Вижу. Чувствую. Живу.

Каждое утро в семье Абульхановых начинается одинаково. Девятилетняя Кира просыпается, смотрит в окно и улыбается солнцу. Она не может сказать «мама» или «я хочу гулять». Но её глаза спрашивают: «Ну когда же? Когда мы выйдем?» Ирина, мама Киры, каждый раз чувствует, как сердце сжимается от боли. Потому что выйти — не на чем. Потому что старая коляска, которая когда-то была их верным другом, теперь превратилась в тяжёлый, неудобный и почти бесполезный предмет. Она мала и пости доломана. Она не держит спину...

Повседневная жизнь ребят особенных тоже особенная. Обычные для нас вещи, которые человек делает сам, для этих детей делают их родители. Это называется навыки самообслуживания. Скажем попросту: одеться, вытереть сопли, сходить в туалет, прожевать и проглотить пищу — эти действия для нас автоматические, но особый ребёнок иногда их не может совершить сам. Чтобы эти вещи стали возможны, нужна комплексная работа, включающая социальную, педагогическую и физическую реабилитацию. И это, друзья, не прихоть, это жизнь тех, кого мы хотим видеть сколько нибудь полезными членами общества...

Семёну восемь. Он обожает бегать, прыгать, танцевать и петь песни, щедро сопровождая всё это живой мимикой и жестами. Он рассказывает истории, увлечённо и подробно — но, к сожалению, его пока мало кто понимает. Речь мальчика спутана, словарный запас мал, а новая информация усваивается тяжелее, чем у сверстников, которые его не понимают. Это не может не тревожить. Однако для мамы с папой то, что Сёма вообще говорит и стремится общаться, — уже огромная победа. Ещё два года назад его словарь насчитывал всего 70 слов...

Эпилепсия — это не просто приступы. Для ребенка, у которого диагностируют это заболевание, жизнь делится на «до» и «после». И чем раньше это происходит, тем сложнее путь такого ребенка. Детская эпилепсия — это неврологическое заболевание, которое поражает головной мозг. Но медицинские термины скрывают за собой куда более страшную реальность. Когда у маленького ребенка случается первый приступ, это становится шоком для всей семьи. Тело выгибается дугой, становится неестественно жестким, взгляд застывает — картина, которую невозможно забыть...

Когда Коле было всего несколько лет, его мир, как и мир его мамы, разделился на «до» и «после». У мальчика случился первый приступ. Мама до сих пор помнит этот ужас: тело Коли выгнуло дугой, оно стало неестественно жестким, а взгляд застыл в одной точке. В тот момент время остановилось, оставив только панику, страх и полную неизвестность. Дальше были бесконечные обследования, кабинеты врачей, тревожное ожидание. И наконец диагноз, прозвучавший как приговор — эпилепсия. С этого дня жизнь семьи состояла из больниц, лекарств и надежды...