Лойру-чёрному, чтобы освободить душу своей матери...

Гал-Дулмэ-хан («Огнём Сжигающий Хан») — один из главных противников Гэсэра в великом бурятском эпосе. Демон-владыка раскалённой пустыни на самом краю мира, повелитель пламени и палящего ветра. По преданию, он появился из правой руки рассечённого Атай Улан-тэнгри — главы 44 чёрных тэнгриев. Когда части тела поверженного бога упали с неба на землю — каждый кусок стал великим демоном или мангадхаем. Гал-Дулмэ-хан — самый огненный из них...

Лусан-хан (Луу-хаан) — царь драконов-нагов в бурятско-монгольской буддийской мифологии. Владыка всех подводных глубин, хранитель сокровищ, повелитель змей и водных духов. В буддизме его свита — наги, могущественные змеиные существа. По преданиям, именно наги хранили великие учения Будды до тех пор, пока человечество не было готово их принять. Великий философ Нагарджуна получил «Праджняпарамита-сутру» именно от царя нагов. Лусан-хан владеет «чинтамани» — драгоценностью, исполняющей желания. Тот, кто проявит к нему почтение — получит благословение и удачу...

По преданиям, у него 27 голов и 33 хвоста, и живёт он в глубинах сакральных озёр Внутренней Азии. Считается, что Аврага Могой — праотец всех змей и драконов. Когда он шевелится в глубине, на поверхности озёр поднимаются огромные волны, начинаются штормы и бури. Когда выползает на сушу — землю сотрясает. Современники до сих пор связывают с ним рассказы о неизвестных существах в Байкале и других сибирских озёрах. Местные рыбаки видели, как над водой поднимается длинная чёрная шея с гривой...

В бурятской мифологии Уһанай боохолдой — водяные упыри, души утопленников. Не нашедшие покоя, они остаются в глубинах рек и озёр, и тянут живых к себе — чтобы пополнить свои ряды. И каждый новый боохолдой ищет свою следующую жертву. Чаще всего они являются рыбакам в виде густого тумана, сбивающего с пути на воде. Синие пятна на телах утопших — это, по поверьям, следы их ледяных пальцев. Они хватают живого за ноги под водой и утягивают на глубину...

Самая страшная ипостась ороолона — оборотень, принимающий облик умершего родственника. По преданиям, через 9 или 49 дней после похорон он мог явиться в семью под видом покойного — отца, мужа, ребёнка. Внешне неотличим. Те же черты, та же одежда, в которой хоронили. Та же манера говорить. Семья радуется, плачет, обнимает «вернувшегося». А он садится за общий стол, ест, спит в родной постели. Каждую ночь забирает у семьи по капле жизни. Через несколько недель в юрте все начинают болеть и слабеть...

Вторая ипостась ороолона — мертвец, восставший из могилы. По бурятским преданиям, такая судьба ждала тех, кого похоронили без должных обрядов: умершего вдали от дома, не найденного и не отпетого, погибшего насильственной смертью без выкупа души. Ороолон-упырь поднимался из могилы на третью ночь. Не помнящий, кем был при жизни, он шёл к ближайшей юрте — где когда-то жила его семья. Питался жизненной силой спящих, незаметно высасывая её через дыхание...

Само слово происходит от глагола «оборачиваться», «менять облик». По преданиям, ороолоном становился человек, проклятый чёрным шаманом или нарушивший родовые табу. Днём он ходил среди людей как обычный сородич. Но в полнолуние его тело начинало меняться — сначала вырастала шерсть на руках, затем удлинялись зубы, ломались кости лица. Превращение длилось часами и было мучительным. Полностью обернувшись чёрным волком, ороолон уходил в тайгу — резать скот соседей, иногда нападать на одиноких путников...

В бурятской мифологии Дахабари — один из самых коварных духов. Он «прилипает» к человеку, как тень, и следует за ним повсюду. Невидимый для самого носителя, он медленно высасывает жизненную силу — и приносит беды одну за другой. Симптомы того, что к человеку «прицепился» дахабари: затяжные неудачи без видимой причины, постоянная усталость, странные сны, ссоры в семье, болезни, от которых не помогают лекарства. Шамана звали тогда, когда обычные обряды очищения не работали. Он...

Ябадал в бурятском фольклоре — блуждающий злой дух, переходящий из одного человека в другого как зараза. Он не привязан к одной жертве, а движется через целый улус, выкашивая семьи одну за другой. Старики говорили: ябадал «приходит по ветру». Поэтому при первых признаках мора в деревне закрывали двери, окуривали юрты можжевельником и богородской травой, рисовали защитные знаки на пороге. Иногда ябадала путали с настоящими эпидемиями оспы или тифа — в шаманской картине мира эти болезни и были духами...

Бохолдой в бурятской мифологии — призрак, душа человека, умершего насильственной или преждевременной смертью. Не нашедшая покоя, она бродит ночью по земле, тянется к живым. Странно, но самые опасные бохолдои — не злые. Они тоскуют. Любят приходить незримо на свадьбы, праздники, обряды — туда, где жизнь, тепло, голоса. Если им поднести немного еды, плеснуть молока — уходят тихо. Если же не заметить и не угостить — шумят, угоняют лошадей, пугают путников...

Шолмос (Шулмас) в бурятско-монгольской мифологии — собирательный образ дьявола, главный противник людей и шаманов. Он не просто злой дух — это сама природа зла, принимающая разные облики. Чаще всего Шолмос является в двух видах. Старуха с железными зубами — древняя ведьма, живущая в глуши тайги. Заманивает охотников в свою юрту, кормит, а ночью съедает. Её железные зубы способны прокусить череп. Одноглазый старик — древний странник в чёрном халате, появляющийся на пустынных дорогах. Один глаз его горит красным огнём, второго нет...