Ai Video Creative

Когда метка появилась у меня, драконы впервые испугались. Не закричали. Не обнажили оружие. Не превратились в чудовищ, способных одним выдохом обратить город в пепел. Они отступили. Сначала на шаг подался сереброглазый воин. Затем женщина с золотой чешуёй на шее потянула за собой ребёнка. По площади прокатилась волна движения: ещё недавно тысячи драконов стояли перед Мирой на коленях, а теперь расступались перед нами, словно одинаковые знаки на наших запястьях могли оказаться опаснее целой армии...

В ту ночь Лондон остановился без одной минуты полночь. Стрелки башенных часов замерли на месте. Колокол Биг-Бена не успел нанести последний удар, и над Вестминстером повисла непривычная тишина. На мосту застыл красный автобус. Его колёса больше не касались мокрой мостовой: между резиной и асфальтом оставалось несколько капель дождя. Они висели в воздухе, прозрачные и неподвижные. Чайка замерла над Темзой, не закончив взмах крыла. Молодой человек на набережной так и не поднёс к уху телефон. Ветер перестал трогать деревья, вода в реке превратилась в тёмное стекло...

В день моего рождения море выбросило на берег три тела. Два были мертвы. Третье было моим. Тогда боги ещё не требовали смерти Никандра. Они даже не знали его имени. Люди любят начинать мою историю с красоты. Они рассказывают о жемчужной раковине, белых голубях и тихой воде, ласкавшей мне ступни. На чашах меня рисуют с золотыми волосами, хотя в то утро они были спутаны солью и тёмными водорослями. Розы, говорят они, падали с неба. Это неправда. Розы появились позже. Сначала был шторм. Он мучил Эгейское море девять ночей...