Друзья, хочется сделать хороший продукт для тех, кто поддерживает канал не только лайком, но и рублем.
К сожалению, сам функционал Премиум-подписки носит формат захода в особый раздел "Премиум", где собраны закрытые публикации по мере их опубликования. И иногда там трудно не потеряться.
Сегодня вас ожидает первый том моих многосерийных рассказов, которых у меня очень много. Я думаю, наберется томов на 5. Отдельно сделаю подборки односерийных рассказов.
Не забываем ставить в закладки, чтобы не потерять путеводитель. Также я его сделаю закрепленным в начале канала.
Еще раз повторюсь, что премиум подписка, это не блажь автора в погоне за большими деньгами, это элементарный способ поддерживать канал на плаву.
1. Роман "Поцелуй ручку Богине Тамаре".
Марина и её подруга Светка оказываются в эпицентре абсурдной и опасной истории, где реальность переплетается с причудливой мифологией, созданной эксцентричной Тамарой Игоревной матерью навязчивого поклонника Марины, Евгения.
Всё начинается с того, что Евгений, ведомый безумными идеями своей матери о «Властителе Вселенной» и «Богине Тамаре», начинает терроризировать Марину: угрожает коллегам, взламывает корпоративные сети, рассылает пугающие сообщения. В попытке припугнуть девушку и её окружение, он идёт на всё от психологического давления до прямых угроз.
Сцены угроз чередуются с моментами подлинного напряжения, а гротескные образы персонажей создают неповторимый иронический тон повествования. Смогут ли Марина и Светка вырваться из лап эксцентричной семейки?
Этот иронический детектив с элементами абсурда и чёрного юмора заставит вас то хохотать, то затаить дыхание. Книга для тех, кто ценит остросюжетные истории с долей сарказма и неожиданными поворотами!
2. Роман "Сельский знахарь" (не окончен)
Павел — IT‑специалист, который пытается предостеречь руководство завода от фатальной ошибки: внедрения сырого программного обеспечения. Он доказывает необходимость разработки новой системы. Вспыхивает конфликт: после жёсткого разговора с начальством Павел уходит, оставляя «сюрприз» руководству.
Не имея другого выхода, Павел бежит туда, где его точно не станут искать, — в деревенский дом своей бабушки. Здесь, на месте, где когда‑то жил его дальний родственник — знахарь Дед Нестрич, с героем начинают происходить удивительные перемены. Древние знания и мудрость предка передаются молодому программисту.
Постепенно Павел адаптируется к новому укладу: помогает местным, обретает гармонию и находит своё место в жизни. В деревне он встречает любовь и впервые по‑настоящему ощущает, что значит жить — не существовать в гонке мегаполиса, а быть частью чего‑то большего.
История о трансформации человека, где столкновение технологий и традиций открывает путь к внутреннему обновлению и счастью.
3. Любовница мужа.
Павла Ивановича знал весь райцентр - он был известным человеком в селе, уважаемым. И супругу его Ираиду тоже все знали и тоже уважали.
- Ох, какая у них семья крепкая, да плодовитая! - судачили бабульки на рынке, торгующие продуктами с огорода, увидев прошедшую мимо семейную пару Павла с Ираидой и их тремя детьми.
- И как ведь совпало: все трое мальчишки! Меткий Павел Иванович на мальчишек! - поддакивала другая бабулька.
- Ну а что... Всё же человек - не бедный... Кому добро своё оставлять будет? Как никак - наследники..., - рассуждала третья бабулька.
Павел Иванович был крупным предпринимателем. И хоть и жил в районе вдали от центра, сумел сколотить небольшое производство, которое неожиданно для всех как выстрелило, да как начало приносить прибыль, что Павел Иванович за 10 лет своего бизнеса раз этак в десять смог приумножить производство, и уже даже выходил на федеральный рынок.
Жена его Ираида Григорьевна была женщиной красивой, основательной, семейной.
В общем уважали в районе Ираиду не меньше своего мужа. При таком наличии детей, Ираида с должности не ушла, работая директором районного детского сада.
Высокая, всегда с улыбкой на лице, благообразная, в строгих, но всегда подчеркивающих её чуть ли не девическую фигурку, платьях.
- Ой, Ираида, какая красавица. Вот Павлу Ивановичу с женой-то повезло! Первая красавица на селе - и ведь не мнит из себя черти-чё как некоторые, - продолжала диалог про семейную чету промышленников первая бабка.
- Это кто же мнит-то? - переспросила вторая.
- Да вот, хоть жена у головы нашего! Как мужа на должность поставили, так сразу и зазналась, хотя чего уж там, из обычной семьи, соседка моя по огороду, зато теперь не здоровается, будто не узнает, хотя я её еще девчонкой нянчила! - жаловалась бабулька своим подружкам.
- Эта только зазналась, а вон у начальника Общего отдела Ивана Никифоровича - столичная фифа... Уж на лицо смазлива, нечего сказать, так она только и ходит своей красотой восторгается!
- А Ираида Григорьевна - и красивая, и умная, и рассудительная... И ведь не задается как некоторые. Всегда остановится первая, ручку протянет, да по имени отчеству, по имени отчеству меня величает... Помнит ведь меня, хотя я уж внука в детсад уж лет 5 как ни вожу, вырос..., - проговорила бабулька.
- Вот это обходительность, вот это настоящая интеллигентность! - подытожила другая, - а то у нас уже и забыли, что это такое...
Так и жила семья Заводовых. Уже как 15 лет жили вместе и здравствовали.
Павел Иванович целыми днями на заводе, особенно если какой тендер крупный выиграет на поставку оборудования, так чуть ли не ночует - всё сам контролирует.
А жена его Ираида - быт да хозяйство семейное ведет, да про работу свою не забывает, и у неё на хоть и детском, но тоже предприятии - чистота и порядок - хоть внезапную проверку организуй. Держит коллектив детсада в справедливой строгости: зря никого не обидит, но если нужно поругать - поругает, да так, чтобы человек свою оплошность понял, но и обиду не затаил. Умела она с людьми общаться.
Но внезапно всё изменилось в семье Захаровых
4. Лизина квартира.
— Дима, где ключи от моей квартиры? — Лиза влетела в комнату к мужу, держа в руках пустую ключницу.
Её голос дрожал от сдерживаемого гнева, а пальцы нервно сжимали кожаную ключницу — ту самую, которую Дима подарил ей на первую годовщину свадьбы. Тогда это был знак внимания, символ их общего будущего; теперь же эта пустая ключница казалась горькой насмешкой над тем, во что превратились их отношения.
Лиза остановилась в дверном проёме, тяжело дыша. Она только что вернулась с работы, уставшая, но с твёрдым намерением заняться вопросом аренды своей пустующей квартиры — просмотреть объявления, обзвонить потенциальных арендаторов, подготовить квартиру к показу.
Но обнаружив пустую ключницу, она почувствовала, как внутри закипает ярость. Это было уже не просто пренебрежение — это было откровенное посягательство на её личное пространство, на её право распоряжаться собственным имуществом.
Дима оторвался от монитора компьютера, медленно повернул голову в направлении криков жены. В его взгляде читалось наигранное непонимание — тот самый взгляд, который Лиза научилась ненавидеть за последние месяцы. Взгляд человека, притворяющегося, что не понимает, о чём речь, хотя на самом деле он прекрасно всё осознаёт. Взгляд, говорящий: «Ты опять устраиваешь скандал на пустом месте».
— Какие ключи? — протянул он, нарочито растягивая слова, будто разговаривал с капризным ребёнком. Его тон был до того спокойным, до того равнодушным, что это только сильнее подстёгивало раздражение Лизы.
— От моей квартиры, Дима! От моей однокомнатной квартиры! — она сделала шаг вперёд, её глаза метали молнии. — Я же говорила, что хочу её сдавать! Где они?
Она старалась говорить ровно, но голос всё равно срывался — то ли от возмущения, то ли от обиды, которая копилась в ней уже давно, но теперь наконец нашла выход.
Дима на секунду задержал взгляд на экране, будто обдумывая ответ, затем небрежно бросил:
— А‑а… Так Лариса попросила.
Он даже не смотрел на неё, возвращаясь к монитору, словно разговор был исчерпан.
— Кто?! — у Лизы перехватило дыхание. Она почувствовала, как кровь прилила к лицу, а в груди сжалось что‑то тяжёлое, давящее. — Лариса? Твоя сестра?
5. Содержанка для Васи
В небольшой уютной кухне царила атмосфера домашнего тепла и непринуждённого разговора. Мягкие лучи вечернего солнца пробивались сквозь лёгкие занавески, выхватывая из полумрака блестящие поверхности кухонной утвари и отбрасывая причудливые блики на полированную столешницу. Пахло свежезаваренным чаем, сдобным печеньем и едва уловимо — лимонной цедрой: Марья Петровна незадолго до этого чистила лимоны для домашнего варенья.
Марья Петровна, хлопоча у стола, время от времени бросала лукавые взгляды на молодого человека, сидевшего за столом. Она двигалась легко и привычно — каждое движение отточено годами домашнего труда. На ней был тёплый домашний халат в мелкий цветочный узор, а волосы, ещё сохранившие каштановый оттенок, были небрежно собраны в узел на затылке. В руках она ловко управлялась с блюдом селёдки под шубой — фирменным семейным рецептом, который неизменно появлялся на столе в дни семейных посиделок.
— Эх, Василий, уж три года с Ленкой живёшь, женушкой её называешь, а жениться всё боишься! — не унималась она, когда дочь ненадолго вышла из комнаты, чтобы ответить на телефонный звонок. Голос её звучал не столько строго, сколько игриво, но в глазах читалась настойчивость.
Василий смущённо потёр затылок, невольно опустив взгляд на свои руки, лежащие на скатерти в клетку. Он был одет просто — в мягкую фланелевую рубашку и джинсы, но даже в этой будничной одежде чувствовалась внутренняя собранность. Его короткие русые волосы слегка вились на висках, а на лице играла полуулыбка — смесь смущения и лёгкой растерянности.
— Да как же не стыдно, определился бы ты уже! Чего девушку в неопределённости держать? — продолжала наседать Марья Петровна, присаживаясь напротив и складывая руки на столе. Её взгляд был прямым, почти вызывающим, но в нём не было злобы — лишь материнская озабоченность.
— Да я бы, Марья Петровна, завтра же пошёл бы с Ленкой в ЗАГС, только ведь она первая скажет: «Давай свадьбу, да чтобы с размахом!» А у меня пока средств таких нет. Да и не в приоритете это сейчас, — ответил Василий, стараясь говорить спокойно, но в голосе слышалась нотка оправдания.
Хозяйка дома, орудуя вилкой в тарелке с селёдкой под шубой, хмыкнула. Её движения были размеренными, почти ритуальными — она аккуратно отделяла кусочек рыбы, клала его на хлеб, добавляла немного овощей.
— А что же у тебя в приоритете, зятёк ненастоящий? — спросила она с лёгким сарказмом, но без злости.
Василий выпрямился на стуле, словно собираясь с мыслями. Его поза стала более уверенной, а взгляд — твёрдым.
— Приоритеты у меня, Марья Петровна, жизненные. Не родственников ваших за свой счёт на свадьбе кормить, а жильё расширить, машину обновить.
— Я хочу, чтобы у нас с Леной было будущее, а не один день праздника за все сбережения, — произнёс он чётко, но без вызова, скорее как человек, который давно продумал свои слова.
В этот момент вернулась Лена. Она вошла тихо, с телефоном в руке, но, услышав последние слова Василия, не смогла сдержать улыбку. Её лицо, обрамлённое светлыми локонами, осветилось тёплым светом — в глазах мелькнуло что‑то вроде гордости за его решимость. Она была в простом домашнем платье, но выглядела свежо и уютно, словно воплощение домашнего очага.
— Вот, Лен, скажи, разве однушка - это предел наших мечтаний? Я думаю, что если брать квартиру - так сразу трешку. Да и машину хочется обновить! — обратился к ней Василий, чуть приподняв брови в ожидании ответа.
6. Квартира для сестры. 11 глав.
Муж узнает, что у жены есть собственная обустроенная трешка, но та предпочитает жить в съемном жилье, жертвуя собственное жилье родной сестре.
7. Опека для невестки. 5 глав.
Закрученный сюжет противостояния свекрови и невестки с привлечением многоходовой схемы от свекрови, но оказалось не всё гладко.
8. Отобрала квартиру у бабульки. 6 глав.
Племянница обманом отобрала квартиру у родственницы, но хорошего ей это не принесло
9. Выгнала брата мужа с позором из своей квартиры
Обнаглевший брат мужа решил завоевать столицу и пожить на харчах братца неопределенное время, но Алёна оказалась против и нашла способ спровадить братца обратно.
10. Маму надо выгнать. 4 главы
Мама изо всех сил лезет в личную жизнь сына, что может оказаться плачевным. Что предпринимает его девушка, чтобы предотвратить это? Читаем.
11. Неверный муж. 4 главы
Лена излишне доверилась своему "идеальному" мужу, но небольшая её оплошность помогла ей узнать правду.
12. Откупилась от родителей?! 4 главы.
Рассказ про имущественные взаимоотношения родителей и двух сестер.
13. Ремонт за счет зятя. 4 главы
Теща решила сделать ремонт за счет безотказного зятя
14. Батя против невестки и за сына. 5 глав.
Отец отказался так просто отдавать квартиру невестке на растерзание, как предчувствовал.
15. Сиди с ребенком, а я отдыхать с женщиной! 8 глав.
История о семейных взаимоотношениях во время декрета и мужском "налево"
16. Мама тянет деньги. 16 глав.
Рассказ про несимметричность в отношении родителей молодой семьи. Мама молодого человека решила откровенно вытянуть из молодой семьи все деньги.
17. Подруга-разлучница. 7 глав.
Пришла в дом, чтобы сделать подругу несчастной.
Анна сидела на диване в своей уютной двухкомнатной квартире, наслаждаясь тишиной и покоем.
В руках её была чашка ароматного кофе, только что приготовленного в новенькой кофе‑машине. Прибор тихо шумел, наполняя пространство тёплым, обволакивающим запахом свежесмолотых зёрен. Аня сделала небольшой глоток — напиток получился именно таким, как она любила: не слишком крепким, с лёгкой молочной пенкой.
Она медленно обвела взглядом кухню — своё маленькое чудо. Белоснежные фасады гарнитура, блестящие столешницы, аккуратно расставленная посуда в стеклянных шкафчиках. Каждая деталь здесь была продумана: от ручек до встроенной подсветки. Аня сама выбирала материалы, часами листала каталоги, сравнивала образцы. И вот теперь всё это стало реальностью — её реальностью.
За окном сгущались вечерние сумерки, а в квартире горел мягкий свет — неяркий, уютный, создающий ощущение защищённости.
Аня потянулась за телефоном, чтобы сделать фото этого момента — запечатлеть своё счастье. Но в тот самый миг, когда она подняла камеру, раздался резкий звонок в дверь.
Сердце ёкнуло — она никого не ждала. На мгновение мелькнула мысль: «Может, соседи?» Но потом она вспомнила, что ещё не успела ни с кем познакомиться в новом доме.
Аня поставила чашку на столик, встала и направилась к двери. В глазок увидела силуэт — незнакомый, но отчего‑то тревожный. Она колебалась пару секунд, прежде чем нажать на ручку.
Дверь открылась — и перед ней возникла картина из прошлого: Лена, её подруга детства, с большой дорожной сумкой на колёсиках, с заплаканным лицом и взглядом, полным отчаяния.
— Привет, Ань! Можно зайти? — голос Лены дрожал, а пальцы нервно сжимали ручку сумки.
18. Я отберу у тебя дом и сына. 4 главы.
История про непростые семейные взаимоотношения матери и дочери, матери и сына, бабушки и внука.
19. Мама продаст квартиру и будет жить у нас. 6 глав.
Мама, сын, сноха. Треугольник замкнут.
— Нормально, значит. Твоя маман свою трёшку раздарила своим детям, а жить у меня собирается?! — Юля резко поставила чашку на стол, и та звонко брякнулась о блюдце. Жена смотрела на мужа, и в её глазах плескалось то самое знакомое Борису сочетание обиды и бессильной злости — будто он, сам того не желая, снова оказался между двух огней.
Борис вздохнул, он знал: этот разговор — лишь вершина айсберга. Под поверхностью давно бурлили подводные течения недопонимания между его женой и матерью.
— Юль, давай не будем… — начал он, но Юля уже вскинула подбородок.
— Нет, Боря, давай будем. Потому что я не понимаю: как так получается, что твоя мама, которая «не нуждается ни в чьей помощи», вдруг решает, что наша двушка — идеальное место для её проживания?
В этот момент в прихожей раздался звонок. Борис и Юля переглянулись. Оба знали, кто это...
20. Стервы нам в семью не нужны. 6 глав
Сказала свекровь будущей невестке. - Аналогично, ответила невестка. Рассказ про сложные взаимоотношения невестки и свекрови (если они успеют ими стать) и маменькиных сынков.
21. Я буду содержать свою сестру. 7 глав.
Свекровь решила, что муж будет содержать её дочь.
«Мама сказала, что я единственный мужчина в семье и должен содержать свою беременную сестру!» — эти слова Павла, брошенные с порога, врезались в сознание Елены словно нож. Она замерла, держа в руках кухонное полотенце, и на мгновение мир вокруг будто остановился.
Чтобы понять, почему эта фраза стала переломной, нужно вернуться туда, где начиналась её история с Павлом.
Елена не просто «вышла замуж» — она выбирала. Тщательно, въедливо, с холодным рассудком, закалённым горьким опытом. Её прошлое напоминало череду разочарований.
Первый избранник оказался азартным игроком. Он мог исчезнуть на сутки, а потом появиться с пустыми карманами и виноватой улыбкой: «Прости, опять не удержался…»
Деньги улетали на разные ставки, а мечты о совместном будущем — в трубу.
Второй оказался мастером лжи. Он врал по мелочам: «Задержался на работе», «Встретился с другом», «Не звонил, потому что телефон разрядился».
Потом выяснилось, что он гулял, скрывал долги, жил двойной жизнью.
Третий был тихим алкоголиком — не буйным, не агрессивным, но каждый вечер бутылка пива, потом что‑то крепче, потом «я просто расслаблюсь». А утром шли отговорки: «Это не зависимость, это стресс».
Каждый из них оставлял в душе Елены один и тот же вопрос: неужели нормальных мужиков не осталось? Тех, кто не предаст, не подведёт, не разрушит всё своими руками? Она не плакала, не жаловалась. Просто сделала вывод: доверие нужно заслужить.
Однажды, устав от бесконечных разочарований, Елена тихо сказала себе:
«Господи, пошли мне хорошего мужчину. С которым не страшно создать семью. С которым можно рожать детей и не бояться, что завтра он исчезнет или превратит мою жизнь в ад».
И через несколько месяцев она встретила Павла.
Моя квартира - мои правила. 4 главы.
Мама "маминого сынка" решила влезть в жизнь молодой пары через квартиру.
Миша был просто замечательным мужем, другом, любовником. Эти слова я могла произносить с полной уверенностью — и не раз произносила, когда подруги спрашивали, как мне удалось найти такого идеального мужчину.
Он умел слушать, смешить, удивлять мелочами: то кофе в постель принесёт, то неожиданно купит билеты на концерт моей любимой группы. В ссорах не кричал, не хлопал дверьми — предпочитал разговаривать, искать компромисс.
Но ключевым в этом предложении было слово «был».
Нет, с Мишей до сих пор всё «в порядке» — если, конечно, это слово применять в смысле горькой усмешки. Физически он здоров, работает, улыбается, поддерживает светскую беседу.
Но тот мужчина, которого я полюбила, словно растворился, оставив после себя лишь призрачный силуэт.
Миша действительно был просто идеальным — так же, как и его мама. Это я осознала не сразу. Сначала меня даже умиляла его трепетная привязанность к Тамаре Павловне: он звонил ей каждый день, спрашивал совета по мелочам, радовался её визитам. «Какой заботливый сын!» — думали окружающие. И я думала так же.
Да, я сначала несколько опасалась отношений с мужчиной, который так сильно привязан к матери. В голове крутились стереотипы: «маменькин сынок», «никогда не вырастет», «будет слушать маму, а не жену».
Но я гнала эти мысли. Ну что, в принципе, плохого, если сын привязан к своей матери? Ведь она всё же его вырастила, воспитала, поставила на ноги. Любовь к родителям — это же не недостаток, а достоинство.
Дополнительно материально поддержать автора можно с помощью доната на любую сумму.