Алла Тесленко | доктор для тела и души

Июнь — мужской месяц. Я не про гендер. Я про качество энергии, которая сейчас разлита в воздухе. Май был нежным, цветущим, обещающим. Июль — щедрым, тёплым, текучим. А июнь — пик. Вершина. Точка, с которой видно всё. Солнце в самом зените. День длиннее ночи. Всё растёт, цветёт, движется вверх с такой скоростью, что не успеваешь моргнуть. Это энергия проявленного, направленного, яркого действия. В китайской традиции это называют «ян» про активное, светлое, мужское начало. В алтайской — огонь, который даёт жизнь, но может и сжечь, если не знать меры. В пространстве шаманизма — время (цикл), когда поле гудит на высокой ноте...

Утро начинается обычно. Будильник уже предал тебя минут двадцать назад, и теперь время зверь, который дышит в затылок. Ты носишься по квартире с зубной щеткой во рту, одной ногой в штанах, второй в пропасть. Мысль одна: успеть. успеть. успеть. И вот ты уже почти у двери. Кроссовки. Сумка на плече. Рука ищет ключи… Их нет. Ты шаришь по привычной полке и там пусто. Проверяешь крючок у входа, но там висит только старая кепка. Карманы куртки, которую не надевал три дня? Пусто. Сумка? Перерыта до дна. Кухонный стол? Газета, кружка, крошки, а ключей нет. Время перестает быть просто зверем. Оно становится судьей, который заносит молоток над твоим опозданием...

Танец пламени: лето как способ ощутить дух жизни Джеймс Бьюдженталь написал однажды слова, которые звучат не как психотерапия, а как шаманское заклинание: «В каждом из нас тлеет пламя, которое может разгореться». Он назвал свою книгу «Наука быть живым», но в этих строчках нет науки в привычном смысле. Есть огонь, есть жажда, есть что-то дикое, что не умещается в диагнозы и протоколы. Он говорит: нас постоянно преследует жажда жизни. Даже когда нас учили сокращать себя, ужимать, коверкать своё бытие что-то внутри всё равно стремится расширить горизонты. Обеспечить себе пространство для роста. Дышать глубже, чем разрешено...

Летнее солнцестояние. Точка, граница или портал? … про инициацию силой, мужском проявлении и том дне, когда год замирает, чтобы выбрать направление В июне, когда день длиннее всего, а ночь короче короткого, происходит нечто, что нельзя потрогать, но невозможно не почувствовать. Солнце замирает на самой высокой точке своего пути. Оно не падает, не уходит, не спешит. Оно просто стоит. Три дня, говорят астрономы. Три дня, говорят мифы. Три дня, чувствует тело. И в этом стоянии вся загадка. Точка. Граница. Портал. Можно смотреть на солнцестояние по-разному. И все ответы будут правдой. С научной точки зрения просто астрономическое событие...

Я заметила это давно. Но сформулировать смогла только недавно. Один и тот же закат два человека могут описать так, будто они видели совершенно разные вещи. — «Небо переливается от оранжевого к фиолетовому, волны на воде отражают свет». — «Солнце уходит за горизонт, день закончился». Первый описал то, что видел. Второй — то, что знает. И это не ошибка зрения. Это разные картины мира. Картина мира не истина, а инструмент У каждого из нас внутри есть карта. Не та, что в телефоне или навигаторе, а другая невидимая. На ней обозначено: что важно, а что нет. Во что можно верить, а что нужно отвергать...