Елена Гроза | Остросюжетная проза

Ольга позвонила в среду, ближе к девяти вечера. Я как раз мыла посуду после ужина, руки в пене, телефон зажат между плечом и ухом. Она говорила быстро, сбивчиво, будто боялась, что я перебью. – Лен, мне нужна твоя помощь. Скажи Косте, что в субботу мы были вместе. Ходили в торговый центр, выбирали мне платье. Он может позвонить, спросить. Я выключила воду. Пена медленно стекала с пальцев в раковину, и этот звук вдруг показался очень громким. – Подожди. Зачем? – Лен, ну пожалуйста. Не спрашивай. Просто скажи, если он позвонит...

Катя услышала это в прихожей, когда застёгивала сапог на левой ноге. Галина Петровна стояла в дверном проёме кухни, вытирая руки полотенцем с выцветшими подсолнухами, и говорила так, словно обсуждала погоду. «Ты детей мне оставь, а сама жизнь устраивай». Сапог не застегнулся. Молния заела на середине, и Катя замерла, согнувшись, глядя на собственные пальцы. Они побелели. Потом она медленно выпрямилась. Галина Петровна уже отвернулась и пошла к плите, где закипал борщ. Как будто ничего не произошло...

Зинаида Павловна толкнула тяжёлую дверь и шагнула внутрь. Пахло свежим хлебом и чем-то цитрусовым, приятным. Она огляделась. Высокие потолки, мягкий свет, белые скатерти. На стенах фотографии в тонких рамках. Красиво. Она давно не бывала в таких местах, но сегодня повод был особенный. Внучке исполнялось двадцать пять, и Зинаида Павловна хотела забронировать столик на субботу. Сама позвонить не смогла, телефон барахлил, а Катя сказала: «Бабуль, просто зайди, там милые люди, помогут». Пальто на ней было серое, с крупными пуговицами...

Галина проснулась в четыре утра и сразу потянулась к телефону. Не потому что ждала сообщение. Просто привычка: посчитать, сколько дней осталось. Осталось три. Она лежала в темноте, слушала, как капает кран на кухне, и улыбалась. Три дня. Семьдесят два часа. Потом он войдёт в дверь, бросит сумку в коридоре, и квартира снова станет живой. Перестанет быть музеем, в котором она ходит одна между комнатами, разговаривая с кошкой. Кошка, к слову, его не любила. Но это другая история. Галине было сорок один...

Марина резала огурцы, когда зазвонил телефон. Номер был незнакомый, но голос она узнала сразу. «Привет. Это Катя». Нож замер над разделочной доской. Катя. Бывшая жена Олега. Женщина, о которой Марина знала всё и ничего одновременно: имя, возраст, двое детей. И то, что Олег ушёл от неё четыре года назад. «Мне нужно с тобой поговорить», сказала Катя. Голос был ровный, без вызова. Так разговаривают люди, которые долго готовились к звонку. Марина вытерла руки полотенцем. Сердце стучало чуть быстрее, чем нужно...