Я и мои книжные галлюцинации

(Эта пьеса про людей, которые откладывают жизнь, пока жизнь их продаёт.) Антон Павлович Чехов «Вишнёвый сад» Это мой личный страх: не заметить, как всё закончилось. Для меня «Вишнёвый сад» был про что-то «тонкое», «печальное», «про уходящее время». И я открыла пьесу с таким настроением: ну да, сейчас будет красиво грустно, чеховская нежность, чай, паузы, всё такое. А потом я поняла, что у меня внутри не «красиво грустно». У меня внутри паника. Потому что Чехов пишет не про трагедию, которая приходит с барабанами...

(Эта книга не про деньги. Она про пустоту, которую мы пытаемся купить.) Фрэнсис Скотт Фицджеральд «Великий Гэтсби» Я хотела легкой красоты, а получила зеркало, в которое неприятно смотреть. Я реально думала, что будет красиво. Шампанское, джаз, платья, ночь, блеск — эстетика, которая выглядит как идеальная жизнь, если смотреть издалека и чуть прищуриться. И да, у Фицджеральда все именно так: искрится, звенит, переливается. Но чем дальше читаешь, тем сильнее понимаешь: это не блеск. Это лихорадка...

(Это мой внутренний диалог в самые плохие дни.) Федор Михайлович Достоевский «Записки из подполья» Я читала и чувствовала, как во мне проявилось, что я обычно прячу под «я просто думаю глубже». Есть книги, которые ты читаешь и чувствуешь себя умнее. А есть «Записки из подполья», после которых ты чувствуешь себя… разоблачённой. Потому что это не просто текст про «странного человека». Это текст про тот момент, когда ты превращаешься в собственную ловушку: слишком много понимаешь и поэтому ничего не делаешь...

(Это тихий приговор взрослой версии меня.) Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц» Я перечитала «Маленького принца». И мне стало неловко за то, как я живу. Знаешь это чувство, когда открываешь тонкую книжку на вечер и внезапно в тебе что-то щёлкает так, что хочется закрыть и сделать вид, что ничего не произошло? Вот у меня было именно так. Потому что «Маленький принц» – это не сказка. Это книга, которая нежно, без крика показывает тебе: взрослые превращают жизнь в бухгалтерию, а потом удивляются, почему им пусто...

Кен Кизи «Над кукушкиным гнездом» Я долго откладывала эту книгу. Честно – у меня было странное предчувствие, что после нее будет уже немножко не ок притворяться «нормальной». Я читала «Над кукушкиным гнездом» не в том возрасте, когда обычно читают «про психушку». Не подростком-бунтарем, а уже взрослой: с графиком, делами, проектами, списком обязанностей и огромным внутренним «надо быть адекватной». И это был очень плохой момент для этой книги. И одновременно – идеально точный. Потому что там есть...

(и да, я не ожидала, что Макконахи окажется… терапевтом в ковбойских сапогах) Мэттью Макконахи «Зеленый свет» Эта книга не мотивирует. Она оголяет тебя. Я брала «Зеленый свет» с ожиданием чего-то типа: «успех, Голливуд, мужская харизма, красивые истории, пару мудрых фраз на магнитик, спасибо, до свидания». И вот это моя любимая форма самообмана: я думала, что буду читать про чужую жизнь, а прочитала про свою привычку все время тормозить. Не «потому что не умею», а потому что я постоянно жду: И Макконахи такой: «Малыш, жизнь не выдает справки...

(и да, я читала это как сериал. только сериал, который начал переписывать мой характер.) Александр Дюма «Графа Монте-Кристо» Этот роман про то, как боль делает тебя другим человеком. Я открывала «Графа Монте-Кристо» как будто за увлекательными приключениями. Ну знаешь: интриги, побеги, сокровища, эффект «ну еще одну главу и спать». А потом случилась странная вещь: я начала читать не глазами, а… нервами. Потому что в этой книге есть чувство, от которого сложно отмахнуться – чувство несправедливости...

(потому что я увидела, как амбиция может выглядеть как любовь… а работать как яд) Джек Лондон «Мартин Иден» Я думала, это будет вдохновляющая история «с нуля до вершины». А это оказался хоррор про самооценку. Я брала «Мартина Идена» как будто за мотивацией. Ну знаешь: человек из бедности, сам себя сделал, интеллект, сила воли, победа над обстоятельствами – классический набор «встань и делай». И примерно на середине книги я поймала себя на ощущении, что мне хочется… Закрыть ее и извиниться перед собой...

(потому что это не про «падших женщин». это про нас – зрителей, клиентов, моралистов и молчащих) Александр Куприн «Яма» Я думала, что это будет «про бордель». А это оказалось про то, как общество спокойно ест людей. Я открыла «Яму» с внутренним напряжением – как будто сейчас будет что-то грязное, и мне придется «продержаться», потому что классика, потому что важно, потому что надо. И знаете, что самое неприятное? Мне не пришлось «держаться» из-за откровенных сцен. Мне пришлось держаться из-за чувства соучастия...

Маргарет Митчелл «Унесенные ветром» Я долго отказывалась читать «Унесенные ветром». Если честно, мне казалось, что это какая-то старомодная розовая жвачка: платья, войны за мужчин, вздохи у окна, вот это все. А потом я прочитала. И поймала себя на мысли: Я восхищаюсь женщиной, которой мне по-хорошему должно быть стыдно восхищаться. Книга, после которой стало страшно за мою внутреннюю «я все сама» Я встретила Скарлетт в очень странный момент жизни. Снаружи у меня был полный порядок: работа, дела, списки целей, вот это «я держусь, все под контролем»...

«Поллианна» Элинор Портер (Я думала, это будет «миленькая детская история». А это оказалось зеркало для взрослой тревожной женщины.) Я открыла «Поллианну» как витаминку. А закрыла — как разговор с психологом. Серьезно. Я ожидала чего-то теплого, простого, сладкого, как чай с медом. Типа: милая девочка, доброта, «давайте радоваться», все будет хорошо. И сначала так и было: мозг расслабился. А потом… потом меня начало подташнивать от узнавания. Потому что «игра в радость» — это мило, пока ты ребенок...

Эрих Мария Ремарк «Триумфальная арка» Я читала «Триумфальную арку» в тот период, когда сама жила в режиме ожидания беды. Знаешь это состояние? Ты вроде пьешь кофе, ходишь на работу, что-то постишь, но внутри ощущение, что мир стоит на краю, и кто-то уже нащупывает кнопку reset. И тут я попадаю в Париж Ремарка. Город, где все делают вид, что еще есть время. А на самом деле нет. Кто такой Равик и почему мне стало стыдно за свои жалобы Равик – нелегал, врач без права на профессию, человек без документов и без страны...