Записки вяжущего психолога

Вязание этой футболки стало для меня потрясающим опытом! Была у меня красочная пряжа и связала я из неё мини шаль, а может бактус сейчас уже не важно. Плотность полотна в готовом изделии мне не понравилась. Когда связала образец платочной вязкой, показалось, что хорошо, но вот носить такую вещь оказалось не практично. При этом тактильно пряжа мягкая, ощущения от изделия приятные, но всё же... Короче говоря распустила и смотала клубочки, чтобы связать футболку! В составе пряжи есть хлопок и акрил...

Марина всегда была человеком, который держит всё под контролем. Руководитель отдела в крупной IT-компании, она привыкла мыслить дедлайнами, KPI и стратегиями развития. Когда ей предложили должность директора департамента — скачок, о котором мечтают многие, — вместо радости её накрыла ледяная волна тревоги. «Я не справлюсь», «У меня совсем не останется времени на семью» — эти мысли крутились в голове без остановки. Повышение означало больше ответственности, выше ставки, меньше права на ошибку. Дома Марина стала раздражительной...

История вязания этого кардигана с одной стороны проста и не замысловата, а с другой стороны - удивительна и познавательна! Началось всё с того, что: Идея - есть... Пряжа - есть...

Практикуя вязание в контексте поддерживающего способа управления эмоциями, мне удалось сделать некоторые интересные выводы. Напомню: вязание бывает разным, об этом я подробно писала в статье "Вяжем успокаиваемся" и "Медитативное вязание". Сегодня речь пойдёт о терапевтическом эффекте осознанного вязания. Регуляция эмоций через переключение внимания Осознанное вязание в большинстве своём работает как дополнительный способ отвлечения от навязчивых негативных мыслей. Процесс вязания требует удерживать фокус на конкретных действиях: считать петли, следить за схемой, контролировать натяжение нити...

Елена Ивановна сидела на кухне, теребя край скатерти, и снова ловила себя на том, что сжимает зубы. В соседней комнате тихо шуршала чем‑то невестка Катя — беременная, хрупкая, будто из тонкого фарфора. А у Елены Ивановны внутри всё сжималось от тревоги: то казалось, что Катя слишком мало ест, то — что слишком много ходит, то вдруг накатывало, что вот-вот случится что‑то плохое. И от этой бесконечной карусели мыслей голос у неё становился резким, а слова колючими. — Опять ты стоишь, тебе же отдыхать...