Bogom - код и стиль

Меня сломал ремонт. Банальная «косметика» в двушке, которая мутировала в полугодовой кошмар. Выбор оттенка ламината (дуб северный или дуб полярный?), бесконечные споры с прорабом, поиск розеток, которые «точно такие же, но матовые»… В какой-то момент предохранители в голове просто перегорели. Я помню этот момент с пугающей четкостью. Вечер, супермаркет, гул холодильников. Я стою перед бесконечной полкой с йогуртами. Вишня, злаки, натуральный, термостатный… Я смотрю на них и понимаю, что физически не могу протянуть руку...

Сейчас все помешались на приложении «Сивилла». Это нейросеть, которая анализирует твои соцсети, банковские транзакции, геолокацию и пульс с умных часов, чтобы предсказывать будущее. Никакой магии, чистая статистика, Big Data. Она пишет: «Завтра риск простуды 80%» — и ты реально заболеваешь, потому что иммунитет просел от стресса, который «Сивилла» заметила по вариабельности ритма сердца раньше, чем ты почувствовал озноб. Я скачал её ради интереса. Сначала было весело. «Вторник: Удачная покупка» — и я нашел редкую виниловую пластинку на распродаже...

В пять лет у Тёмы начался сложный период. Кризис среднего дошкольного возраста, истерики по любому поводу, валяние на полу в супермаркете. Я была одна: муж вечно в командировках, няни сбегают через неделю. К концу дня у меня дергался глаз, а сил хватало только на то, чтобы доползти до подушки. Я была на грани нервного срыва. Игрушку «SmartBuddy» (мы звали его просто Мишка) подарила свекровь на день рождения. — Это не просто плюшевый пылесборник, — сказала она. — Внутри мощный ИИ-педагог с доступом к базе детской психологии...

Осенью мне не хотелось жить. Питерское небо лежало на плечах мокрой бетонной плитой, вдавливая в асфальт. Тело казалось ватным, чужим, каждое утро начиналось с борьбы с гравитацией — просто чтобы встать с кровати. Работа кассиром, комната в коммуналке с вечно кашляющим соседом, липкая грязь под ногами. Я пила антидепрессанты горстями, но они лишь заворачивали меня в кокон безразличия. Я не чувствовала боли, но и вкуса жизни тоже не было. Рекламу «Spectra» я увидела в вагоне метро, сквозь мутную пелену слез...

Я руковожу небольшим дизайнерским бюро. Нас всего шестеро, работаем удаленно. С Димой у нас всегда были сложные отношения. Как дизайнер он гений, но как человек — катастрофа. Срывал сроки, пропадал в запоях, хамил клиентам. Я терпел его только за талант. Его проекты выигрывали международные конкурсы, даже если он присылал их трясущимися руками в 4 утра в день сдачи. Помню, как-то на корпоративе он шутил, поднимая тост: «Лёха, да я себя в нейронку загружу, она за меня работать будет, а я буду только деньги с карты снимать!» Посмеялись и забыли...

Я люблю свою жену, но ненавижу мессенджеры. Катя пишет много. Очень много. Поток сознания в режиме нон-стоп: «Посмотри, какие шторы», «Мама опять звонила», «Ты меня любишь?», «Купи хлеба», «Смешной кот», «Почему ты молчишь?». Я работаю тимлидом в крупной IT-компании. У меня по пять митингов в день, релизы и горящие дедлайны. Мозг к вечеру превращается в серую кашу. Раньше я отвечал односложно, на автомате: «Ок», «Ага», «Куплю», «Норм». Катя обижалась, говорила, что я стал сухим, что нам не о чем говорить, что я «эмоционально недоступен»...

Всё началось с липкой, серой усталости, которая наваливается в конце ноября, и хронической нехватки денег. Вечерний час пик на фиолетовой ветке, давка, спертый запах чужого пота и мокрой одежды. Я держался за поручень, чувствуя, как вибрирует телефон в кармане пуховика — это пришло уведомление от банка. Очередное списание процентов по ипотеке загнало баланс карты в красную зону. Чтобы не смотреть на уставшие лица вокруг, я уткнулся в экран и начал механически листать ленту. Пост в техно-блоге зацепил взгляд своей сухостью: «Стартап SoundHarvest покупает акустические данные...

После смерти Лены мир для меня потерял цвет. Она была не просто моей женой. Она была моим якорем, моим компасом. Ее смех, ее привычка хмурить нос, когда она задумывалась, — все это было частью моего собственного «я». Когда она ушла, она забрала половину моей души. Спасение, как мне казалось, пришло в виде «Эха». Это была новая, экспериментальная технология. Не просто цифровой аватар, а полная копия сознания, воссозданная из всего, что человек оставил после себя: соцсети, письма, медицинские карты, даже анализ синтаксиса его речи...

Меня зовут Илья, и я — бог. Ну, почти. Я создал «Второе Я» — самый совершенный сервис по созданию алиби в мире. Клиент платит, выбирает время, и моя система создает его «цифрового двойника». Этот двойник не просто постит фото в соцсеть. Он оставляет следы. GPS-треки, имитирующие прогулку в парке. Заказы в интернет-магазинах. Лайки под постами. Он даже может вести переписку в мессенджерах, идеально копируя стиль клиента. Я думал, что продаю свободу. Индульгенцию для неверных мужей и прогульщиков. Я был циничен и сказочно богат...

(Рассказ от лица матери, Анны) Наш семилетний Тёма был обычным мальчишкой. Умным, добрым, но ужасно невнимательным. Прописи — грязные, стихи не учатся, на уроках витает в облаках. Когда школа порекомендовала нам «Прометея-3», новейшего эксперементального ИИ-наставника, мы с мужем согласились, не раздумывая. Это был не просто робот. «Прометей» выглядел как большой, гладкий белый шар, парящий над столом. Он общался с Тёмой голосом, проецировал обучающие игры прямо на стены, подстраивал программу под его нейроритмы...

Бессонница превратила мою жизнь в серый кисель. Я не жил, я существовал в промежутке между попытками уснуть. Поэтому, когда на рынке появился «Онейро-5» — нейрообруч для стимуляции осознанных сновидений, — я отдал за него последние деньги. Первый месяц был сказкой. «Онейро» не просто усыплял. Он давал мне пульт управления реальностью. Я был богом в своей голове. Я летал над каньонами Марса, переспал со всеми голливудскими актрисами 90-х, заново прожил лучший день своего детства. Я стал зависим от сна...

Меня зовут Стас, и я был скульптором. Мои руки были моим всем. Грубые, в вечных мозолях, в шрамах от резцов и глиняной пыли. Они чувствовали каждый изгиб, каждую неровность материала. Я лепил из глины, высекал из камня. Я создавал жизнь. А потом решил «починить» свою. Лишний вес мешал. Одышка, боль в суставах. Друг посоветовал «Сома-Скульптор» — закрытую, элитную программу. Не просто диета, а «полная биологическая оптимизация». Они присылали тебе «картриджи» с питательной пастой, и твое тело перестраивалось на клеточном уровне...