* НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Глава 24.
Ворота Репниковых оказались заперты, калитка тоже. Большой дом на Елизаветинской улице ещё строился, жилым был только старый особняк, некогда такой гостеприимный, теперь он словно превратился в камень. Закрытые ставнями окна, пустые беседки в небольшом сквере перед домом… всё говорило о том, что хозяев дома нет. Возможно они, как и прочие горожане, отбыли в загородное именье, чтобы переждать там время разгула болезни.
- Ох, что же мне делать, коли и их дома не окажется, - запричитала Наталья Григорьевна, прикладывая платок к сухим глазами поглядывая на нового своего возницу, - Куда же мне деваться, ноги больные, сама ведь не дойду.
- Обождите причитать, - усмехнулся возница, - Постучите да покличьте, может кто и есть дома. Кого-то ведь оставили за хозяйством глядеть.
Наталья Григорьевна с трудом выбралась из коляски, впрочем, чуть было обождав в надежде, что возница ей поможет, как помогал Тимошка, но тот сидел на козлах и из-под руки глядел на дома. Доронина сердилась, но что здесь поделаешь, это не Тимошка, терпеть её окрики не станет, а остаться посреди улицы одной… даже ей, Наталье Дорониной было страшно.
Потому она пошла к воротам и стала смотреть внутрь двора, может хоть кто-то покажется. Вот вроде бы занавесь шевельнулась в окне… или ей показалось? Время шло, позади Натальи нетерпеливо переступал копытами Гнедой, возница его успокаивал, но и его голос становился всё строже, в нём слышалось недовольство.
И когда Наталья уже готова была чуть не на коленях умолять нового возницу, чтобы не оставил и увёз за город, в усадьбу, за любую плату… как за воротами показалась фигура дворника, Наталья помнила его ещё с того времени, когда бывала в этом доме желанной гостьей.
- Чего угодно? – осведомился дворник, подойдя к воротам, - Хозяева уехали, никого пускать не велено!
- Савелий, так ведь это я, Наталья Григорьевна Доронина! – тут уж Наталья и вовсе растерялась…
И что это за мода пошла, что холопья таковые речи ведут, и поклон не отдают? Неужто эта болезнь так всё поменяла!
- Вера Дмитриевна дома? Мне кажется, я её видала в окне! – заявила Наталья дворнику, - Поди, доложи обо мне, и скажи, что мне помощь нужна, и когда-то я сама Вере Дмитриевне помогла, несмотря на… обстоятельства!
Дворник Репниковых постоял в раздумье, а после зашагал к дому, и Наталья обрадовалась – значит она верно угадала, что Вера дома! Та никуда не ездила никогда, в отличие от сестры Юлии, и однажды попала в очень неприятную ситуацию… вот тут Наталья ей и помогла тайно, а теперь, что же? Стоит она, сама Наталья Доронина, у ворот дома Репниковых, словно нищенка, просящая подаяние!
Нахмурилась Наталья, сурово на возницу глянула, был бы он её работник, так и розог бы получил за… такое поведение! Ишь, его просят, а он ещё кочевряжится! А уж Тимошка… да, для него Наталья особую «благодарность» приготовит, попомнит он ещё Дорониных!
Дворник Репниковых вернулся нескоро, Наталья уже снова успела отчаяться, но вот показалась его высокая фигура среди аккуратных кустов сквера. С хмурым лицом он отпер калитку и впустил Наталью, сам кивнул Натальиному вознице и пошёл отпирать ворота.
Наталья шла к дому Репниковых, стараясь унять в душе злость. Сейчас это было трудно, хотелось накричать на дворника, да и Вере высказать всё! Однако… нельзя. Ей нужно сделать дело, а это всё – после.
Потому она остановилась и повернула назад, к площадке у ворот, где всегда останавливались прибывшие к Репниковым коляски. Достав из кошеля несколько монет серебром, Наталья подошла к стоявшему у ворот Кузьме Гавриловичу, который ласково поглаживал сердито храпящего Гнедого.
- Вот примите, - Наталья протянула деньги, - Благодарствуйте, не оставили меня посреди улицы. А ещё… вот, возьмите, - тут она протянула ещё одну монету, - Это вам… прошу, пока не говорите вашей хозяйке, что я была. У меня дело к ней… и оно личное. Может быть, и без её помощи обойдусь, не хочу зря беспокоить.
- Благодарствуйте, - кивнул Кузьма Гаврилович, но последнюю монету брать не стал, - Это лишнее. Не я, так соседи скажут. А мне она хозяйка, я у неё в работах, не у вас!
На сих словах старик повернулся и вышел за ворота, которые тут же Савелий накрепко запер, и взяв Гнедого под уздцы, повёл его к конюшням, уговаривая не шуметь.
Наталья зло глянула вслед удаляющемуся старику. Ишь, тоже… Ладно, что уж теперь поделаешь, когда всё её дело как-то наперекосяк пошло!
Наталья пошла к дому, на крыльце её ждала испуганная Вера Репникова, кутающая плечи в платок. Наталья поморщилась, думая, что из двух сестёр Репниковых она приятельствует с самой неудавшейся!
- Верочка, благослови тебя Господь! – воскликнула Наталья, подойдя к крыльцу, - Я уж думала, пропасть мне тут…
При этих словах Наталья осела на ступени и закрыла лицо руками. Вера тут же подбежала к ней, обняла и стала расспрашивать, что же случилось. Вскоре Наталья Григорьевна сидела в кресле, Вера хлопотала сама, поднося гостье чай, и слушала о Натальиных злоключениях. О коварном и жадном вознице, покинувшем её посреди улицы, о том, что прибыла Наталья по делу к Катерине, которая обманом завладела частью имущества Дорониных.
- Я ведь что…, - стонала Наталья, - У меня ведь тоже за эту девочку сердце болит… Кто ни есть, а Иванова кровь… хотела вот озаботиться ею, чтобы не осталась без средств, когда суд всё вернёт. Она ведь бумаги подделала…
- Наташенька, какой страх! – Вера Репникова прижимала руки к груди, - Как же это открылось? И ты, добрая душа, всё одно эту Катерину жалеешь…
Так за разговорами Наталья выяснила, что Верина сестра с сыном уехали за город, а Вера осталась, потому как кто-то должен тут присмотреть. Стройка нового дома только началась, и так некстати пришлась эта болезнь, и теперь Вере страшно, она думала, что это быстро закончится, а болезни нет конца… И каждый раз Вера со страхом слышит, как катятся по улицам похоронные повозки, и жалеет, что не уехала с сестрой.
- Теперь уже и не пустят, - вздыхала Вера, - Наташенька, хорошо, что ты приехала! Я тебе рада! Пусть недолго побудешь, а всё же…
Вера так обрадовалась, что обещала всячески Наталье помочь. А когда та окончит дела, отправит Савелия увезти Наталью в усадьбу! Вера плакала, рассказывая Наталье о своей жизни, та тоже вытирала сухие глаза и думала, что «Верка-тетёха всегда была слезлива до ужаса»!
Утром следующего дня Наталья поднялась очень рано. Завтрак был скудным, продуктов в Царицыне теперь почти не продавали, да и Вера опасалась покупать, перебивалась запасами. После завтрака Наталья не стала брать коляску, и отправилась по своему делу пешком, сказав Вере, что наймёт по дороге возницу с коляской, которые ещё показывались на богатых улицах города.
Когда утром к госпиталю, который чуть раньше был школой, шли люди, работавшие здесь, Наталья Доронина уже стояла чуть поодаль, выглядывая Катерину. Однако перед тем, как сюда прийти, Наталья побывала ещё кое-где, и уж это было вовсе неожиданно – видеть Доронину на улице, уставленной бедными хибарами. Там она коротко переговорила с приземистым мужиком, выглянувшем за забор всего на несколько минут. Он выслушал Наталью, взял у неё деньги, и исчез в полуразвалившейся избе за забором.
После того Доронина отправилась в госпиталь. Наталья стояла поодаль, ожидая Катерину, и желая показаться ей неожиданно, чтобы та не успела уйти. Так и вышло, Катя шла по улице, возвращаясь от больного и устало глядя перед собой, и потому не сразу увидела тучную фигуру, направившуюся ей наперерез.
- Катерина! Постой! Мне нужно с тобой поговорить! – Доронина старалась говорить мягко, но голос её выдавал, злость так и рвалась наружу.
- Я вас слушаю. Но у меня немного времени, нужно работать! - спокойно ответила Катерина, и Доронина поняла, что девушке о её приезде доложили.
- Нужно тишком поговорить. Имей в виду, если кто узнает о том, что я тебе скажу – ты не просто по миру пойдёшь. Тебя даже не найдут!
Катерина хотела уйти, но Наталья Григорьевна схватила её за рукав, притянув к себе.
- Если не согласишься помочь, я сделаю так, что ни дома, ни денег у тебя не останется. А потому – слушай! Ты поможешь мне, а я – тебе. И после всего ты сможешь уехать отсюда, хоть бы даже в столицу! Денег у тебя будет вдосталь! Там никто не будет знать, что ты байстрючка! Я могу сделать так… могу подыскать тебе мужа, из хорошей фамилии! А всего-то тебе надо…
И тут Наталья заговорила так тихо, что даже Катерина едва слышала. И чем дальше Доронина говорила, тем сильнее хмурилась Катя.
- Нет! Вы о чём меня просите?! Я догадываюсь, что вы желаете возить в той повозке, которую мне предлагаете! Да, у меня есть пропуск, и вы хотите… чтобы я отвозила в те края города… Нет! Ни за какие деньги! Вы понимаете, что вы делаете?! Мало того, я сегодня же доложу, сама пойду к Шешминцеву, и пусть вас… ой!
Катерина вскрикнула, так Доронина сжала её руку, силы у старой вдовы было не занимать. Она не отпускала Катину руку и шипела:
- Только посмей, скажи кому-то! Я скажу, что ты носила эти склянки, и плату брала, а теперь мало показалось тебе. Скажу, что снадобье варит ведьма на хуторе, а ты его разносишь по городу! Как думаешь, кому поверят? Я вдова Ивана, перед Богом и людьми ему женой была! А ты… подзаборная пыль! Никто не поверит тебе, так и знай! Так вот, ты поразмысли о том, что я тебе сказала. И послезавтра приезжай в усадьбу, поговорим обо всём! А не приедешь… сама увидишь, что будет! А скажешь кому про меня, так знай – никто не поможет ни самой тебе, ни Козинцевым! Всех холера заберёт, уж я знаю, как это устроить!
Наталья повернулась и пошла прочь. Нет, она уже знала, что Катька не приедет в усадьбу, по глазам поняла – не станет та возить склянки со снадобьем, и денег за это не возьмёт. Нет в ней хватки, которая при торговле нужна, а тут без обмана никак! Не согласится… но это пока! А вот скоро с ней поговорят другие, да не так вежливо, как сама Наталья, вот тогда и поглядим, чья возьмёт!
Катерина поглядела вслед Наталье Дорониной и сжала руки. Хотелось их помыть, тщательно, и немедля! Она тут же отправилась в госпиталь и пошла искать Фёдора Глушкова, тот здесь был главным и мог свести её с Шешминцевым. А уж тот пусть доложит, куда нужно, и всю эту честную компанию с их «снадобьем», прижмут, всех до единого!
- Катенька, этого просто не может быть, - выслушав Катерину, сказал Глушков, кашляя и прикрывая рот платком, - Я знаю историю вашей… семьи. И думаю, что она просто вас решила запугать. Дела у них идут не лучшим образом, но чтобы вот так… Это же Доронины! Может быть, она решила вас таким образом напугать? Или как-то повлиять, чтобы… может дело в наследстве? Ну не думаете же вы, что Доронины торгуют этим варевом! Это дело рук каких-нибудь проходимцев, но уж никак не такой уважаемой семьи!
- Я прошу вас лишь сказать Шешминцеву, - Катерина рассердилась, но старалась говорить спокойно, она понимала, что Глушков ей не поверил.
После, выкроив часок, Катерина отправилась прямиком в жандармерию. По пути она старалась спокойно и разумно подобрать слова, чтобы не выглядеть нервной девушкой, которую обидела вдова Доронина. Но увы, здесь её и слушать не стали, не до склянок со снадобьем теперь, забот по самое горло! Сперва расспросили о её родстве с Дорониными, а узнав, отправили восвояси.
Тогда Катя решила, что всё сделает сама. Завтра же утром отправится к Шешминцеву, и заставит себя выслушать! А пока… день закрутился так быстро, что Катя и не заметила, как наступил вечер. Она делала всё, что в её силах, чтобы помочь больным, но… так много было смертей, и они были страшны…
Вечером, выйдя из госпиталя, Катерина вдохнула горячий воздух. Страшным стало это лето, когда даже вечер не приносил прохлады… Она зашагала к дому, но по пути вспомнила, что должна ещё заглянуть к Ерохиным. Лиза Ерохина была лучшей ученицей в Катином классе, до этого всего… И теперь в дом Ерохиных тоже пришла беда – отец Лизы работал на пристани, видимо там и подхватил холеру, и недавно скончался. Лизина мать, Надежда, недавно родила, и теперь осталась одна с Лизой и младенцем на руках. И она очень боялась за детей, потому Катерина проведывала их, приносила еду и помогала, чем могла. Теперь Катя радовалась – можно уверенно сказать, что Ерохины не заразились и все Катины старания пошли на пользу. Только вот как поддержать Надежду, которая и погоревать по мужу-то не могла, в такие времена…
Катя шла по улице, поправляя на плече сумку с тем немногим, что она могла принести Ерохиным, в госпитале работникам давали продукты. Но тут из проулка наперерез ей выскочила размытая в сумраке фигура…
- Сыч, ты глянь, что тут у нас! – хрипло рассмеялся человек и шагнул к Кате.
Та отступила было назад, но там показался второй, он перерезал ей путь и схватив за рукав, отшвырнул к забору.
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ СУББОТЫ И ВОСКРЕСЕНЬЯ.
Итак, рассказ выходит пять раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 202б