Математик с Кавказа - Жиренков Андрей

Я хорошо помню тот вечер. Не потому что произошло что-то особенное. А потому что он был слишком обычным. Сын сидел за столом, тетрадь по математике открыта, ручка в руке, а взгляд пустой. Он смотрел в одну точку и даже не делал вид, что думает. Просто сидел. Я спросила, что задали. Он пожал плечами. Потом тихо сказал: «Я не понимаю». Я начала объяснять. Спокойно. Так, как могла. В какой-то момент он резко закрыл тетрадь и сказал: «Мам, не надо. Всё равно». И вот это «всё равно» было страшнее любой двойки...

Учительница орёт на уроке математики. Не повышает голос, не делает замечание, а именно орёт. Громко, резко, с раздражением. Ребёнок сидит за партой, сжимает ручку и делает вид, что пишет. На самом деле он уже ничего не понимает. Мысль оборвалась ещё на середине объяснения, когда прозвучало это раздражённое: «Ну сколько можно повторять?!» А потом он приходит домой. Раздевается, ест, молчит. И где-то между чаем и домашкой вдруг говорит: «Мам, я вообще ничего не понимаю по математике». Не плачет, не жалуется, просто констатирует факт...

Эту фразу мне сказал на днях ученик 7 класса. И это я слышу часто, Её говорят семиклассники, восьмиклассники, девятиклассники. Иногда — тихо, иногда с раздражением, иногда уже с пустыми глазами. И каждый раз она звучит одинаково: — Я не могу понять математику. Учительница кричит пол-урока. Я ничего не понимаю. Потом учительницу поменяли. Я думал, что-то изменится. Но не изменилось вообще ничего. И знаете, что самое страшное? Я верю каждому слову. Ребёнок не говорит: «Мне лень». Он не говорит: «Я не хочу учиться»...

Слово «контроль» на семейном обучении звучит почти как ругательство. Его боятся. Его избегают. Его стараются заменить красивыми словами — «доверие», «свобода», «осознанность». И я прекрасно понимаю, откуда это берётся: слишком много плохого контроля было в школе. Контроля ради отчёта, ради галочки, ради цифры в журнале. Но есть одна важная вещь, о которой почти никто не говорит вслух: убрав школьный контроль, родители часто убирают контроль вообще — и именно в этот момент семейное образование начинает трещать...

Я преподаю математику более 7 лет. И если раньше перед Новым годом в школе стоял гул — суета, смех, кто-то тащит мишуру, кто-то репетирует номер, — то в этом году было странно тихо. — А вы идёте на генеральную ёлку? — спросил я у класса. Ответ был не хором. Он был честным. — Нет. — Не хочу. — А можно не идти? — Там опять всё одинаково. Я сначала подумал: подростковая вредность. Ну бывает. Но потом они начали говорить. Не жаловаться, не ныть — объяснять. И вот тут мне стало не по себе. Один мальчишка, сильный, кстати, по математике, сказал очень просто: — Там мы никому не нужны...

Я слышал эту фразу десятки раз — за кухонным столом, в переписках, на первых онлайн-занятиях, в голосе умных, заботливых родителей, которые искренне хотели для ребёнка лучшего и были уверены, что дома можно учиться спокойнее и глубже. Она звучит логично, мягко, почти по-доброму, но именно с неё начинается медленное рассыпание обучения, потому что математика не умеет существовать «по настроению» и всегда требует чёткого маршрута, даже если вокруг тишина, чай и плед. Снаружи всё выглядит прилично:...

Есть один тревожный признак, по которому почти безошибочно можно определить: семейное образование в этой семье трещит по швам. И нет, это не истерики, не пропуски занятий и даже не плохая дисциплина. Это математика. Именно она первой начинает «сыпаться». Именно на ней чаще всего появляются слёзы, раздражение и фраза: «Наверное, нам не подходит семейное обучение». Хотя проблема вовсе не в формате. Когда родители уходят на семейное образование, они искренне рассчитывают, что дома всё станет легче...

Почему именно с этого начинается большинство проблем: Эта фраза звучит почти всегда одинаково. Спокойно. Уверенно. Даже с облегчением. «Мы сами справимся». Родители говорят её в самом начале пути семейного образования. Иногда — с гордостью. Иногда — с вызовом. Иногда — просто потому, что очень хочется в это верить. И именно с этой фразы чаще всего начинается длинная цепочка проблем, о которых сначала никто не думает. Решение уйти на семейное обучение редко бывает спонтанным. Обычно ему предшествует усталость...

Есть в школьной математике темы, которые формально простые, но по факту — настоящий фильтр. Не потому что они сложные, а потому что их никто нормально не объяснил. Отрицательные степени — как раз из этой категории. Формулы есть, правила есть, а понимания нет. В результате даже сильные ученики начинают путаться, а слабые — окончательно теряют веру в себя. Я регулярно вижу это на занятиях. Ученик уверенно считает уравнения, справляется с задачами, но как только в выражении появляется что‑нибудь вроде (a^{-2}) или ((a^{-1}+b^{-1})^{-1}) — всё...

Семейное образование сегодня продают красиво. Свобода. Гибкий график. Ребёнок не устаёт. Нет давления. Нет школы. Нет стресса. Звучит почти как реклама счастливой жизни. И родители ведутся. Потому что устали. Потому что видят, как ребёнок тащит портфель тяжелее себя. Потому что школа всё чаще вызывает раздражение, а не доверие. Потому что хочется «по-человечески». Но есть один момент, о котором почему-то почти никто не говорит вслух. Семейное образование — это не про свободу. Это про ответственность...

— «А мы уходим на семейное. Нам надоело это ваше школьное образование». Эту фразу я слышу всё чаще. Говорят её уверенно, даже с облегчением. Как будто наконец нашли выход. И я понимаю этих родителей. Честно. Школа сегодня умеет выжать нервы, отбить интерес и довести до слёз даже спокойного ребёнка. Бумаги, оценки, контрольные, давление. Иногда действительно хочется хлопнуть дверью и сказать: всё, хватит. Но проблема в том, что семейное обучение — это красивая идея из интернета, а реальность у неё совсем другая...

Иногда мне кажется, что современная школа живёт в режиме вечного забега. Не обучения — именно забега. Звонок прозвенел — новая тема. Следующий урок — ещё одна. Через пару занятий — самостоятельная. Потом контрольная. А потом удивление: «Почему дети ничего не понимают?» И вот тут хочется тихо, без крика сказать: так нас не учили. Я не говорю, что раньше всё было идеально. Нет. Но была одна вещь, которую мы точно не теряли — логику обучения. В СССР тема не «пробегалась». Её проживали. Сначала объяснение...