ARTПатруль

Олимпийские игры всегда выглядят как грандиозный спектакль. Но за этим спектаклем почти не видно главного — длинной дистанции, на которой решают не вспышки активности, а выносливость, не эффект, а честность движения. Именно в этой точке спорт неожиданно сближается с искусством. Для «АРТПатруля» эта тема не новая. Прошлой осенью прошла масштабная выставка «Спорт сквозь время»— и сегодня, накануне новой зимней Олимпиады, к ней хочется вернуться не из ностальгии, а потому что разговор оказался куда шире, чем про соревнования и рекорды...

Крылатая фраза "Большое видится на расстоянии", взятая из стихотворного произведения Сергея Есенина, изначально описывающая любовные переживания, вполне применима и к восприятию живописи. Существует множество картин, поражающих своими габаритами, величие которых лучше всего оценивать с некоторого отдаления. Создание подобных шедевров – процесс, занимающий у художников годы кропотливой работы, требующий бесчисленных набросков и значительного количества материалов. Для экспонирования особенно масштабных полотен создаются специальные выставочные пространства...

Никола-Ленивец — не просто деревня, а крупнейший в Европе арт-парк лэнд-арта, где природа и современное искусство существуют в гармонии. Проведение Масленицы здесь — логичное продолжение философии парка: возрождение традиций через призму современного восприятия. Организаторы (фонд «Никола-Ленивец») видят в Масленице идеальный повод объединить обрядовую культуру и актуальное искусство. Праздник здесь — это не просто народные гуляния, а глубокое погружение в архетипы, где сжигаемое чучело — тоже часть художественного высказывания...

Роберт Монтгомери, шотландский скульптор и поэт, чьи инсталляции со словами оформляли недавно показ Valentino, однажды сказал: «Модернизм — это не стиль. Модернизм — это мечта о свободном образовании и расовом равенстве, и библиотеках, полных книг, и снах, которые больше не полны слезами». Про Баухаус, самую влиятельную художественную школу XX века, можно сказать то же самое. Школа возникла всего через двадцать лет после конца Викторианской эпохи — и в эпоху тотальной декоративности смогла уничтожить любовь к украшательству напрочь...

«Затеял я как-то картину с медведями в лесу, приохотился к ней. И. И. Ш-н и взял на себя исполнение пейзажа. Картина вытанцевалась, и в лице Третьякова нашёлся покупатель. Таким образом убили мы медведя и шкуру поделили! Но вот делёжка-то эта приключилась с какими-то курьёзными запинками. Настолько курьёзными и неожиданными, что я отказался даже от всякого участия в этой картине, выставлена она под именем Ш-на и в каталоге значится таковою. Оказывается, что вопросы такого деликатного свойства не утаишь, пошли суды да пересуды, и пришлось подписаться под картиной вместе с Ш...