Алина

— Завтра в десять утра мы идем к нотариусу, перепишешь свою долю на меня, Илье нужен залог для бизнеса, — безапелляционно заявила свекровь. Людмила Борисовна произнесла это абсолютно будничным тоном, даже не оторвав взгляда от пачки рекламных буклетов, которые она методично перебирала на нашем кухонном столе. Я замерла, так и не донеся заварочный чайник до чашки. Горячий пар обжег пальцы, возвращая к реальности. Медленно, стараясь не делать резких движений, я опустила фарфоровый бок чайника на деревянную подставку...

— Мы к вам переезжаем насовсем, так что распорядись, чтобы гостевую на первом этаже освободили от этого дизайнерского хлама. Антонина Сергеевна произнесла это абсолютно будничным тоном, стряхивая мокрый снег со своих замшевых сапог прямо на мой светлый керамогранит в прихожей. Я замерла, держа в руках стеклянную вазу со свежими тюльпанами, и медленно перевела взгляд на мужа. Вадим топтался на пороге, виновато пряча глаза за огромными клетчатыми баулами, которые он с трудом удерживал в обеих руках...

— Аня, вы тут полки свои снимите, мне под рассаду место нужно, — прозвучал от двери бодрый голос. Свекровь по-хозяйски провела пальцем по подоконнику, проверяя пыль, даже не удосужившись снять уличные туфли. Нина Павловна всегда входила в мою квартиру так, словно это был её личный филиал, где временно проживали какие-то квартиранты, которых она из милости терпела и которым время от времени нужно было указывать на их истинное место. Я замерла, так и не донеся чашку с утренним кофе до губ. Горячий пар щекотал лицо, но внутри всё окатило холодом...

— Аня, вы тут полки свои снимите, мне под рассаду место нужно, — прозвучал от двери бодрый голос. Нина Павловна по-хозяйски провела пальцем по подоконнику, проверяя пыль, даже не удосужившись снять уличные туфли. Я замерла, так и не донеся чашку с утренним кофе до губ. Горячий напиток чуть не выплеснулся на идеально чистую столешницу. — Нина Павловна, вы же говорили, что это временно, пока мы не найдем вам студию? — спокойно спросила я, ставя чашку на стол. — Ой, ну какую студию сейчас найдешь! — отмахнулась свекровь, скидывая плащ прямо на спинку моего светлого стула...

— Ты бы у Светы поучилась, как дела вести. Человек свой бизнес расширяет, а ты всё над таблицами чахнешь. Галина Васильевна произнесла это с той особенной интонацией, которая обычно означает, что сказанное не подлежит обсуждению. Она сделала шаг в коридор и аккуратно поставила свою тяжелую кожаную сумку на консоль у зеркала. Звук металлической застежки, стукнувшей по дереву, показался в тишине слишком громким. Я перестала печатать. Пальцы замерли над клавиатурой ноутбука. Медленно подняв взгляд от монитора, я посмотрела на мать своего мужа...