Найти в Дзене
Эхо последней встречи. Рассказ.
Лев никогда не вешал на стены личные фотографии. Это не было принципом скорее, привычкой, возникшей задолго до того, как он это осознал. Мастерская на Васильевском с видом на Неву досталась ему от учителя, и он сохранил её почти нетронутой: те же высокие шкафы с калькой, тот же кульман у окна, тот же серо-голубой свет, который петербургское небо дарит тем, кто умеет ждать. На полях чертежей, между линиями фасадов и узлами примыканий, у него оставались пометки: «18:42, золото с мазками охры», «19:15, свинец с перламутром»...
1 месяц назад
Перечитывал свои наброски романа про постапокалипсис Там герой бродит по пустому городу, спит в брошенных квартирах, ест консервы из разгромленных магазинов. Ружьё за плечом, никто не командует, не надо платить за ЖКХ, не звонит начальник. И я поймал себя на мысли: я же с удовольствием описывал эту картину. Даже завидовал герою. Потом подошёл к окну. Люди бегут по нечищенным от снега тропинкам на автобусную остановку, сосед сверху включил дрель, в телефоне мигало напоминание о предстоящем списании по ипотеке. И вдруг стало ясно: постапокалипсис, который мы так любим писать и читать это не про страх перед концом света. Это про мечту сбросить всё. Не надо ходить на работу. Не надо объяснять детям, почему мир устроен так, а не иначе. Не надо по морозу идти выбрасывать мусор, платить кредит, выбирать из десяти производителей кефира в гипермаркете. Просто ты, рюкзак и дорога. Чистый лист. Никаких обязательств. Мы называем это «выживанием». Но выживание это грязь, инфекции, страх, одиночество. А в книгах и сериалах романтика свободы. Потому что на самом деле мы не про выживание пишем. Мы пишем про отпуск от ответственности. Про мир, где можно не думать о других они все равно почти все померли. Это удобная фантазия. Особенно когда вокруг слишком много людей, чьи проблемы не вписываются в твой график. Легче представить пустой город, чем пытаться понять соседа по лестничной клетке.
1 месяц назад
Код любви. Рассказ.
Комната затихала ровно в семь. Сначала Артём гасил основной свет, оставляя только настольную лампу с тёплым, медовым свечением. Потом поправлял серебристый обруч на виске, ощущая его чуть заметную вибрацию тихий зуммер готовой системы. Пальцы сами находили дырку на левом локте свитера, шершавую нитку неумелого шва. Он водил по ней подушечкой большого пальца, будто читая шрифт Брайля собственной тоски. На столе перед ним материализовалась чашка. Не совсем чашка  скорее, контур из мерцающих частиц, напоминающий форму, которую она любила: грубоватая керамика с отпечатком пальца гончара у ручки...
1 месяц назад
Давайте сразу убьём миф о Музе. Вы знаете эту слащавую картинку: писатель сидит у окна, смотрит на дождь, и внезапно на него нисходит божественное озарение, он хватает перо и... Чушь собачья. Если честно, процесс написания книги больше похож на попытку собрать осколки разбитого зеркала, пока ты истекаешь кровью. Только в моем случае зеркало это моя голова. Когда я сижу за клавиатурой по шесть часов подряд, переставая есть и спать, это не «работа». Это диссоциация. Мои персонажи не рождаются в моем воображении. Они вторгаются. Они лезут в мой мозг, когда я еду в метро или чищу зубы. Они начинают диалоги, в которые я не вовлечён, но вынужден слушать. Я слышу их голоса чётче, чем голос жены. Кажется это называется это вербальными галлюцинациями или признаками расщепления личности. Но если я ношу это в себе и записываю на бумагу то я «фантаст». Если бы я начал рассказывать эти истории вслух в метро, меня бы увезли в дурдом. Разница только в том, что я умею грамматически оформлять свой бред. Почему я пишу по сути в состоянии транса? Потому что в этот момент контроль эго отключается. Субъект (то бишь внутреннее я) умирает, и остаётся только чистый поток симптомов. Писательство это не акт создания чего-то нового. Это акт сдерживания. Это попытка выпустить паразитов из своего мозга наружу, чтобы они не сожрали тебя изнутри, и упаковать их в красивую обложку с мудрёным шрифтом. Каждый роман это история болезни. Каждый диалог это зафиксированный приступ. Писатели, не созидатели. Мы высокофункциональные сумасшедшие, нашедшие легальный способ продажу своих галлюцинаций. А читатели посетители в сумасшедшем доме, чтобы посмотреть на обезьян в клетке. Иногда кажется, что пора бы уже закрыть документ, выдернуть кабель из розетки и пойти к психиатру. Но потом я слышу, как главный злодей шепчет мне на ухо план уничтожения города, и я снова открываю ноутбук. Потому что если я не запишу это, он не исчезнет. Он останется со мной навсегда.
1 месяц назад
Последний диалог. Рассказ.
Утро начиналось с кипятка. Анна наполняла чайник, слушая, как он поёт на плите сначала тихое гудение, потом уверенный белый шум. Она доставала фарфоровый заварник, тот самый, с аккуратной паутинкой трещин на боку. Эпоксидка, которой Марк склеивал его семь лет назад, пожелтела, но держала. Чайная ложка с черногорским гербом, две щепотки листьев, вода, чуть остывшая после кипения. Ритуал был отточен до автоматизма. Она включала приёмник. Ламповый корпус, деревянный, тёплый на ощупь, сначала молчал, потом тихо загудел...
1 месяц назад
Вообще "совами" являются 80% людей во всём мире. Но все расписания, вся инфраструктура почему-то заточена именно под "жаворонков". Я отношусь к большинству. Как бы я не пытался себя перестроить ничего не выходит. Даже когда давняя работа предполагала вставать в 6 утра, я не мог заставить себя лечь спать раньше трёх, и отсыпался в дороге в электричке. Сейчас у меня уже давно есть возможность работать удалённо из дома. А вместе с этой возможностью просыпаться когда у нормальных людей уже обед. Днём всё бесит. Солнце лезет в глаза, сосед сверлит, в мессенджеры кто-то постоянно что-то пишет. Мир орет. Требует внимания. Жрёт мои мозги на завтрак. Ночью всё это затыкается. Наконец-то тишина в которой наконец-то можно услышать свои мысли. Не надо притворяться адекватным членом общества. Не надо улыбаться. Не надо делать вид, что мне что-то интересно. Днём свет из окна как допросная лампа. Высвечивает все косяки, всю пыль, всю пошлую реальность. А ночью свет от настольной лампы вырезает из темноты только стол, клавиатуру и мои истории которые я пытаюсь запихнуть в компьютер. На всё остальное можно забить. Усталость к полуночи сбивает весь пафос. Всё лишнее отваливается. Остаётся голый скелет истории. Никаких красивых слов, только «был мужик, случилась х..ня, он пытается выжить». Иногда больше и не надо. Телефон ночью просто кирпич. Можно выключить интернет и сделать вид, что я тоже выключен. Что я в дрейфе между мирами. А в этом дрейфе и рождается самое годное. А утром можно проверить: если то, что написано в три ночи, не вызывает рвотного рефлекса после сна значит, годится. Если вызывает удаляю без сожаления. Вот и вся магия. Никаких муз, никакого вдохновения. Есть ночь и клавиатура. И этого достаточно.
1 месяц назад
Тени, которые остаются. Короткий рассказ.
После затмения тени изменились. Они отставали ровно на сутки. Утром по тротуарам текли вчерашние страхи, смех, спешка. Ребенок бежал в школу, а его тень медленно шла, утирая несуществующие слезы. Мужчина курил у подъезда, а его тень качалась на невидимых ногах. Город пытался игнорировать это хрупкое второе дно. Майя жила в ритме метронома: дом, метро, офис. Ее дни были прозрачны и взаимозаменяемы. Ее тень сначала вела себя предсказуемо, повторяя вчерашний путь к станции. А потом перестала. Впервые Майя заметила это в среду...
1 месяц назад
Эссе от имени злого автора Сюжеты не падают. Их выдёргивают. С мясом, с кровью, с обрывками чужой жизни. Пока вы идёте в метро и тупо уставились в телефон, я слушаю, как вы ссоритесь с матерью. Не по телефону, нет вы в наушниках, орете на весь вагон, а она там, на другом конце, плачет. И вы говорите: «Мам, ну хватит уже, это твои проблемы». И я тут же выдергиваю блокнот. Уже есть первый диалог для рассказа про эгоиста, который проснётся однажды в теле своей старой матери. Спасибо. Ваш бытовой ад мое золото. Пока вы сидите в очереди в поликлинике и рисуете каракули на талоне от тоски, я смотрю на ваши дрожащие руки. Вы боитесь. Вы пишете на клочке бумаги: «Только бы не онкология». А потом скомкиваете и засовываете в карман. Я эту бумажку не украду физически. Но вашу дрожь, этот комок грязного страха в кулаке я его уже взял. Он станет сердцем истории про человека, который находит у себя предсказание смерти, написанное своим же почерком. Бесплатно. Пока вы напиваетесь в баре и бормочете другу про то, как ненавидите свою работу и мечтаете сжечь офис, я сижу за соседним столиком и записываю за вами. Дословно. Ваша пошлая, слюнявая, искренняя ненависть это алмаз. Я его отполирую, вставлю в оправу сюжета про клерка, который обнаруживает, что может поджигать вещи силой мысли. И это будет гениально. А вы утром всё забудете. Вы ходячие сюжетные генераторы. Вы разбрасываете драгоценный мусор: оброненную фразу, странный страх, нелепую мечту. Вы стыдитесь этого. Прячете. Забываете. А я подбираю. Я не «вдохновляюсь». Я совершаю акт чистого воровства. Ваша личная трагедия мой удачный рабочий день. Ваша маленькая тайна мой ключевой поворот. Вы производите сырьё. Я цех по переработке. И знаете, что самое смешное? Вы боитесь писать о себе. Вам кажется, что ваша жизнь серая, скучная, недостойная книги. Вы ошибаетесь. Она идеальна. В ней уже есть всё: боль, глупость, страх, пошлость. Вам осталось лишь перестать её стесняться и начать грабить самих себя. Но вы не начнёте. Вы будете и дальше бояться. И поэтому ваши лучшие идеи, ваши самые яркие кошмары и позоры будут тихо уплывать ко мне пока вы спите, пока вы ругаетесь в метро, пока вы дрожите в поликлинике. Пожалуйста, не меняйтесь. Продолжайте жить громко, глупо и искренне. Мне ещё столько всего нужно украсть. С глубокой, благодарностью, Ваш автор.
1 месяц назад
Ошибка копирования. Рассказ.
Ошибка копирования Телепорт загудел низко, как усталый зверь, и выплюнул Алексея в прихожую. Мой муж, Ал-1, отряхнул рукав пиджака, даже не глядя на меня. - Всю дорогу трясло, - буркнул он. - Ужин есть? Я уже открыла рот, чтобы ответить, как аппарат снова взвыл. Лампочки мигнули аварийным красным, из панели брызнули искры. И на коврике для обуви, сдавленно хрипя, возник второй. Он рухнул на колени, хватая ртом воздух, глаза расширены животным ужасом. Вторая копия моего мужа. Ал-2. - Что за дерьмо? - фыркнул Ал-1, отступая на шаг...
2 месяца назад
Синдром задержки эха
Синдром задержки эха 08:15 (Земля) / 09:55 (Станция «Галилей-7», орбита Юпитера) Индикатор связи мигнул зелёным. Лена уже знала этот ритуал: налить чай, сесть напротив терминала, наблюдать, как полоса прогресса ползёт от 0% до 100%. «Установление канала... Ожидание сигнала... 20%... 40%...» Каждый процент - это примерно двадцать секунд реальности, потерянных в пустоте. Сорок минут в одну сторону. Сорок - в другую. За окном квартиры лил дождь, превращая московские крыши в блестящие тёмные зеркала...
2 месяца назад
Обмен воспоминаниями по вторникам. Рассказ.
Тишина в квартире Артёма была особого свойства выстоянная, как старое вино в забытом погребе. Она густела по вечерам, особенно по вторникам, когда проверенные ученические  тетради складывались в аккуратные стопки, а чай в кружке остывал, недопитый. На верхней полке шкафа, за стеклом, стояла её кружка с синими ромашками по ободку. «На случай», говорил он себе, хотя какой случай мог вернуть Анну в эти стены, он не знал. Развод был тихим, почти бюрократическим. Ни ссор, ни битой посуды, только нотариус и два стула в коридоре загса...
2 месяца назад
Это мой блог. Здесь я планирую выкладывать свою короткую фантастику. Есть еще длинная, но она будет в другом месте. Рассказы в основном будут про обычных людей, которые сталкиваются с какой-нибудь странностью или находятся в необычных положениях. Как парень, который мог отправить СМС в прошлое. Или женщина, чей комнатный фикус оказался порталом - правда, только для комаров. Сюжеты для этих историй приходят отовсюду. Увидел, например, я как-то в кафе человека который выбирал пирожное минут пятнадцать - не меньше. И вот уже родился сюжет о человеке, который видит вероятности будущего для каждого десерта. Или слышишь скрип двери и представляешь, что она скрипит только для тех, кто сегодня солгал. Пишу ночью, когда город затихает. Нажимаю «Опубликовать» - и история уплывает в интернет. Надеюсь эти рассказы найдут своего читателя. Искренне ваш, Руслан Басаргин.
2 месяца назад