"О жизни и о себе". Писатель Александр Ермак

Еще несколько отзывов о моем рассказе «Душе моей гангрена» (Александр Ермак) «В писхологии просто и пара- , это называется танатотерапия. Но, видать, плохой был у героя психоаналитик. Не довел процесс до конца... А написано аппетитно.» Баян Ширянов «СУПЕР!!!!!!!!!!!!!!!!!»    Floreen «Хороший, правильный рассказ. А "ты души моей гангрена" - цитата из стихотворения Адама Беспредельного, если кто не знал, ибо найти уже почти невозможно, интересно, откуда автор достал столь редкое издание.»    Выхин «Самое смешное и грустное то, что это практически на 90% история моей жизни...» Андрей «Вопрос ко всем, кому понравился рассказ «Гангрена». Объясните, почему герой рассказа просто не завел любовницу? Это решило бы все его проблемы...» Спорщик Рассказ хороший. Один из признаков - читатели-то поверили и стали обсуждать не сам рассказ, а его героев - "кто прав кто виноват". :)» XBOCT

Везде литература ценится не на основании гнуснейших ее образцов, а на основании тех ее деятелей, которые воистину ведут общество вперед. М. Е. Салтыков-Щедрин

Еще один отзыв о моем рассказе «Душе моей гангрена» (Александр Ермак) «Написано здорово. Но писал я об этом уже, кажется, в гостевой Гольдберга: перед нами типичнейший пример истории о роковой женщине. Историй таких много, их можно собирать (Чеховскую 'Ариадну' возьмите, его же 'Драму на охоте' и т.п.) У таких работ есть ряд типичных черт. Я прочитал об этом в статье Janey Place (Women in film noirc в книжке Popular Fiction. Например, героиня всегда необычайно красива. Это ангел. Красота притягивает мужчину как... как бабки :) Это 'сокровище', которым мужчина, хозяин жизни, "владеет". Оказывается, однако, что он им не "владеет", как следовало бы владеть хорошей женой, милой и послушной, способствующей строительству карьеры мужа, т.е. его занятиям собой. Вместо этого собой занимается она. При этом поскольку она красива и потерять такой капитал он боится (или не может, как в этом рассказе, но замечу, что герой изначально-то желал свою будущую супругу), герой попадает в зависимость. Зависимость становится для него роковой, и она его разрушает. Чтобы предотвратить разоружение мужчины, роковая женщина должна быть уничтожена. Такая вот типичная тема. В статье приводятся конкретные реализации "Double indemnity. Farewell, my lovely. Out of the past. Sunset Boulevard. The postman always rings twice. The big Combo. Night and the city. Kiss me deadly. Laura. Angel face. Gun crazy. The killers. The maltese falcon. Я бы добавил сюда фильм, который смотрел сам: The last seduction. В русской литературе порочные красавицы, разумеется, тоже присутствуют в изобилии, мне на ум сразу приходят Элен Безухова (Пьер пытается ее убить! :), Луша из 'Поднятой целины' Шолохова, упомянутые уже чеховские дамы (их много, но, например, героиня 'Случая на охоте' и Ариадна), и так далее.» Леонид Делицын

Писание - удовлетворение, печатание - ответственность. А. Г. Рубинштейн

Отзыв о моем рассказе «Душе моей гангрена» (Александр Ермак) «С первого взгляда может показаться, что это рассказ о женщине. Конечно, нет! Откровение мужчины раскрывает в первую очередь его мир, его страсти. Герой тих и порядочен, никого убить не в силах, дрался только, когда защищал себя. И довольно-таки грубая фраза, с которой начинается текст, - "О, господи, какая же она дрянь... Стерва... Сволочь, мразь, гадина..." - это самое большое, на что он способен, самое максимальное за всю жизнь проявление протеста. Герой, можно сказать, тихоня, забитый человек. Подобного рода люди первыми уходили добровольцами на вдруг начавшуюся войну, потому что только и ждали какого-нибудь повода сбежать из дома, любого, хоть с угрозой неминуемой гибели. Но и в таком живет зверь, настоящий мужчина. Неудовлетворенная тяга к "настоящей" женщине, к Лоле (Лолит - символическое имя женщины-змеи, первоженщины, предшественницы Евы) толкает героя, - хотя бы в воображении, - на замысел убийства. Тема рассказа фундаментальна - самец, жаждущий самки, но прикованный словно цепью к той, которая для него как бы и не существует, потому что ведет себя не как дикая кошка, лесная самка, а слишком зацивилизованно. Такая герою не нужна. Если женщина призвана существовать в душе мужчины (женская половина мужской души - анима), то у героя она почти умерла, - "Души моей гангрена". Точнее и не скажешь. Качества самой виновницы всех переживаний к теме не имеют прямого отношения. Наверняка, она далека от идеала женщины-самки, но вся ее "вина" на деле сводится только к тому, что в автокатастрофе не разбилась насмерть, а лишь слегка поцарапалась. При всем том рассказ исполнен качественно, чисто. Все, начиная от названия, кончая языком (или, наоборот, им начиная) весьма органично. Выполнено произведение в стиле откровения, своеобразных записок. Страдания героя трудно сравнивать со страданиями из классических русских "Записок" (выполненных в стиле Достоевского, например), но по своей глубине они вполне сопоставимы. Кто знает, быть может, в каком-нибудь "мертвом доме" страдания героя были бы меньшими. Эротические пассажи, которые встречаются в тексте, не должны смущать читателя. Упоминания про ее раздвинутые ноги и про мужские члены ничего не меняют по сути. Упоминание интимных подробностей - лишь художественный прием, призванный показать на контрасте, сколь ужасны переживания героя. Рассказ в целом грустный, но не лишен оптимизма, этакого горьковатого оптимизма: главный герой сумел выстроить башню, в которой укрывается от атак врага. Эта башня из стекла с узким горлышком вместо шпиля.»   Вячеслав Румянцев