Архитектура Смыслов

Меня всегда занимал вопрос: «А зачем я это делаю?» Не абстрактно, а на практике. Жизнь — это постоянное приложение усилий. И хорошо бы иметь внутри генератор желания эти усилия прикладывать. У молодых женщин со смыслами всё в порядке. Создать семью, родить детей — и вот она, корона: «Я же Мать!». Дальше всё понятно и определено. Но вот ребёнок подрастает… И «Я же Мать» должна поменяться на что-то другое. А на что? Корона прикипела к причёске, но уже истрепалась. Новая шляпка не лезет поверх старой...

После климакса (а иногда и до него) тело вдруг начинает подводить. И это пугает. Вы боитесь заболеть. Не просто простудой, а серьёзно. Вы боитесь, что тело подведёт, что сил станет меньше, что вы не справитесь. Вы чувствуете, как мир перестаёт видеть в вас сексуальность. И самое неприятное — вы боитесь стать обузой, особенно если вы заняты уходом за старшим поколением. Это сигнал, а не ипохондрия. Ваше тело начинает громче говорить с вами. Оно обращает на себя внимание. Раньше вы могли его не замечать — оно работало само...

Вы когда-нибудь ловили себя на мысли, что ваш телефон умнее вас? Что в соцсетях появляются новые функции, а вы всё ещё пользуетесь старыми, потому что не хотите разбираться? Что компьютер выдаёт ошибку, а вы не знаете, что она значит? Это не глупость. Это страх. Страх, что мир ушёл вперёд, а вы остались. Страх, что вы не успеваете, не понимаете, не догоняете. Я знаю это чувство. Я сама через него прошла. Точнее — я иду рядом с ним до сих пор. И я поняла одну важную вещь: дело не в технологиях. Дело в том, что мы путаем «не умею» с «я плохая»...

В вашей жизни всё вроде устаканилось. Дети выросли, работа налажена, вы многое поняли. И вдруг - тишина. Вы смотрите вокруг и чувствуете: что-то ушло. Ваше место? Ваша роль? Вы не можете это назвать, но оно болит. Вам советуют: «найди хобби», «путешествуй». А вы не хотите рукодельничать. Путешествия - временны. Вы не хотите доказывать, что вы ещё ого-го. Вы хотите одного: понять, зачем вы теперь нужны. Я прошла через это Красный диплом МИФИ (биофизика), кандидат наук, старший научный сотрудник академического института...

Мы смотрим на поле цветов и видим краски. А пчела видит ультрафиолетовые узоры. Нам они не видны, а ей указывают путь к нектару. В этом нет «правильно» или «неправильно». Есть разная оптика. У каждого биологического вида — свой фильтр восприятия. У человека их даже несколько. И главный из них — разум. Разум позволяет нам не просто видеть, а выбирать, на что смотреть. Но мы часто забываем об этом. Нам кажется, что наше восприятие — единственно верное. К примеру, глядя на непростую ситуацию, мы думаем: «Это ужасно...

«А у тебя голос как у твоей бабушки». Она сказала это на 103-м году жизни. А моя бабушка умерла за год до моего рождения. Я никогда не слышала её голоса, никогда не видела её. Но эта женщина, которая знала её девочкой, девушкой, взрослой, узнала её во мне — через поколение, через время, через невидимую связь. И ещё вспомнила. Бабушкин брат, войдя в комнату, где я стояла, был поражён: «Боже! Мне показалось, что это сестра тут». Он увидел её во мне на мгновение. И я подумала: это не просто сходство...

Я сегодня занималась саженцами павловнии — дерева счастья. Это самое быстрорастущее и потрясающе красиво цветущее дерево (так пишет интернет). Его вывели в честь нидерландской королевы — сестры Александра I и Николая I, дочери Павла I. Некоторые растения обзавелись листьями, как будто они — огурцы. И закрывали от света своих соседей, которые так и остались по внешнему виду пятидневными деревцами. Я занималась этими будущими (как я верю) роскошными деревьями и думала о том, что они переживут меня...

В прошлый раз мы остановились на том, что от столкновения Чеширской Улыбки и Кота Шрёдингера полетели искры. Из них получились люди, звери, орлы и куропатки. Но были и другие искры. Те, что упали в самую глубокую тьму — туда, где ещё не было ничего. Даже желания быть. Из этих искр родилась Ярость Кота. Не злая. Не добрая. Просто огромная, тёплая, когтистая сила, которая сказала: «Хватит просто быть. Пора защищать то, что есть». Ярость Кота ударила хвостом по пустоте — и появились звёзды. Выпустила когти — и прочертила орбиты планет...

Не кот. Не морда. Не существо. Просто Улыбка. Она висела в пустоте. Широкая, зубастая, чуть насмешливая. Без лица, без тела, без обязательств. Чистое намерение быть видимой, даже когда нечему улыбаться. Она никому не принадлежала. Она просто была. И этого достаточно. А напротив неё, в полной темноте другой вселенной, стоял Ящик. Герметичный. Непроницаемый. С одним-единственным Котом внутри. Это был Кот Шрёдингера. Бог, который никогда не знает, жив он или мёртв. Он одновременно есть и его нет. Он — чистая потенция, запертая в тесноте квантового парадокса...

Прочитала недавно один текст. Про то, что интернет и соцсети возвращают нам «короткий дофамин» — тот самый, на котором жили охотники-собиратели. Быстрый результат, мгновенная награда, каждые пять минут что-то происходит. А земледельцы и промышленная цивилизация этот механизм тысячелетиями подавляли: сиди смирно, жди урожая через полгода, терпи, вкладывайся в долгое. И я задумалась: а еда — это ведь тоже про дофамин. Только мы редко это замечаем. Охотник внутри нас Когда вы в последний раз срывались на шоколадку, чипсы, фастфуд? Не от голода — от «хочется»...

У меня есть подруга. В телефоне она записана как «еда и её отсутствие». Мы с ней и подружились когда-то за разговорами о еде (и отказах от неё). Она может с равным восторгом есть и не есть. Для неё праздник и еда, и полная пустота. И обе эти вселенные одинаково интересны. А я ем всегда. Особенно если вкусно и в радость. А если радости нет, внутри что-то сжимается. И я ем, чтобы оно расслабилось. Согласитесь, подходы разные. И мы друг для друга — вопросы, на которые отвечаем уже пару лет. Как это...

Долг. Какое это слово для вас? Иногда он чувствуется как ярмо. Тянет, натирает, не снять. Идёшь и несёшь, потому что «так надо». Потому что без тебя не справятся. Потому что кто, если не ты? Но внутри уже стёрто до крови — а ты всё равно несёшь. Иногда долг — как якорь. В шторм держит, не даёт унести в открытое море. Ты злишься на него, но и без него страшно. Он тяжёлый, но он — твой. И пока он есть, ты знаешь, где ты. А иногда долг — как балласт на воздушном шаре. Вроде лишний груз, не даёт подняться выше...