Анна Григорьевна | Авторские рассказы

— Чтоб ноги твоей здесь больше не было! — Антонина Семёновна стояла у калитки, руки в боки, и голос у неё был такой, что соседские куры шарахнулись за забор. — Это моя дача, мой участок, и я тут всё решаю! Марина не успела даже сумку поставить. — Антонина Семёновна, мы договаривались на выходные... — Ничего мы не договаривались! — Свекровь дёрнула щеколду. — Договорились они! Приезжаете, как к себе домой, грядки топчете, воду льёте без счёта. Я за воду плачу, между прочим! — Мы помогаем. Я сама полола в прошлый раз четыре часа...

— Положи ключи на стол и проваливай. Валентина Степановна произнесла это ровно, без крика. Так говорят, когда уже всё решено. Когда внутри не осталось ни обиды, ни злости — только усталость и холодная, как январский кафель, ясность. Невестка Марина замерла в дверях кухни. В руках — пакет с продуктами, на лице — то выражение, которое Валентина Степановна видела уже раз сто: полуоткрытый рот, глаза в сторону. — Вы серьёзно? — Ключи. На стол. — Валентина Степановна отвернулась к плите и помешала суп...

— Валентина Сергеевна, ну что вам стоит? Человек пожилой, ноги больные, — проводница говорила сладко, с той особой интонацией, от которой сразу понятно: не просит — давит. — Уступите дедушке нижнюю. Валя подняла взгляд от сумки. Дедушка стоял в проходе — бодрый, румяный, с кожаным саквояжем в руке. Лет семидесяти, не больше. В начищенных туфлях. Ноги больные — как же. — У меня двое детей, — сказала Валя. — Мы едем сутки. — Ну и что, дети молодые, залезут на верхнюю! Сашка дёрнул её за рукав. — Мам, я могу наверх...

— Всё, хватит! — Нина Васильевна поставила кастрюлю на плиту с таким грохотом, что с полки упала баночка с гречкой. — Сорок лет стираю, готовлю, убираю — и что в итоге? Антистресс! Мне нужен антистресс! Дочь Оля стояла в дверях кухни и смотрела на мать поверх телефона. — Мам, ну что случилось опять? — Что случилось! Твой папа знаешь что мне сегодня сказал? Говорит: ты, Нина, слишком нервная. Тебе надо расслабиться. И сунул мне в руки вот это! Она швырнула на стол маленькую синюю коробочку. Оля подошла, взяла, прочитала этикетку...

— Это что такое?! Валентина Степановна поставила тарелку на стол так, что бульон плеснул на клеёнку. — Суп, — сказала Ирина, не отрываясь от телефона. — Суп! — свекровь фыркнула. — Помои это, а не суп. Ты вообще курицу варила или просто воду на неё посмотрела? — Мама, — Игорь потянулся за хлебом, — нормальный суп. — Не мамкай! — она развернулась к сыну. — Ты защищаешь её потому что сам не понимаешь, как должно быть, или потому что боишься? Ирина отложила телефон. Медленно. Поставила его экраном вниз...