Анна Макогонова/ кризисный психолог

Я долгое время была дочерью идеальной мамы. Причём, особенно идеальной она стала после смерти. Когда уже нельзя спросить, поспорить или сказать: «Мам, а вот здесь мне было больно». Психика вообще любит делать красивый монтаж прошлого, оставляя самые тёплые воспоминания, яркие моменты и любимые черты. Моя мама была невероятно живая. Весёлая, яркая, с огромной энергией. С ней было легко смеяться, интересно разговаривать. Я её очень любила. И долгое время внутри меня жила одна картинка - моя мама самая лучшая. Но у идеального образа есть одна сложность. Если ты была такой прекрасной мамой, тогда у меня есть вопросики. Почему вот здесь ты не увидела? Здесь не защитила? Почему мне пришлось проходить через это самой? И внутри постепенно образовалось странное напряжение. С одной стороны - огромная любовь, а с другой - обида, которой как будто не было места. Потому что, как можно злиться на самую лучшую маму? Предъявлять претензии человеку, которого уже нет рядом, это вообще не комильфо. Это напряжение влияло не только на мои отношения с мамой. Оно влияло на мои отношения с собой. Если мама идеальная, то и я должна соответствовать этому образу. Быть правильной, не ошибаться и со всем справляться. Хорошо, что в какой-то момент стало очевидно, что так невозможно жить. Идеальных людей не существует. Мне стало легче, когда я смогла снять маму с пьедестала и увидеть её реальным человеком. Не сделать её плохой и обесценить всё хорошее, что между нами было. Увидеть женщину со своей историей, характером, возможностями и ограничениями. Женщину, которая могла меня любить и при этом чего-то мне не дать. Тогда я смогла увидеть рядом с ней не только взрослую себя, которая пытается всё объяснить и разложить по полочкам, но и ту маленькую девочку, которой когда-то было больно, чего-то не хватило и частенько было одиноко. И самое удивительное, именно тогда любви стало больше. Потому что любовь перестала держаться за образ. Мама перестала быть идеальной мамой из моей головы. Она стала живым человеком. А когда я смогла увидеть её реальной, я впервые разрешила себе тоже быть такой. Просто собой. Вместе с этим, я смогла перестроить внутри себя тот механизм, который много лет влиял на мою жизнь и буквально связывал по рукам и ногам. Тот механизм, где любовь была тесно связана с ожиданиями, каким должен быть другой человек. И одновременно с этим, какой должна быть я, чтобы соответствовать этим отношениям. Сейчас, я учусь выстраивать отношения не с образами, на которые сама навешала огромное количество ожиданий, а с реальными людьми. С теми, кто рядом. С их характером, историей, возможностями и ограничениями. В этом для меня стало больше свободы и близости.