Балаково-24

В половине шестого я проснулась оттого, что кто-то долго не мог попасть ключом в замок. Потом тихо открылась дверь. В прихожей что-то упало, и муж прошептал слово, которое обычно произносил, когда ремонтировал нашу стиральную машину. Я вышла из спальни. Сергей стоял возле обувницы в мокрых джинсах. В руках держал пакет из супермаркета. Из пакета торчала жёлтая ручка. — Ты откуда? — Из гаража. — В половине шестого? — Сцепление разбирали. Засиделись. От него пахло не гаражом. Ни маслом, ни бензином...

На листке было написано: «Сентябрь — 46 часов. Октябрь — 61 час. Ноябрь — 38 часов». Ниже стояла сумма. Я перечитала сообщение два раза и позвонила. — Тамара, ты серьёзно? — Серьёзно. — Мы же соседи. — Я заметила. Мне не понравился её голос. Слишком спокойный. Как будто она этот разговор уже провела без меня и теперь только ждала, когда я произнесу положенные реплики. — Если тебе было трудно, можно было сказать. — Я говорила. — Когда? Она помолчала. — Вер, посмотри переписку. Я отключилась. Смотреть переписку не стала...

Надя позвонила в субботу. Я узнала её голос сразу, хотя двенадцать лет не слышала ничего, кроме короткого поздравления в общем школьном чате. — Ты дома? — Дома. — Можно зайти? Я посмотрела на часы. Половина одиннадцатого. — Что случилось? — Ничего. Я ненадолго. Она пришла с конвертом и яблоками. Яблоки были магазинные, с наклейками. Раньше Надя приносила со своей дачи — мелкие, пахучие, иногда с червяком внутри. Дачу она продала вскоре после того, как заняла у меня деньги. Я это хорошо помнила. Особенно когда она однажды выложила фотографию с моря...