Рука в подмосковном лесу нащупывает под палой листвой холодную бурую шляпку, поворачивает ножку у самой земли — и боровик ложится в корзину. Ни билета в кармане, ни разрешения, ни запретного дня недели. Через час корзина будет полна, и человек пойдёт домой, не отчитавшись ни перед кем.
Тем же утром в лесу под Турином другой грибник срезает белый гриб (Boletus edulis) — тот же вид, та же грибница под корнями. Но у него в кармане лежит оплаченная именная карточка, а собранное он по закону обязан занести в кабинет, где государственный миколог переберёт корзину и выпишет справку, прежде чем дома поставят сковороду.
Одно движение руки, один и тот же гриб. По одну сторону границы — вольное занятие, у которого в России есть собственное имя и собственная книга. По другую — процедура с курсом, экзаменом и инспектором.
Охота, которую поставили третьей
В 1856 году Сергей Аксаков, уже написавший книги про ружейную охоту и про рыбную ловлю, задумал третью — про грибы. Она называлась бы «Замечания и наблюдения охотника брать грибы». Он успел написать семь страниц вводной части. Последняя фраза обрывается на обещании рассказать «подробнее о случайных изменениях в произрастании грибов» — дальше пусто. Аксаков не успел.
Книгу за него дописал другой человек и через сто с лишним лет. В 1967 году в журнале «Наука и жизнь», в номерах пятом, шестом и седьмом, Владимир Солоухин напечатал «Третью охоту» — с аксаковским эпиграфом «Смиренная охота брать грибы». Сам заголовок и был тезисом: сбор грибов — это охота, третья после ружья и удочки, занятие того же ранга, требующее уменья, знания мест и удачи.
Ни в одном западном языке у тихой охоты нет ни такого имени, ни такой литературы. Грибы там собирают, и азартно, но называют это «raccolta», «cueillette» — сбор, заготовка, дело хозяйственное. Поставить его в один ряд с настоящей охотой и посвятить ему повесть, которую читает вся страна, мог только народ, для которого лес — не угодье, а общее место.
Италия: лес за турникетом
Италия — самая грибная страна Запада, осенью в леса выходят миллионы. И именно поэтому за вход туда давно поставили турникет.
Чтобы легально собирать грибы, во многих итальянских регионах нужно сначала отучиться. Курс — четырнадцать часов, с обязательным посещением; в провинции Фрозиноне его ведёт миколог Клаудио Берна, набирая группы по полтора десятка человек. После курса выдают свидетельство, по которому оформляется тесерино — именная карточка сборщика. Она стоит денег и действует с условием: раз в пять лет переобучение, ещё шесть часов. Брать в день можно не больше трёх килограммов, шляпку меньше положенного размера срезать нельзя, носить грибы в пластиковом пакете запрещено — только в корзине, чтобы споры сыпались сквозь прутья.
А на выходе из леса — инспектор. С 1993 года при каждой санитарной службе Италии работает Ispettorato Micologico, грибная инспекция: дипломированный государственный миколог бесплатно осматривает принесённую корзину и выдаёт справку, что собранное съедобно. Сорок тысяч отравлений в год — вот число, ради которого выстроена эта машина. Знание о грибах в Италии вынесено из дома в кабинет и закреплено печатью.
Франция: гриб, который тебе не принадлежит
Во Франции начинают даже не с курса, а с вопроса собственности. По Гражданскому кодексу гриб — естественный плод земли и принадлежит хозяину участка, на котором вырос. А три четверти французской почвы частные. Значит, грибник, зашедший в чужой лес, формально берёт чужое.
В государственном лесу сбор разрешён, но это, как прямо сформулировано в законе, терпимость, а не право. Не больше пяти литров на человека в день; всё сверх приравнивается к краже, и дело может дойти до суда. В департаментах Орн, Манш и Кальвадос сбор запрещён по вторникам и четвергам, в том числе в праздники. А определять, что съедобно, ходят к аптекарю: больше трёх тысяч французских аптек держат фармацевта-миколога, обученного распознавать грибы, и проверяют корзины бесплатно.
У французов есть своё правило: «в сомнении — воздержись». У русских — «не уверен, не бери». Слова почти одни и те же. Разница в том, кто их произносит: во Франции — человек за аптечным прилавком с университетским дипломом, в России — тот, кто водил тебя в лес в детстве.
Одно движение руки
Та же рука в подмосковном лесу поворачивает ножку боровика у земли. За это движение во Франции с неё спросили бы хозяина леса и взвесили улов, в Италии потребовали бы карточку и справку инспектора. Здесь не спросит никто.
Тихая охота уникальна не тем, что в России собирают грибы, — а тем, что только здесь это осталось вольным. Без билета, без квоты, без расписания и без кабинета на выходе из леса. И единственным в мире занятием такого рода, у которого написана своя книга.
Аксаков начал её и не успел. Солоухин дописал. А лес стоит и ждёт — бесплатно.
А вы ходите по грибы? Кто впервые привёл вас в лес — и водите ли вы туда детей теперь?
📌 Друзья, помогите нам собрать средства на работу в июле. Мы не размещаем рекламу в своих статьях и существуем только благодаря вашей поддержке. Каждый донат — это новая статья о замечательных грибах с каждого уголка планеты!