А как у нас - и как у них

Первый раз я по-настоящему почувствовала себя странной, когда стояла в очереди в американском супермаркете. Кассирша — женщина лет сорока с ярко накрашенными губами — спросила меня: "Как дела?" Я честно ответила: "Нормально". Она на секунду замерла, улыбка слегка дрогнула, а потом она снова включила свою лучезарность и продолжила что-то щебетать про погоду. Я тогда не поняла, что именно пошло не так. А потом поняла: я ответила слишком по-русски. В Америке улыбка — это форма одежды. Ты не выходишь на улицу без неё так же, как не выходишь без брюк...

Помню, как впервые приехала к знакомым в Германию. Зашла в прихожую, автоматически начала расшнуровывать ботинки, а хозяйка с улыбкой говорит: «Да не надо, проходи так». Я застыла с ногой на весу. Серьёзно? В обуви? По ковру? Мне казалось, что сейчас где-то сработает сигнализация, и меня выставят за нарушение всех законов приличия. Для меня, выросшей в обычной российской семье, обувь у порога — это святое. Даже если ты зашёл на минутку, даже если на улице лето и асфальт сухой. Всё равно разуваешься...

У нас свадьба — это большой праздник с родственниками. В Исландии же могут тихо расписаться и поехать по своим делам. Без тамады и трёхдневного застолья. Помню, как лет пять назад моя подруга из Рейкьявика написала мне: «Вышла замуж в субботу». Я чуть телефон не уронила. Как это — вышла замуж? Где фотографии? Где платье? Где застолье на двести человек, тосты до утра и тётя Света, танцующая с тарелкой салата? А она спокойно так отвечает: «Да мы просто расписались. Потом пошли в кафе с родителями и двумя друзьями...

Я помню, как в первый раз зашла в обычный английский супермаркет. Подходила к кассе и машинально начала оценивать: в какую очередь встать, кто за мной, кто передо мной. Приготовилась держать позицию. А там стоят люди, спокойно уткнувшись в телефоны, и никто не пытается протиснуться. Никто не кидает оценивающие взгляды. Никто не делает вид, что идёт «только спросить». Первое впечатление было странным: как будто все они специально для меня играли в какую-то игру про вежливость. Тогда я не понимала, что очередь в Британии — это не просто способ получить товар или услугу...

Я долго не могла понять, почему испанцы так поздно ложатся спать. Приехала в Барселону на месяц, сняла квартиру в обычном районе — не туристическом, где живут местные. И каждый вечер слышала детский смех за окном. В десять вечера. В одиннадцать. Иногда и в полночь. Сначала думала: ну и родители, совсем детей не контролируют. А потом вышла на улицу и поняла — это не отдельные семьи. Это весь район. Улицы были полны людей. Бабушки сидели на лавочках с подругами. Компании взрослых неспешно пили вино прямо на ступеньках у дома...

У нас вопрос «сколько ты зарабатываешь?» звучит неловко. В Дании же информация о доходах может быть публичной. Там это не личная тайна, а часть прозрачной системы. Помню, как однажды на встрече с подругами в Москве разговор зашёл о работе. Все делились впечатлениями о проектах, начальниках, графике. И вот одна девушка, недавно устроившаяся в крупную компанию, вскользь упомянула свою зарплату. Воцарилась такая тишина, будто она призналась в чём-то неприличном. Взгляды опустились в чашки с кофе, кто-то начал теребить телефон...

Мы привыкли откладывать и подстраховываться. В Италии же могут потратить больше на отдых и удовольствие сейчас. Разный опыт — разное отношение к будущему. Я это заметила не сразу. Сначала просто удивлялась: как так можно? Потом начала сравнивать. А потом поняла, что дело не в легкомысленности или расчётливости. Дело в том, что мы с итальянцами смотрим на будущее совершенно по-разному. И это видно буквально во всём. Помню, как моя московская подруга рассказывала о накоплениях на квартиру. Она откладывала по пятнадцать тысяч каждый месяц...

Я долго не могла понять, почему после переезда в Финляндию мне стало так легко дышать. Казалось бы, климат суровый, солнца мало, люди молчаливые. Но внутри будто что-то отпустило. А потом до меня дошло: я перестала объяснять каждое своё «нет». И никто не требовал этих объяснений. В России я привыкла, что любой отказ нужно обосновывать. Причём желательно с уважительной причиной, а лучше — с медицинской справкой. Подруга зовёт на вечеринку в пятницу? Нельзя просто сказать «не хочу». Надо придумать: устала, голова болит, кот заболел, родители приезжают...

У нас могут годами мириться с топотом сверху. В Швейцарии же за шум после разрешённого времени могут официально пожаловаться. Правила там работают буквально. Я долго не могла понять, почему мои знакомые из Цюриха так странно реагировали на мои рассказы про соседей. Вот, говорю, сверху дети носятся как стадо слонов, снизу кто-то делает ремонт уже третий месяц, а справа по выходным устраивают караоке. Они слушали с круглыми глазами, а потом спрашивали: "И ты ничего не предпринимаешь?" Предпринимаю, отвечала я, беруши покупаю...

У нас боятся выглядеть смешно перед знакомыми. В Японии же важнее не выбиться из коллектива вообще. Личное мнение там часто уступает общему порядку. Когда я жила в Токио, меня поразило, как местные девушки одеваются. Не то чтобы у них не было вкуса или денег на одежду — нет, всё совсем наоборот. Просто если ты идёшь на встречу с коллегами после работы, а все решили прийти в джинсах и светлых свитерах, то ты тоже придёшь именно в этом. Даже если дома висит шикарное платье, которое ты купила месяц назад и ни разу не надела...

У нас прийти «с пустыми руками» — неловко. В Германии можно просто прийти в гости без угощений, и это не считается невежливым. Разные ожидания — разное воспитание. Помню, как первый раз собиралась к немецким знакомым на ужин. Стою в супермаркете, выбираю между бутылкой вина и коробкой конфет. В голове крутится бабушкин голос: «Как же ты пойдёшь просто так?» А подруга из Берлина пишет в мессенджере: «Приходи, как есть, ничего не надо». Я всё равно купила вино. Потому что иначе — как-то стыдно. Оказалось, что немцы действительно спокойно относятся к приходу гостей без подарков...

В российской школе дистанция чувствуется сразу: имя и отчество. В Австралии ученик может сказать «Майкл» вместо «Михаил Петрович». И уважение от этого не исчезает. Я помню свой первый день в австралийской школе. Стою в коридоре, жду директора, а мимо проходит учитель математики. Улыбается, протягивает руку: «Hi, I'm Sarah». Я машинально начинаю представляться по полной программе, как меня учили с детства, но она уже ушла. Просто Сара. Не Сара Джейн Миссис Томпсон. Просто Сара. Первые недели я чувствовала себя неловко...