Бельские просторы

2 «Собирала сказки, как цветочки» Мы договорились встретиться в холле маленькой гостиницы «Мега» на улице Ясеневой, где вдоль асфальтовой ленты тротуара парковались одинокие машины, на первом этаже размещался всегда пустующий ресторанчик с несколькими столиками – по пальцам пересчитать, только по утрам встречавший постояльцев завтраками: тёплые сардельки в блестящих кастрюлях, сыр, яйца, сваренные всегда вкрутую, джем, сахар, кипяток в электрическом чайнике, тарелочка с пакетиками кофе, нарезанный и покрытый салфеткой хлеб...

* * * Многие современные девушки не понимают одного: Золушке достался принц не потому, что она много работала и подвергалась психологическому насилию в семье, а потому, что ее крестная была феей. * * * А вас не смущает, что Мойдодыр выскочил из маминой спальни, а не из ванной? * * * Поцеловал Иван Царевну-лягушку и превратилась та в девицу. Иван: - Да уж, лягушкой ты покрасивше была! * * * На встречу Колобку попадается глобус: - Братан! Какие наколки! * * * Пошел Иван-дурак просить у царя руку его дочери Василисы Прекрасной, но царь ему отказал...

Монолог Майки Итак, давайте познакомимся. Я Майка. Нет, я не белье из гардероба, а будущая корова, а пока телочка. Мои габариты: вес 130 кг, рост в холке 125 см, длина от мордочки до копчика ровно 2 м 13 см. Ну и, конечно, хвост, необходимый атрибут всякой уважающей себя телочки. Два острых рога, четыре парных копытца, ровные белые зубы говорят о достаточности кальция в моем организме. Нервная система устойчивая, это я в отца, Банзая (его вес 600 кг, интеллект отсутствует, но дело своё знает, говорит моя мама)...

Криминальная Уфа Высший градус криминального беспредела девяностых годов в городе Уфе можно связать с делом угона автомобилей «Волга». Механизм кражи самого престижного отечественного автомобиля был прост. Сторожей-пенсионеров вневедомственной охраны связывали, после чего из гаража организации исчезала пара автомобилей ГАЗ-3102. При очередном нападении на гараж в соседних домах слышали крики, преступники без особых затей оглушили сторожа ударом по голове монтировкой и уехали на двух автомобилях «Волга»...

1 Идущий за миражом Есть правило: не начинать художественное произведение с прямой речи. Однако «Война и мир» начинается именно с разговора, да ещё на французском языке... Диалогом открываются и «Похождения бравого солдата Швейка». – Убили, значит, Фердинанда-то нашего. В предисловии к «Бравому солдату» говорилось, что Гашек мог невозмутимо писать при любом шуме. Я же при любом шуме читал. Брал толстый том с собой в школу и урывками «проглатывал» страницу за страницей на перемене, положив книгу...

Актырнак Воруют все и у всех. Где что не так лежит – кто в карман, кто в телегу, кто в багажник. Одна женщина в деревне умудрялась даже яйца воровать из-под кур. Как-то Тимерхан, мой двоюродный брат, приволок из леса несколько хороших сосен-хлыстов для пристроя к нашему дому. Чтобы эти бревна сторожить, нашу собаку Актырнак привязали к забору рядом с бревнами. Я был во дворе, после школы кормил скотину. Вдруг забежал соседский парень Баян и говорит: «Вахит, забыл тебе сказать. Вашего пса застрелили и увезли на санях...

Разговор мальчишек – Когда мой папка храпит, у нас в серванте чашки звенят. – А ты слышал, как работает трактор ДТ? – Да, конечно. – Вот храп моего отца перебивает звук трактора. – А врёшь! – И мой папа здорово храпит. – Когда мой папа храпит, вода в батареях замерзает. Так бабушка говорит. – А шутишь! – А мой папа, когда пьяный засыпает, мама ложится со мной, и мы из-за храпа спать не можем. Деликатный Галибай В деревне нашей, а точнее в нашей семье, повелось так, что всем животным – лошадям, коровам, быкам и даже гусям давали клички...

ДРАКА Осенние вечера длинные. Особенно если еще дождь за окном, ветер свистит… Улицы пустые. А на пустых улицах и новостей никаких не бывает, так что Тычка и рад бы побежать, разузнать, да… Пусто, в общем… Лежит Котофей Иванович на своей лежаночке, а Тычка все расхаживает из угла в угол, все расхаживает, расхаживает… Руки за спиной сцепил, ссутулился, вышагивает из угла в угол, думку какую-то свою думает. К окошку подойдёт, побарабанит пальцами в подоконник, потом снова руки за спину узлом сцепит...

(Елизаров М. Мы вышли покурить на 17 лет. – М. : «Астрель», 2012) Ей-Богу, кабы не фамилия на обложке, я бы уверенно приписал авторство Прилепину и считал бы книжку сиквелом «Греха». Та же анемичная, практически бессюжетная проза с претензией на подтекст, те же неправдоподобно вычурные тропы… Однако ж нет: это М.Е. в очередной раз явился публике в чужих обносках. Ну да ему не привыкать. После дебютных «Ногтей» к Михаилу Юрьевичу намертво приклеился ярлык «Елизаров есть Сорокин сегодня». Аттестация была верна лишь наполовину: каждый новый опус означал перемену писательского гардероба...

Мы кентавры У какого ещё народа мужчин называют Ир-Ат? Ни у какого. Мы, башкиры, преклоняемся перед лошадьми. И наши дети носят имена, связанные с лошадью. Например, АзамАТ, СалавАт, АкбулАТ. Или связанные с мясом – ФарИТ, СагИТ, ВахИТ, ещё ИТбай… Мы, башкиры, ленивый народ. Мы даже пьем, недалеко отходя от кобылы: слез с неё, подоил кобылу и на тебе – кумыс! Пей, лежи, отдыхай! Птицы у нас – журавли и беркут. Смотри в небо, напившись кумыса, а там журавль летит!.. Пожалуйста, сыкрау торна. Лежишь, отдыхаешь в юрте, а на небе тебе сокол...

Мальчику казалось, что он крепко спал и однажды проснулся от страшной ругани большого угрюмого человека и визгливого плача маленькой костлявой женщины. Когда его сознание малость прояснилось к светлой дневной жизни, он понял, что большой грубый человек _ его родной отец, а плачущая женщина — мама, что они дерутся, отец бьет маму, и мальчик подумал, что когда он спал, ему было хорошо. В этом мире, куда он, проснувшись, попал, дневной свет неизменно сменялся черной тьмой, в ночное окно заглядывали жуткие рожи, что-то гремело на чердаке и плакал ребенок, во дворе пугливо лаяла собака...

— А вот так, а вот так! — завыл писатель и закружил волчком по комнате. — Как хочу, так и буду. Могу еще и “русскую” сплясать. — Вот идиот, — сказал Сыроедов, заслоняя собой музыкальный центр. — Идиот пьяный… Стоп, стоп, остановись! Сядь на место и скажи, что тебе не нравится, в конце концов. — Что мне не нравится? — писатель прыгнул в кресло и принялся топтать его ногами. — Ах, если бы ты только знал, что мне не нравится! Мне не нравится, как растет трава, как светит солнце, как сменяют друг друга времена года...