Я смотрела на своего босса, а в моей голове мгновенно пронеслись все возможные варианты развития дальнейших событий. Уволиться прямо сейчас? Нерационально и нелогично. Я потеряю премию и зарплату. Позволить ему поехать одному и надеяться на чудо? Еще более нерационально. С его умением вести переговоры (которое я уже видела в ЖЭКе!), неизвестно, вернется ли босс вообще оттуда, или перепишет на них нашу компанию. А если компания обанкротится, я останусь без работы!
Я была в отчаянии, наверное, еще больше, чем Никита. А вот когда меня загоняют в тупик и я нервничаю, то... Ух, я становлюсь ужасно неконтролируемой и боевой!
- Значит так, Никита Григорьевич, — спокойным тоном произнесла я, решительно подходя к столу и беря ту самую толстую папку с контрактами, которую оставил Виктор Борисович. -В котором часу и где именно у вас эта ваша встреча с кредиторами?
- Сейчас! Я должен уже выезжать! - отчаянно взглянул босс на часы. - В закрытом ресторане «Пирамида». А зачем тебе?
- Потому что мы поедем туда вместе! - безапелляционно заявила я, и пошла в приемную, принялась складывать в сумку свой рабочий ноутбук и толстую красную папку. - Считайте, что вы поедете туда со своим личным финансовым советником и юристом. То есть, со мной, — и я снова вошла в его кабинет уже готовая к выходу.
- Лиля, ты что, сдурела?! - Никита подскочил в кресле и сделал большие глаза. - Это не те люди, с которыми можно говорить спокойно и на равных. Там понты! Большие деньги и криминал! Они тебя на завтрак съедят и даже не подавятся! Я не могу рисковать еще и тобой! Мне просто нужно было выговориться! Я сам поеду!
— А я не могу рисковать своим рабочим местом из-за вашей лудомании, - отрезала я. - Либо мы едем вместе, и я попытаюсь вытащить вас из этой ямы, опираясь на чистую логику и экономический шантаж, либо вы едете сами, и неизвестно, что они с вами сделают. По крайней мере, при мне, может, вас и не тронут. И кроме того, все, даже криминальные элементы, пользуются законами экономики, даже не зная этого. Ведь у них есть деньги. А деньги - это уже экономика. Но выбор за вами, Никита Григорьевич. Но запомните, я от вас не отстану!
Никита несколько секунд смотрел на меня, а потом обреченно махнул рукой. У него просто не было других вариантов, да и вдвоем — это вам не одному, не так страшно.
Мы выехали немедленно, забыв о том, что Никита должен был подписать контракты, которые принес исполнительный директор. То есть, я не забыла, но промолчала, потому что его папка нужна мне была для дела, она была очень уж толстая и презентабельная. По дороге я попросила босса притормозить у первого же торгового центра.
- Зачем? - паниковал он. - Мы и так опаздываем! Надо спешить!
- Потому что ваш взгляд, Никита Григорьевич, сейчас кричит о том, что вы готовы сделать все, что от вас будут требовать! А вы должны вести себя спокойно, сдержанно и уверенно. Просто молчать. Говорить буду я! Понятно? — сухо пояснила я. - Ваш взгляд может вас выдать, потому что вы нервничаете, поэтому нам надо срочно купить вам солнцезащитные очки. Максимально темные. Чтобы вы выглядели как молчаливый... Терминатор, а не как испуганный заяц.
Никита пытался спорить, мол, в закрытом помещении в черных очках он будет выглядеть, как идиот, а не Терминатор, но я была упрямо настроена, по-боевому в общем!
Мы зашли в ближайший магазин различных аксессуаров. И пока Никита мерил какие-то огромные черные солнцезащитные очки-авиаторы, мой взгляд вдруг зацепился за стенд с разными безделушками. Я подошла ближе и увидела интересный детский браслет-каваи. Это была мягкая игрушка, сделанная таким образом, что плюшевая акула обнимала запястье, будто кусала за руку, демонстрируя два ряда зубов и жуткую хищную улыбку.
В мою голову пришла интересная идея, я схватила браслет и пошла на кассу. Потом невозмутимо натянула это детское украшение на правую руку, расправляя плюшевые плавники на фоне манжета своего скромного платья и поправляя оттопыренные акульи зубы.
- Демина, что это за ужас?! - вылупился на меня Никита, когда увидел мою покупку. - Мы едем на встречу к криминальному авторитету, а ты какую-то игрушку нацепила! Сними это немедленно!
- Не указывайте мне, что носить, Никита Григорьевич, — спокойно отрезала я и села в машину, не собираясь никому объяснять, что эта плюшевая акула была идеально просчитанным инструментом для отвлечения внимания и разрыва шаблонов. Да и с этим хищным капканом на руке я чувствовала себя более уверенно, меня просто какой-то кураж охватил, Честное слово!
К ресторану "Пирамида" мы подъехали в абсолютной тишине. Никита в своих новых черных очках действительно выглядел немного спокойнее, но все равно нервно сопел. Ресторан был небольшим, находился на одной из центральных улиц города, но сейчас был полностью закрыт для обычных посетителей. У входа нас встретили двое мужчин в черных костюмах, чьи габариты напоминали шкафы-купе. Они, очевидно, уже ждали Никиту, но удивленно опустили взгляды, когда я вышла из-за его спины и вежливо поздоровалась, Охранники уставились на мое скромное платье, потом их взгляды споткнулись о плюшевую акулу на моем запястье, и они молча, словно в трансе, пропустили нас в ресторан.
В зале ресторана за круглым столом сидел коренастый мужчина с пронзительным взглядом и золотыми часами на запястье и пил кофе. Его лицо не выражало никаких эмоций. Это и был владелец VIP-клуба, известный в определенных кругах как Артур Оскалов. Рядом с ним стояли еще трое молчаливых охранников.
- Ну что, Никита, - хриплым голосом начал говорить Артур, когда мы подошли к столу и босс, стараясь быть спокойным, поздоровался. На меня криминальный авторитет даже не посмотрел. - Время платить по счетам. Отец твой тебе краник с деньгами перекрыл, как я слышал? Но меня твои проблемы не интересуют. Деньги должны быть сегодня, или мы начнем забирать их, как бы это сказать, другими методами.
Никита в своих черных очках побледнел и слегка покачнулся. Он открыл рот, пытаясь что-то выжать из себя, но я его опередила.
Я резко выступила вперед и с грохотом шлепнула на стол перед Артуром толстенную папку Виктора Борисовича. И я специально оставила лежать на документах свою правую руку, накрыв папку ладонью. И плюшевая акула со своей жуткой зубастой улыбкой оказалась прямо перед носом криминального авторитета...
- Здравствуйте, господин Оскалов. Меня зовут Лилия Демина, и я официальный представитель и финансовый аудитор Никиты Григорьевича, — мой голос прозвучал настолько громко и по-учительски строго, что охранники у стола вздрогнули. - Никаких денег сегодня не будет!
Артур медленно перевел на меня взгляд, потом опустил их на плюшевую акулу, задержался на мгновение на ее оттопыренных зубах, потом снова уставился на мое серьезное лицо. В его взгляде читалось обалдевшее удивление, он не понимал как такое возможно - какая-то серая мышь в платье под горло и с детской игрушкой на руке только что перебила его и шлепнула папкой по столу перед самым его носом.
- Ты вообще кто такая, девочка? - прищурился он.
- Я тот человек, который спасает вас от тюремного срока за незаконную организацию азартных игр и отмывание средств в особо крупных размерах, — невозмутимо выдала я, глядя ему прямо в глаза и включая на полную свою «зануду». - Согласно моему анализу, ваши серверы находятся в офшоре, но транзакции VIP-клиентов проходят через три подставные компании здесь, в нашей стране.
Я открыла папку на случайной странице со множеством цифр и развернула ее к нему рукой с плюшевой акулой.
- Вы же не думали, что отец Никиты Григорьевича, человек с миллионным состоянием, просто так заблокировал ему счета? Его служба безопасности уже привлекла государственную службу финансового мониторинга. Никита Григорьевич сейчас под полным финансовым колпаком. Любой крупный перевод от него на ваши подставные счета автоматически инициирует расследование и блокирование всей вашей серой империи. Если с ним сегодня случится хоть что-то, скажем так, непредсказуемое, — я выразительно посмотрела на его охранников, - расследование перейдет в фазу уголовного производства по статьям сто пятнадцать и двести девять Уголовного кодекса РФ.
В зале ресторана воцарилась мертвая тишина. Никита стоял позади меня, кажется, вообще перестав дышать. Артур же переводил озадаченный взгляд с моего сурового лица на зубастую игрушку и на совершенно непонятные графики на бумагах в папке. Вероятно, он был готов к тому, что Никита будет плакать, умолять, предлагать все, что угодно, лишь бы откупиться, но совершенно не был готов к агрессивному наезду от девушки, которая выглядела как учительница или библиотекарша-маньячка.
- Ого! И что ты предлагаешь? - спросил Артур, откинувшись на спинку своего кресла и оценивающе глядя на меня. Ох, я очень надеялась, что я его немного сбила с толку своей наглостью и потоком терминов. Ну, и акулой тоже.
- Реструктуризацию долга, - проговорила я уверенно. - Мы составляем договор займа между физическими лицами. Никита Григорьевич будет выплачивать вам долг равными частями ежемесячно, например, из своей официальной зарплаты генерального директора. Это абсолютно легально и не вызовет подозрений в финмониторинге. Первый транш состоится, скажем, десятого числа. Ну, или вы, господин Оскалов, соглашаетесь на цивилизованные условия, или разбираетесь с налоговой и полицией, — взглянула я на него уверенным взглядом. - Давайте побыстрее заключим этом договор, потому что у нас еще много работы в офисе, и мы не можем тратить на вас весь наш рабочий день.
Артур несколько секунд смотрел на акулу, потом на меня, потом снова на акулу... И неожиданно громко расхохотался.
Его смех подхватили охранники, и от этого звука мне, честно скажу, впервые стало по-настоящему страшно. Хотя я продолжала стоять с невозмутимым лицом, внутри все замерло. Черт, неужели я где-то просчиталась и неправильно построила стратегию? Артур и охранники смеялись, я молчала, Никита за спиной, казалось, уже и не дышал, и лишь моя плюшевая акула на запястье угрожающе скалила свои острые плюшевые зубы...