Глава 3
Детектив Максим Ярцев
– Сейчас, – сказал Максим.
Они вошли в кабинет Чащина втроём: Максим, Фёдоров и Ветлицкий. Чащин поднял голову от экрана и сразу всё понял. Лицо его стало белым, как лист бумаги, на котором он утром подписывал документы.
– Леонид Александрович, – сказал Ветлицкий, доставая удостоверение, – мне нужно задать вам несколько вопросов относительно переводов денежных средств на счета компаний «Lyra Holdings Ltd.», «Atlas Ventures» и «Nordic Group International».
Чащин молчал. Потом медленно снял очки, положил их на стол и потёр переносицу.
– Я хочу адвоката, – сказал он.
– Будет вам адвокат, – кивнул Ветлицкий. – А пока не трогайте компьютер.
Но в ту же минуту зазвонил телефон Максима. Олег, человек Фёдорова.
– Максим Анатольевич. Шамов сел в машину и едет в сторону области. Навигатор показывает маршрут к «Лесному берегу».
Максим выругался сквозь зубы.
– Олег, не теряй его. Я выезжаю.
Он повернулся к Фёдорову.
– Борис, оставайся с Ветлицким. Чащин ваш. А я еду в посёлок.
– Один?
– Там мои люди. И Ветлицкий предупредил коллег.
Максим сбежал по лестнице, прыгнул в машину и выжал газ.
Москва кончилась за Кольцевой, дорога потянулась через промзоны, потом через лес. Дождь усилился, дворники метались по стеклу, как сумасшедшие метрономы. Максим вёл одной рукой, второй набирал номер Ирины.
– Ирина Сергеевна. Закройте все двери. Никому не открывайте. Охрана предупреждена. Я буду через пятнадцать минут.
– Что случилось?
– Ничего, чего мы не предвидели. Просто следуйте инструкции.
Он повесил трубку и позвонил на пост охраны посёлка.
– Говорит Ярцев. К вам едет человек по фамилии Шамов. Серый «Ниссан», номер... – он продиктовал номер, который прислал Олег. – Не пускайте через главный въезд. И пошлите патруль к западному забору, у лесополосы.
Он приехал за одиннадцать минут. На въезде в посёлок стоял Олег, мокрый насквозь.
– Он свернул на грунтовку за триста метров до шлагбаума. Поехал вдоль забора.
– К лесополосе, – кивнул Максим. – Как я и думал.
Они пересели в машину Олега и двинулись по грунтовке. Через четыре минуты увидели серый «Ниссан», припаркованный на обочине. Водительская дверь открыта. Шамова в машине не было.
Максим вышел. Дождь бил по лицу, ноги увязали в раскисшей земле. Забор посёлка был в двадцати метрах, за ним угадывались крыши домов.
– Там, – сказал Олег, указывая на забор.
У забора, в том самом месте, где камера смотрела в другую сторону (Фёдоров перенаправил её только вчера вечером), стоял Шамов. Он опирался руками о забор и, видимо, собирался перелезть, но увидел, что камера теперь направлена прямо на него. И замер.
А с другой стороны забора, на территории посёлка, стояли двое в штатском, которых Ветлицкий прислал утром.
Шамов обернулся. Увидел Максима и Олега. За его спиной забор. С другой стороны забора люди. И ливень, который заливал всё вокруг.
– Ну что, Игорь, – сказал Максим, – куда пойдём?
Шамов стоял секунду, две, три. Потом опустил плечи. Так опускают плечи люди, которые понимают, что выходов не осталось.
– Ладно, – сказал он.
Максим вздохнул. Адреналин отступал, и он почувствовал, как промок, как мёрзнут ноги, и как болит левое плечо, которое он потянул ещё неделю назад, просматривая записи в неудобном кресле.
Но главное: Катя Соколова была в своей комнате, читала книжку и даже не знала, что происходило у забора в двухстах метрах от неё.
***
Дело закрыли за неделю.
Чащин дал показания на второй день после задержания, когда адвокат объяснил ему, что доказательств хватит на несколько уголовных дел, и что сотрудничество со следствием, это единственный способ получить срок поменьше. Он рассказал всё: как два года назад начал выводить деньги, как познакомился через Шамова-младшего с Шамовым-старшим, как понял, что без устрашения Соколова схема не продержится долго, и как решился на угрозы.
Папку с документами нашли в том самом офисе в Марьино, в компании «Вектор-Финанс», в обычном шкафу за картонными коробками. Чащин собирался уничтожить её, но не успел.
Шамов оказался разговорчивее, чем ожидали. Он выложил всю цепочку контактов и подробности двух других дел, к которым был причастен, рассчитывая на смягчение приговора. Ветлицкий был доволен.
Соколов пригасил Максима к себе через десять дней после того, как всё закончилось. Они встретились в кабинете на Пречистенке. Тот самый кабинет, тот самый сейф. Только теперь код от сейфа знали два человека: Соколов и Фёдоров.
– Спасибо, – сказал Соколов.
Максим пожал плечами.
– Это моя работа.
– Нет, – Соколов покачал головой. – Работа, это подписать отчёт и выставить счёт. А то, что вы сделали, это больше. Вы спасли мою семью и мою компанию, и я этого не забуду.
Он помолчал, потом открыл ящик стола и достал конверт.
– Здесь гонорар. И ещё кое-что.
Максим открыл конверт. Помимо чека была визитная карточка с номером телефона и надписью от руки: «Звоните в любое время. А.С.»
– Я хочу, чтобы вы стали консультантом моей компании по вопросам безопасности, – сказал Соколов. – На постоянной основе. Фёдоров хороший специалист, но ему нужен человек, который видит то, что скрыто. Вы видите.
Максим посмотрел на визитку. Потом на Соколова.
– Я подумаю, – сказал он.
В тот вечер он ехал домой через пробку на Третьем кольце. Радио играло что-то ненавязчивое, город горел огнями, и Москва была красивой, как бывает красивой осенью, когда деревья уже голые, но фонари зажигаются рано и отражаются в мокром асфальте.
Максим думал о Чащине. О том, как человек, у которого было всё: хорошая зарплата, карьера, репутация, решил, что этого мало. И разрушил всё сам. Ни внешний враг, ни кризис, ни стихийное бедствие. Просто жадность. Тихая, аккуратная, в очках и хорошей рубашке.
Телефон зазвонил. Незнакомый номер.
– Ярцев? Это Гафаров.
– Рус.
– Я устроился. В охранную фирму «Страж», как и хотел. Спасибо за рекомендацию.
– На здоровье.
– И вот ещё что. Мне тут передали одну историю. Есть некая дама, владелица сети ресторанов, у которой пропадают крупные суммы наличных. Она думает, что это кто-то из управляющих. Интересно?
Максим усмехнулся.
– Пришли мне детали.
– Уже скидываю.
Он повесил трубку и свернул к дому. Припарковался, заглушил мотор. Посидел минуту в тишине.
Потом достал телефон, открыл сообщение от Гафарова, прочитал первые строчки и понял, что завтра будет длинный день.
Впрочем, короткие дни у Максима Ярцева бывали редко. И, если честно, он не скучал по ним.
Эпилог. Офис на Таганке
Утром Максим открыл дверь приёмной, повесил куртку на крючок у входа и включил кофеварку. Старая «Делонги» захрипела, загудела и выдавила порцию эспрессо в чашку с отбитым краем.
За окном снова шумела Таганка. Голуби сидели на своём козырьке. Женщина с коляской шла по тротуару, и Максим подумал, что это, кажется, та же самая женщина, которую он видел две недели назад. Или просто похожая.
На столе лежали три новые папки. Дело о пропавших наличных из ресторанной сети. Дело о подозрительной страховке от адвокатской конторы из Замоскворечья. И письмо, написанное от руки на дешёвой почтовой бумаге, без обратного адреса. Внутри, одна строчка: «Помогите. Больше обратиться не к кому».
Максим отпил кофе. Горячий, горький, крепкий.
Потом открыл первую папку.
День начинался.
Предыдущая глава 2:
Конец