Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Литрес

Он возглавил СССР будучи глубоко больным человеком

13 февраля 1984 года он был избран генеральным секретарём, однако провёл у руля лишь 13 месяцев – большую часть этого времени в больнице из‑за тяжёлой лёгочно‑сердечной болезни. Константин Черненко возглавил СССР глубоко больным человеком. Уже на момент прихода к власти ему было 72 года, и он много лет страдал прогрессирующей эмфиземой лёгких. Боль повлекла за собой хронические бронхиты, частые пневмонии и перегрузку сердца. В 1983 году отравление копчёной рыбой, преподнесённой соседом-министра, спровоцировало токсический шок и резкий спад сил. Врачи Чазов и Чучалин едва смогли вывести генсека из этого состояния: по итогам консилиума Чазов сообщил Политбюро, что Черненко фактически «полный инвалид и неработоспособен». Тем не менее партийная обстановка диктовала свои решения, и в феврале 1984 года больной Черненко был выдвинут на пост генсека. Заболевание Черненко тщательно скрывалось от общества. О серьёзном состоянии генсека знал лишь узкий круг Кремлёвской медицинской службы и Полит
Оглавление

13 февраля 1984 года он был избран генеральным секретарём, однако провёл у руля лишь 13 месяцев – большую часть этого времени в больнице из‑за тяжёлой лёгочно‑сердечной болезни. Константин Черненко возглавил СССР глубоко больным человеком. Уже на момент прихода к власти ему было 72 года, и он много лет страдал прогрессирующей эмфиземой лёгких. Боль повлекла за собой хронические бронхиты, частые пневмонии и перегрузку сердца. В 1983 году отравление копчёной рыбой, преподнесённой соседом-министра, спровоцировало токсический шок и резкий спад сил. Врачи Чазов и Чучалин едва смогли вывести генсека из этого состояния: по итогам консилиума Чазов сообщил Политбюро, что Черненко фактически «полный инвалид и неработоспособен». Тем не менее партийная обстановка диктовала свои решения, и в феврале 1984 года больной Черненко был выдвинут на пост генсека.

Скрывая болезнь

Заболевание Черненко тщательно скрывалось от общества. О серьёзном состоянии генсека знал лишь узкий круг Кремлёвской медицинской службы и Политбюро. Главврач Чазов докладывал о здоровье руководителя только первому лицу, и эти сведения «не имели права» разглашать дальше. В результате новая форма правления выглядела так: фактическим руководителем страны стал Михаил Горбачёв, как второй секретарь ЦК, поскольку Черненко всё чаще отсутствовал в Кремле. Иногда заседания Политбюро проходили прямо в Центральной клинической больнице – рядом с койкой генсека. Свою кабину он покидал лишь на короткие «выездные сеансы» – например, прибытие на показательный телесюжет в феврале 1985 года, когда через больничное окно транслировали голосование в Верховный Совет.

Эта манипуляция имела обратный эффект: ведущий кардиохирург Николай Амосов, глядя на одержимого тяжёлой болью Черненко, публично констатировал – «этот не жилец».

В Кремле для преодоления одышки к нему подвозили кислородные концентрации из космической техники и использовали цеолитовые «кислородные шашки». Но и это не могло обеспечить полноценную работу. Уже в 1984 году Черненко практически перестал вести долгие заседания, едва держался на ногах, задыхаясь от малейшей нагрузки. К маю-июню 1984-го его состояние настолько ухудшилось, что решения принимались заочно – подписи ставили факсимиле или вручную на записках в ЦКБ.

Политический вакуум и итоги года

Хроническая болезнь Черненко погрузила управление страной в кризис. Заседания Политбюро стали редкими, все важнейшие вопросы откладывались «на неопределённый срок», а руководство фактически перешло к потомкам прежней элиты. Этому способствовали и внутрипартийные интриги: по воспоминаниям помощников, ещё в 1984 году влиятельный Николай Тихонов жаловался, что Горбачёв узурпирует власть, заменяя лежачего Черненко в делах государства. Сам же Черненко, по словам врача, к концу жизни «потерял ориентацию в происходящем».

-2

Сильно пострадала экономика: как записал министр Непорожний в дневнике, несмотря на высокие полномочия, генсек «ничего не успел сделать для улучшения руководства народным хозяйством», и темпы роста производства снизились. Аналитики отмечали, что политические преобразования Андропова в самом деле свернулись – вместо обновления пришла «эпоха застоя», когда очередную смену лидерства оформляли «на лафете». К концу 1984 года ясно стало, что горбачёвское поколение завоёвывает позиции: уже осенью Первым секретарём Москвы стал Виктор Гришин, «серый кардинал», организовавший показное голосование в ЦКБ.

Уроки для страны

Закрытость информации о болезни лидера усугубила проблемы внутри страны. Секретность диагноза (как у Андропова и Черненко) породила неясность курса и усилила борьбу групп влияния, тянувших страну к реструктуризации. Открытость данных о здоровье первых лиц стала впоследствии рассматриваться как необходимое условие ответственного управления. Вывод один: игнорирование объективных физических ограничений разрушает любую власть – о чём доводилось снова убедиться уже летом 1985 года, когда умер последний «архитектор застоя» и к власти пришло новое поколение.

Подробнее о первых лицах советского государства читайте в книгах серии «Наш XX век».

Продолжайте чтение:

Подписывайтесь на Литрес в MAX.

-3