«Идиот»: была ли Настасья Филипповна на самом деле безумна?
Это один из самых мучительных вопросов русской литературы. Князь Мышкин, обладающий опытом пребывания в швейцарской клинике, ставит Настасье Филипповне свой диагноз уже при первой встрече с её портрером: «Удивительное лицо! <…> Лицо веселое, а она ведь ужасно страдала, да? Об этом глаза говорят…». Но диагноз ли это безумия или прозрение в бездну?.. Чтобы ответить на вопрос, была ли Настасья Филипповна Барашкова клинически безумна, нужно отделить психиатрию XIX века от художественной метафизики Достоевского...