Зак вернулся домой, ощущая себя израненным солдатом проигранной войны. Отсутствие звонкого смеха Сары и мёртвая тишина между комнат давили, резали без ножа.
Миссис Моррисон похожая на мертвеца стояла на кухне, резала овощи, молчала. Губы поджала, а старший сын боялся с ней заговорить. Ему хотелось обнять её за худые плечи, но он знал, стоит сделать это, и мама расплачется. Она сейчас в этот короткий момент погрузилась в готовку, и эти движения ножом немного отвлекали. Хотя Зак находился в полной уверенности, что мама только и думает, что о маленькой Саре.
К горлу подступил комок, а на глаза набежали слёзы. Зак выскочил на улицу, потому что не смог уже сдерживаться. Перед глазами сжатая как пружина мать и улыбающаяся сестра, улыбку которой они, возможно, и не увидят больше.
Зак не строил иллюзий. Он почти сдался. Маленькая надежда теплилась, что сестрёнка жива. «Но какой она вернётся? Кто похитил её, что он делает с ней, там… Там где держит Сару этот бесчеловечный ублюдок»?
— Братик. – Он услышал голос Стива. Мальчишка подбежал и обнял Закари. Он заплакал тихо, чтобы никто не услышал. И Зак плакал вместе с ним беззвучно, стиснув зубы по-мужски. Лишь чёрные дрозды на яблоне и наполненный хламом двор были свидетелем молчаливого горя братьев.
Линда не видела их, она монотонно резала всё, что лежало на кухонном столе — лук, морковь, перец, сельдерей, капусту. А когда овощи закончились, провела ножом по пальцам. Боль отрезвила ненадолго.
— Мама?
Голос старшего сына вернул в реальность. Она обернулась и прижала окровавленные пальцы ко рту. Зак, увидев кровь, кинулся к ней. Обнял одной рукой, а другой отодвинул длинный нож к раковине. Тело матери в его объятиях вздрогнуло и обмякло.
— Мама…. мам, ты чего? – Она потеряла сознание, и парень, подхватив её на руки, отнёс в гостиную. Положил на диван. Руки дрожали. Он почти запаниковал. Вбежавший Стивен непонимающе смотрел на них. А Зак пытался найти слова, чтобы не напугать младшего брата. Взял себя в руки. Теперь он глава семьи.
— Она же не… не умерла? – прошептал Стив.
— Никто больше не умрёт, – твёрдым голосом ответил Зак. Он уже смирился с мыслью, что Сару если и отыщут, то вряд ли… живую. Он уже не верил никому.
Позвонил Фредди и спрашивал, как дела. Говорил, что они кое-что узнали, но не о Саре.
— Если у тебя есть возможность, приходи на наше место.
— Не сейчас, – устало проговорил друг. — Маме плохо, и я не могу оставить её.
Он вызвал «скорую», и миссис Моррисон забрали в больницу. Зак и Стив остались одни. Теперь стало ещё теснее в большом доме, ещё безысходнее и страшнее. Старший не мог заснуть, и ему казалось, что кто-то бродит по комнатам, садится с ним рядом на постель. Он отвернулся к стенке. На стене тикали часы. Этот звук движущейся по циферблату стрелки действовал на нервы и мешал заснуть.
— Зак! – громкий крик младшего заставил подпрыгнуть. Парень кинулся к комнате Стива и застыл в дверном проёме.
У кровати мальчика стояла тень. Даже в темноте виделись чёткие очертания фигуры неизвестного. Высокий сотканный из мрака силуэт застыл у постели ребёнка. Стивви подтянул до подбородка простынь и вжался в серый угол. Даже в сумраке Зак увидел ужас на лице брата. Он нащупал выключатель, нажал на клавишу. Ничего. Он пощёлкал им, не понимая, куда делся свет.
Тень обернулась.
— Это он! — завопил Стивен. – Это с ним ушла Сара!
Зак сжал кулаки. Сердце отбивало ритм — глухо, почти с болью.
Чужак смотрел на него. Существо без лица и глаз, но умеющее смотреть и дышать чем-то до ужаса мерзким. На чёрном лице не было рта, но оно заговорило.
— Здесь слишком шумно и весело.
— Куда ты дел Сару! – закричал Зак и кинулся к существу.
Внезапно вспыхнул свет. Причём он загорелся во всё доме белым, неестественно ярким сиянием. Чёрный человек исчез.
— Зак, – заплакал Стив, обхватывая взлохмаченную голову руками. — Это он…Это он… Он знает, что мы без мамы…
— Не хнычь, – строго, чтобы привести брата в чувство выкрикнул Зак. — Собирайся!
— Ку-у-да-а, – растягивая слога, заплакал мальчик. — Я не пойду-у… Я не хочу-у… Никуда не пойду-у-у.
— Послушай. – Голос Зак стал мягче и, опустившись у кровати Стивена на колени, он взял мокрое от слёз лицо мальчика в ладони. – Давай уедем в мотель и хотя бы выспимся. А завтра вернёмся и что-нибудь придумаем.
— Хорошо, – кивнул брат и, обняв старшего, за шею обеими руками горько заплакал.
Зак гладил его по спине. Свет из яркого почти белого стал тусклым, жёлтым — как обычно. Парень взял на руки Стива. Усадил его к себе на колени и пытался, как мог успокоить, потому что внутри него бушевала буря.
Он выгреб всю наличку, что была у него. Пересчитал — на ночь в мотеле хватит с головой. Помог Стиву одеться, натянул на него свою куртку — мальчик утонул в ней, но так было теплее.
— Садись на раму, — велел Зак. — Ближе ко мне.
Стив не спорил. Он вскочил на велосипед, устроившись между рулём и седлом. Брат обхватил его руками, взялся за руль. Мальчик вцепился в стальную трубу, прижался спиной к груди парня.
— Держись крепче. Я не хочу, чтобы ты упал.
Стив кивнул, уткнувшись носом в куртку.
Зак крутанул педали. «Мюррей» качнулся под тяжестью двоих, но покатился — широкие шины мягко шуршали по грунтовке. Ночной воздух холодный и влажный после дневной жары стал почти благословением. Стив молчал, только изредка всхлипывал. Зак смотрел вперёд, в темноту, и думал: «Главное — уехать. Главное — чтобы он не видел этого снова».
Он не знал, куда ехать. Просто крутил педали, пока ноги не начали гореть. Мотель «Трасса 87» появился из темноты, как мираж — вывеска горела тускло, и Зак, не раздумывая, свернул на парковку.
Они остановились в ближайшем дешёвом мотеле. Но здесь было чистое бельё, горячая вода и кровать, старый телевизор.
Зак уложил Стивена. Тот уснул мгновенно. Поездка на велосипеде немного успокоила и отвлекла. Единственное, что запомнил старший брат, так это слова младшего:
— Я не буду больше ночевать дома.
Он не ответил тогда. Понимал то, что они увидели — не имеет объяснения. И оно может настичь их где угодно. Даже здесь. В номере мотеля. Зак не стал гасить свет прикроватной лампы. Он лежал и смотрел перед собой. Телевизор показывал помехи. А сквозь них парню слышался голос. То ли какой-то звук канала пробивался, то ли оттого, что он не спит вторые сутки, начинает сходить с ума.
Зак зажмурился. Прислушался. Потом решил выключить шипящий телевизор.
Тишина. «Так лучше, – решил он. — Если оно явится, я точно услышу его».
Брат шевельнулся и повернулся набок, обнимая Зака. Усталость сделала своё дело. Веки Закари становились тяжелее. Он периодически открывал глаза и смотрел — одни ли они в комнате. Ждал, боялся, как и младший брат. Уснул провалившись в сон без сновидений — тёмный коридор без дверей со стенами из мрака и дыханием угольной пыли, которая висела в воздухе. Ватная тишина заполонила всё кругом. Закари шёл по этому коридору, шёл, пока… тут сознание словно отключилось, и он пришёл в себя лишь к вечеру следующего дня.
Глянул на телефон. Разрядился. Стивен не просыпался. «Или снова уснул»? Зак разволновался. Зарядки на телефон нет. Друзья должны были звонить и скорее всего, перепугались не увидев ни миссис Моррисон ни братьев в доме.
Он глянул на спящего брата, осторожно встал с кровати и подошёл к двери. Вынул из кармана остаток денег. Пересчитал, понимая, что придётся остаться на одну ночь.
— Зак. – Обернулся на голос Стивена. — Ты проснулся?
— Да, – кивнул ему. — Включи телевизор. Мне надо позвонить, а то телефон сел.
— Хорошо, – ответил Стив, сидя на кровати. — Так есть хочется…
— Да. Я принесу что-нибудь.
«Чёрт, о еде я не подумал, – больно кольнуло в желудке. — Денег вообще нет».
Зак пересчитал их снова. Выбор — купить еды или ночевать в мотеле стал очевидным. Он подошёл к хозяйке — полной женщине с седыми кудрявыми волосами лет семидесяти и спросил, где можно здесь купить что-то перекусить.
— Рядом забегаловка… Хотя, – она смерила его взглядом. — Вы с мальчиком… Женщина вспомнила десятилетнего мальчика, который дрожал в куртке старшего брата, и что-то дрогнуло в её глазах.
— У меня был сын, — сказала она тихо. — Он тоже боялся темноты
— Это мой брат, – сухо ответил Зак. — Сколько ещё за ночь?
— Двадцать долларов, – ответила женщина.
— До какого времени мы можем остаться за восемь? — спросил он, ощущая, как начинает потеть. Один он бы мог отправиться куда угодно, хоть в шалаш бродяги Харли. Но оставить младшего брата он не мог.
Женщина поправила очки и внимательно посмотрела на Зака.
— Это… Это твоя сестра пропала?
— Да, мэм, – ответил он. — Мама в больнице, поэтому… — Ему было ужасно стыдно говорить, что у него не хватает денег. — Нам пришлось уехать ночью. Младший боится оставаться дома… Я умею чинить… Если надо помочь. Розетки, краны, проводку…
— Хорошо, Моррисон, – кивнула она. — Погоди, я принесу кое-что.
Он непонимающе застыл у стойки регистрации, глядя, как женщина двинулась в соседнюю комнату, шаркая стоптанными тапками. Вскоре она вернулась с куском пиццы и двумя сэндвичами на тарелке.
— Оплати десять долларов, а за еду, – она замешкалась, думая, что же сказать растерянному юноше. — Отработаешь завтра. Я дам тебе комнату за пятнадцать. Остальное — за завтрак и починку крана на втором этаже.
— Конечно, мэм, – кивнул с благодарностью Зак, — и, можно зарядить телефон? Он сделался красным от невероятного смущения. — Мы не можем вернуться сегодня. Там в доме… Брат испугался очень…
— В доме? – переспросила женщина и протянула руку. — Давай. Где твой телефон? Если у тебя руки рабочие можешь приходить помогать. Я заплачу. Имей ввиду. Работы здесь хватит, но и денег у меня не так много.
— Это было бы здорово, – закивал Зак. — Вы меня выручили. Очень.
— Тебе надо позвонить?
— Да. Поэтому и телефон вам…
— Звони, но быстро. – Она поставила на стойку телефон — старый дисковый, как из старого кино.
Закари помнил наизусть номер Фредди и Рода. Набрал толстяку, но тот не ответил. А потом услышал голос его матери.
— Миссис Лора, простите, а Фредди где?
— Они ищут тебя, Закари! – почти выкрикнула миссис Маккарти. — Боже. Где вы с братом?
— Мотель «Трасса 87». Я не могу долго говорить. Передайте ребятам, что с нами всё в порядке.
— Конечно, милый, – неожиданно тепло чуть ли не со слезами в голосе отозвалась мама Фредди. — Я сейчас скажу ребятам. Оставайся там.
Закари выдохнул и, вынув из кармана оставшиеся деньги четырнадцать долларов семьдесят восемь центов, положил на стойку регистрации. Женщина поняла, что больше у него нет, но возможность сэкономить на сантехнике заинтересовала, поэтому она не стала требовать больше. «Хоть сколько-нибудь в этом гнилом месте, – проговорила про себя она. — А то уедет в другое место, а так завтра кран починит и не надо будет мастера вызывать».
Зак похлопал себя по карманам. Вынул пачку сигарет, облегчённо вздохнул. Вернулся к Стиву, который увлечённо смотрел телевизор.
— На вот, поешь, – сказал ему, ставя тарелку с едой на кровать.— Хозяйка мотеля дала.
— А ты?
— Поел я, – соврал Зак. — Пойду, покурю. Может, Фредди и Род приедут.
Ветер снова стал горячим и влажным. Словно нагнетая грозу. Зак смотрел в затянутое облаками тёмное небо. И, зажав между пальцами дымящуюся сигарету, курил, до жжения в горле. Есть не хотелось. Он вытер мокрый от пота лоб. Ждал. Друзей. Даже на звонок из автомата денег не осталось. Каких-то пятьдесят центов. Он впервые ощутил себя нищим и бесполезным куском дерьма, а ещё вспомнил о том, что случилось прошлой ночью. «Чёрный человек. Боже, неужели это правда».
Стемнело. Дверь одного из номеров мотеля открылась. Здание гостиницы одноэтажное, и все комнаты располагались рядом. Юноша увидел сначала преподобного Ригли и удивился, понимая, что следом за ним появился Тимми. Зак скрылся за телефонной будкой, потому что не хотел, чтобы священник увидел его здесь.
Увидев их вместе Зак непонимающе уставился на две фигуры. Они шли к серому «Форду» святого отца. Тимми склонил голову и, шаркая, следовал за Ригли. А тот, остановившись, повернулся к парню и коснулся его жирной руки. Зак заметил, что прикосновение отца Ригли выглядело не каким-то дружеским или достойным священника. Оно показалось ему странным и неестественным, потому что рука священника скользнула за спину Тимми и опустилась ниже.
— Сын мой, ты не должен себя ни в чём винить. Я отпускаю тебе все грехи. Ты же знаешь.
Тимми закивал. Он выглядел жалким, болезненным, и Заку стало гадко, при мысли, что на уме у преподобного Ригли. Неужели он способен на такие мерзости.
— Мой милый мальчик, – проговорил Ригли сладким голосом. — Я проводник нашего господа.
— Да, святой отец, – ответил Тимми и, опустившись на колени, взял в свои пухлые ладони его руку и поднёс к губам. — Бог с нами.
— Поднимись сейчас же, – прошипел преподобный Ригли, повернув голову в сторону телефонной будки. Он понял, что там кто-то есть. Дым от сигареты выдал Зака, но он не вышел, не стал показываться.
Парень спрашивал себя, что же он увидел. Полное подчинение, веру, извращённую отсталыми мозгами Тимми или некий сговор священника и глупого аутиста, внутри которого что-то было, что-то говорящее страшную правду. «Нет, – помотал головой Зак. — Не может быть. Я всё придумываю. Ригли и Тимми? Ну, нет. Это уже слишком». Он вспомнил, как парень целует руку священника. Внутри всё перевернулось. Он хотел выбежать из будки, закричать, оттолкнуть этого человека в рясе, который притворялся святым. Но ноги не слушались.
Когда они уехали, Зак вытер лицо. Ладони стали мокрыми от пота. Он закурил и почувствовал, как руки трясутся.
«Он делает это не в первый раз», — подумал он. — «И Тимми не сопротивляется. Он привык».
Как только «Форд» преподобного скрылся за поворотом, Зак вынул ещё сигарету, но в этот момент к мотелю подъехали Род, Фредди и Сидни. Парень был рад видеть друзей и, сунув сигарету за ухо, двинулся к ним.
— Слава богу, ты нашёлся, – выдохнул Фредди.
— Мы так испугались, – добавила Сидни.
— Нет, не испугались, – поправил её Род. – Мы просто волновались, вдруг с тобой или Стивви что-то стряслось.
Зак не захотел обсуждать с ребятами план при младшем брате. Он заглянул в номер и убедился, что с мальчиком всё в порядке. Сказал, что он поблизости и приехали друзья. Стивен смотрел фильм, съел всё до последней крошки и выглядел лучше, чем до приезда сюда.
— Вам нельзя возвращаться домой. — Начал Фред. — А что с мамой?
— Нервы, – ответил Зак. — Она в больнице. Но, доктор сказал, всё будет хорошо.
— Мы были в библиотеке, – добавил Род.
Фредди вынул блокнот и, раскрыв его начал обрисовывать всё, что им удалось узнать. Друзья не утаили ничего. Скрывать что-то и беречь Зака выглядело бы глупым в такой ситуации. Он слушал ребят и понимал, что пазлы складываются. Что дело в доме и в том человеке, который и не человек вовсе.
— Чёрт, а мама так радовалась, что нам достался этот дом, – горько усмехнулся он. И рассказал, почему им пришлось уехать в мотель.
Говорили долго. А потом Сидни спохватилась и расстегнула рюкзак:
— Мы же принесли вам еды и кофе. Боже, вы же наверняка ужасно голодные.
— Спасибо, Сидни, – тепло улыбнулся Зак. — Врать не буду. Всё что достал у хозяйки мотеля отдал младшему.
— Ну что же ты, мисс, не расстегнула свой рюкзак раньше, – всплеснул руками Род, – а обещала ведь кормить нас и заботиться.
Его тон был шутливым, и Зак впервые заметил, что товарищ, не принимающий девчонку ещё несколько дней назад, окончательно сдался. Закари впился зубами в сэндвич, ощущая, как во рту растекается вкус сыр и ветчины, как хрустит огурчик и какой вкусный и мягкий хлеб. За такой сэндвич можно, было, наверное, богу душу отдать.
— Не спеши, я много наделала, — улыбаясь, ответила Сидни.
— И кофе запивай, – порекомендовал Род.
— Я тоже взял перекус, – закивал Фредди.
Мальчики то и дело доставали булочки, хот-доги, сэндвичи, даже коробка с эклерами оказалась у Сидни. Фредди стоило усилий не потянуться к любимому лакомству.
Из номера братьев открылась дверь. Стив, увидев друзей Зака и пиршество укоризненно проговорил:
— А мне значит холодная пицца и вчерашние сэндвичи?
— Что ты, Стив, – виновато прищурилась Сидни. — Бери, что хочешь, но нам надо с Заком поговорить.
— Тайны опять? – спросил младший брат. Зак протянул ему один из сэндвичей.
— Ага, – ответил за Сидни Зак. — А знаешь, забирай всё это, он подвинул мальчишке корзинку с эклерами и хот-догами. — Фредди дай колы. Вот, малой. Иди, пируй. А мы поболтаем.
— Мы остаёмся здесь? – спросил Стивен, задержавшись в дверях.
— Сегодня да, – ответил брат. — А завтра решим, что и как.
Он повернулся к Фредди и заговорил тише.
— Сегодня перед вашим приездом я увидел, как из мотеля выходили преподобный Ригли и знаете кто?
— Неужели святой отец решил отчебучить одну из монашенок? – решил пошутить Род.
— Нет, Родди, – качнул головой Закари. — Монашка — это не про него. С ним был Тимми.
— Что? – на этот раз воскликнула Сидни, наверное, слишком громко, потому что стоящая в двадцати метрах пара, обернулись на её возглас. — Ты хочешь сказать, что они… Ну, это? — почти шёпотом спросила она.
— Я просто их увидел, – Заку неприятно было рассказывать о подробностях. — Мне это бросилось в глаза. Какие-то странные отношения, подумал в тот момент. Нездоровые, что ли, мне стало противно.
— У меня в Нью-Йорке был друг… ну, он не как все, – ответила Сидни.
— Фу, Сидни, какая ты испорченная, – отмахнулся Род.
— Ладно, – Тон Фреда стал серьёзным. Он не смеялся, как товарищ. Понимал, что таким поведением Род сбрасывал стресс. Не иначе. — Тогда многое объясняется. — подытожил он. — Ведьма Эстер, дом, в котором она жила, странный тип, приехавший из Нового Орлеана, колдовство и странные смерти. Потом дом перешёл к владельцам из Ричмонда. Они долго там не прожили и съехали. Дом достался городу. Никто не хотел из местных вселяться в него. А потом многие, кто знал историю, умерли или уехали. Город наполнился другими людьми.
— Ты увидел это существо, о котором говорил Стивен? – спросила Сидни.
— Да. Поэтому я забрал его, и мы здесь. Но завтра нам придётся вернуться туда.
— Нет, не смей даже думать об этом, – заявил Фредди. — Это опасно. Приезжайте к нам. У нас места вдоволь.
— Не спеши, – остановил его Зак. — Мы не знаем, что нужно этому чёрту. А вдруг оно придёт и к вам в дом и вдруг что-то случится. Нет… Я не стану рисковать вами и вашими близкими. Но отправимся туда с утра, чтобы просто собрать вещи. Самое необходимое. Хотя мне надо с утра помочь хозяйке мотеля. Обещал. Но это ненадолго. Встану раньше.
— Да, и самое главное, – продолжил Фредди. — Мы нашли журналистов писавших в разные годы статьи о Миллубруке и этом доме. Один из них согласился нам помочь.
— Не, может быть! – воскликнул Закари. — И не побоялся? Если он и так всё знал.
— Журналисты всегда хотят найти что-то ценное, – ответил Фредди. — Тем более эта Маргарет Кейн в то время работала в Миллбруке в той самой газете, а потом уехала в Ричмонд.
Фредди вспомнил, как связался с мисс Кейн, как волновался, что даже вспотели ладони, и помнил, как Сидни кивала ему и шептала, что он справится, и даже отказ Маргарет Кейн не остановит их
Он набрал номер, который Сидни нашла в интернете. Гудок, второй. Он уже хотел сбросить, когда на том конце ответили:
— Маргарет Кейн слушает.
Голос был низким, спокойным, с лёгкой хрипотцой.
— Здравствуйте, мисс Кейн. Меня зовут Фред Маккарти. Мы с друзьями нашли вашу статью о доме Эстер Блэквуд…
На том конце повисла пауза. Фредди уже испугался, что она положит трубку, но она ответила:
— Семьдесят третий год? Или восемьдесят шестой?
— И тот, и другой. Ваша статья от восемьдесят шестого помогла разобраться, — сказал он. — Но нам нужна ваша помощь.
— Я не работаю в газете уже три года, — ответила она. — Я не знаю, чем могу помочь.
— Вы знаете, кто такая Эстер Блэквуд, — не сдавался Фредди. — И мы думаем, что её история связана с тем, что сейчас происходит в Миллбруке.
— А в Миллбруке что-то происходит? — В голосе Маргарет появился интерес. Фредди знал, что у него голос взрослого, и он не стал акцентировать, что придётся иметь дело с подростками.
— Да мисс Кейн, – ответил Фредди, стараясь говорить как можно серьёзнее. — Вы знакомы с делом, а полиция не хочет работать. Пропадают дети. Это ваш конёк — справедливость.
Сидни, сжав кулачки, смотрела на Фреда. «Он вспомнил последние слова блога Маргарет Кейн о справеливости.»
— И что? Она готова взяться? – с надеждой спросил Зак.
— Не сразу. Потому что сейчас она не работает в «Ричмонд Дейли-ньюс». Ушла, по причине слишком большого желания правды. Мы почитали её статьи, она въедливая и дотошная. Её называют бультерьером недоброжелатели.
— Она приедет через неделю и сказала, чтобы мы держались вместе. — Сидни протянула Заку стаканчик с кофе. — Вам нельзя возвращаться в тот дом. Никому нельзя.
Он кивнул, пил теперь молча. Пытался уложить всю информацию, свалившуюся на голову, как поток со скорпионами, по полочкам. Заглянул в номер. Стивен спал. Глянул на часы.
— Завтра собираемся здесь в десять и к моему дому. Думаю успею отработать проживание за ночь.
— Сколько ты ей должен? – спросил Род, потянулся в карман за деньгами. У него было с собой долларов пятьдесят.
— Не стоит, – остановил его Зак. — Я уже пообещал ей. Поэтому до десяти утра управлюсь. И вместе отправимся ко мне.
— Это верное решение, – поддержал Роджер. — А ты, Сидни будешь присматривать за братом Зака.
— Не вопрос, – ответила девочка. — Мы точно подружимся.
На сердце Зака стало теплее. Что бы он делал без друзей. Без таких преданных ребят, способных ради друга, перевернуть мир?
— А твой отец вернулся? – спросил он Сидни.
— Нет, пока, – покачала головой она. — Мама говорит, что в Грейсоне всё сложно. Но если папе будет что-то известно, она обязательно поделится со мной.
— Так и сказала? – удивился Зак.
— Да. У нас с мамой особый договор, – ответила Сидни. Она не стала рассказывать о мистере Томпсоне. Сейчас это ни к чему, да и зачем ребятам знать о семейных тайнах её родителей, которые совершенно не относятся к делу Миллбрука и дома Зака.
— Но нам нужен Тимми, – внезапно сказал Фредди. — И эта странная история о нём и преподобном Ригли мне не кажется надуманной. Среди священников бывают подобные случаи, ну вы поняли.
Род скривился, а Зак сплюнул под ноги. Сидни обняла себя за плечи. Холодный ветер растрепал её длинные волосы.
— Замёрзла? – заботливо спросил Фредди. Она качнула головой. — Если хочешь, кто-нибудь из нас останется здесь, – предложил он Заку.
— Брось, – махнул рукой старший из друзей. — Лучше проследите, чтобы Сидни добралась до дома. Всё-таки уже поздно.
— Хорошо, – ответил Фредди. Тогда отвечай на звонки.
— Да, – спохватился Закари. — Мой телефон как раз на зарядке у хозяйки мотеля.
Они ещё поболтали и оставили Зака с братом. Тот провожал взглядом «Монгус» и «Накамуру» мальчишек. Впереди, не спеша, ехала Сидни на белой «Веспе». Дорога уходила в сторону района девчонки. Зак остался на улице один, вынул из-за уха сигарету и закурил. Закашлялся и вспомнил отца. Тот тоже часто кашлял. Парень затушил окурок и направился в комнату хозяйки за телефоном. Надеялся, что ночь в мотеле будет спокойной, как и прошлая, а завтра им придётся пусть и ненадолго вернуться домой. Стоило проверить как мама. Он вздохнул. «Бедная, мамочка, как же тебе сейчас тяжело. Ты переживаешь и боишься за всех нас. Сара, – он вдруг подумал о сестре. Глянул на небо, где разошлись облака, и вышли яркие июньские звёзды. — Господи, я никогда не молился, но прошу хоть раз, помоги спасти мою сестру. Сара ни в чём не виновата.»
Продолжение следует...
понравилась история, ставь пальцы вверх и подписывайся на канал!
Поддержка донатами приветствуется, автор будет рад.
на сбер 4276 1609 2987 5111