Снаряд 57-мм пушки прошивал лобовую броню Pz.III насквозь и уходил в грунт за танком. Пушку приняли на вооружение 1 июня 1941 года и сняли с производства в декабре того же года.
На фронте о ней говорили с уважением. В отчётах ГАУ её называли избыточной. Оба утверждения были правдой одновременно, и в этой одновременности вся история ЗИС-2.
Что именно сделал Грабин
Конструкторское бюро завода №92 в Горьком под руководством Василия Грабина к весне 1941 года дало армии противотанковую пушку с длиной ствола 73 калибра. Ствол такой длины при калибре 57 мм давал начальную скорость бронебойного снаряда порядка 1000 м/с. По открытым данным, на дистанции 500 метров пушка уверенно пробивала броню толщиной около 90 мм при угле встречи 90 градусов.
Это была характеристика 1941 года. Для сравнения: основной немецкий средний танк Pz.III модификаций F и G имел лобовую броню корпуса 30 мм, усиленную дополнительными экранами до 50–60 мм. Pz.IV ранних серий шёл с бронёй 30–50 мм.
Снаряд ЗИС-2 пробивал эту броню на любой реальной дистанции боя. И продолжал лететь.
Почему это стало проблемой
В инженерии противотанкового вооружения есть неписаное правило: пушка должна пробивать цель, а не проходить сквозь неё. Каждый лишний миллиметр пробития оплачивается длиной ствола, массой пушки, расходом дефицитных сплавов и часами станочного времени.
Ствол длиной 73 калибра, изготовленный по требованиям ГАУ к точности и живучести, был технологически сложным изделием. По воспоминаниям Грабина, опубликованным в книге «Оружие победы», процент брака при производстве стволов ЗИС-2 в 1941 году оставался высоким на всём протяжении выпуска. Конкретные цифры брака в открытых источниках даются разными авторами по-разному, и здесь честнее сказать, что единой подтверждённой цифры нет.
При этом соседняя дивизионная пушка Ф-22УСВ и разработанная тем же КБ ЗИС-3 калибра 76 мм давали бронепробиваемость около 60–70 мм на 500 метрах. Этого хватало против всех немецких танков 1941 года с большим запасом.
Арифметика избыточности
Плановая экономика считает не по одному изделию, а по потоку.
Одна пушка ЗИС-2 требовала ствол длиной около 4,16 метра. Одна пушка ЗИС-3 требовала ствол длиной около 3 метров. Разница в металле, в станочном времени, в квалификации фрезеровщика. Если оба ствола делаются на одном заводе, каждая ЗИС-2 забирает ресурс, которого хватило бы примерно на полтора орудия ЗИС-3.
К осени 1941 года выбор встал так: продолжать выпуск пушки, чьи возможности превышают требования фронта, или переключить мощности на орудие, которое эти требования закрывает и одновременно работает как дивизионная и противотанковая пушка.
Выбрали второе. Постановление ГКО о прекращении производства ЗИС-2 было принято в декабре 1941 года. Точный номер постановления в открытых архивных публикациях по этой теме встречается, но проверить его по первичному документу без обращения в РГАСПИ я не могу, поэтому оставляю без ссылки на номер.
Пушка, которая обогнала свою войну
Логика решения выстроилась не в 1941 году. Она была заложена ещё в техническом задании.
ЗИС-2 проектировалась под перспективные немецкие танки, о которых советская разведка получала отрывочные сведения. Толстобронные машины ждали. Их не было. Немецкое танкостроение до 1942 года шло по пути наращивания огневой мощи и подвижности, а не бронирования.
В этой ситуации ЗИС-2 оказалась в положении, знакомом любому инженеру: изделие спроектировано правильно, но не под ту задачу, которая пришла. Против Pz.III и Pz.IV достаточно 76-мм осколочно-фугасного снаряда ЗИС-3. Против Pz.IV с усиленным бронированием тоже. Разницы, пробивает снаряд 50 мм брони или 90 мм, для убитого танка нет.
А вот разница между числом выпущенных ЗИС-3 и вдвое меньшим числом ЗИС-2 при том же расходе ресурсов для фронта была.
Возвращение 1943 года
Весной 1943 года на Восточный фронт пришли Pz.VI «Тигр» с лобовой бронёй 100 мм и Pz.V «Пантера» с наклонной бронёй 80 мм приведённой толщиной около 140 мм. ЗИС-3 против них работала на предельных дистанциях и только по бортам.
Постановлением ГКО в июне 1943 года производство ЗИС-2 было возобновлено на заводе №235 в Воткинске. Пушка вернулась в тот момент, когда её характеристики совпали с задачей. Та самая избыточность 1941 года стала достаточностью 1943 года.
Если смотреть на историю ЗИС-2 как на линейный сюжет «сняли, потом вернули», получается странная картина. Если смотреть на неё как на решение системы, у которой было ограниченное количество металла, станков и квалифицированных рабочих, картина становится понятной. Пушку сняли, когда её преимущество не оплачивалось. Вернули, когда стало оплачиваться.
Что это говорит о плановой промышленности
Советская военная промышленность 1941 года часто описывается через категории героики или через категории провала. Оба описания упускают то, ради чего она была устроена: перераспределение дефицитного ресурса под текущую задачу без оглядки на престиж отдельного изделия.
Снятие ЗИС-2 не было признанием неудачи Грабина. Это было признание того, что армии в декабре 1941 года нужно больше пушек, а не более совершенные пушки. Через полтора года арифметика изменилась, и вместе с ней вернулось решение.
Инженерная избыточность в мирное время остаётся запасом. В военное время она может стать роскошью, за которую платят другие подразделения на других участках фронта.
***
Статья написана по открытым публикациям: мемуарам Грабина, работам А. Б. Широкорада по советской артиллерии, материалам сборников по вооружению РККА. Точные тиражи выпуска ЗИС-2 в 1941 году по разным авторам расходятся, номера постановлений ГКО по прекращению и возобновлению производства я не сверял с первичными документами.
Если вы работали с фондом ГАУ в РГВА или ЦАМО и видели там иные данные по браку стволов, тиражу или основаниям решения декабря 1941 года, напишите в комментариях. Подтверждённые правки будут внесены в текст.