XVIII век завершился для Российской империи чередой войн на южных рубежах. В 1801 году восточная Грузия, Картли-Кахетинское царство, вошла в состав России по манифесту императора Александра I. Этот шаг превратил Закавказье в область прямого столкновения трёх держав: России, Османской империи и Персии. К 1806 году российские войска уже третий год вели изнурительную войну с персами на территории современных Армении и Азербайджана. Растянутые коммуникации, горные перевалы, нехватка снабжения — и без того трудное положение, а тут ещё и османский султан Селим III под давлением французской дипломатии объявил войну России.
Наполеон, готовившийся к большой европейской кампании, умело сталкивал Петербург и Стамбул. Ему требовалось, чтобы русская армия увязла на двух фронтах, дунайском и кавказском, и не мешала его планам в центре Европы. В Константинополе французский посол генерал Себастьяни настойчиво убеждал султана: момент для реванша идеален, Россия ослаблена, её лучшие полки стянуты к западным границам. И султан решился.
Так в конце 1806 года открылся новый театр боевых действий — кавказский. Командующим русскими силами в Закавказье стал генерал-аншеф граф Иван Васильевич Гудович. К тому моменту ему было шестьдесят пять лет. За плечами остались учёба в Кёнигсбергском, Галльском и Лейпцигском университетах, участие ещё в Семилетней войне, бои с турками при Ларге и Кагуле в 1770 году, взятие Хаджибея (будущей Одессы) в 1789-м, штурм Анапы в 1791-м. Кавказский театр он знал не понаслышке: ещё в начале 1790-х годов командовал Кавказской линией.
Ему противостоял эрзурумский сераскир Кёр Юсуф Зияюддин-паша, главнокомандующий османскими силами в восточных провинциях. Это был опытный военачальник грузинского происхождения, прошедший путь от государственного клерка до губернатора важнейших провинций империи. Прозвище «Кёр», что значит «Слепой», он получил после несчастного случая в юности: во время игры в копьё лишился глаза. В 1799 году он уже командовал османской армией, вытеснявшей французов из Египта, а позже дважды становился великим визирем, главой правительства Османской империи. Судьба сводила его с русскими войсками не впервые, и он знал, с кем имеет дело. В 1794 году его назначили губернатором Эрзурума, ключевой провинции на востоке империи, и именно оттуда он теперь повёл анатолийские войска в наступление.
▪ ▪ ▪
Кампания 1807 года на Кавказе началась для русских неудачно. Гудович попытался действовать наступательно сразу на трёх направлениях. В марте отряд генерал-майора Петра Даниловича Несветаева подошёл к Карсу. Эта османская крепость располагала двадцатитысячным гарнизоном и шестьюдесятью орудиями. Несветаев, начавший службу рядовым в лейб-гвардии Измайловском полку в 1773 году, к тому времени имел за плечами шведскую войну, польскую кампанию и несколько лет боёв в Закавказье. Солдаты прозвали его «Горским генералом»: он умел воевать в горах, а в зимнем походе через заснеженные перевалы шёл пешком, уступив лошадь больным. Под Карсом он взял передовые высоты и ворвался в предместье, но получил прямой приказ Гудовича остановиться: крепость не штурмовать, ограничиться прикрытием границы.
Почему Гудович остановил атаку? Карс был слишком крепким орехом. Гарнизон превосходил штурмующие силы числом, а главное — у русской артиллерии не хватало калибра для разрушения крепостных стен. Потерять отряд в бесплодном штурме означало оголить границу и открыть туркам дорогу в Грузию. Гудович отозвал Несветаева.
Одновременно провалились попытки взять Ахалкалаки и Поти. Ахалкалаки, крепость в грузинской области Самцхе-Джавахети, османы удерживали с XVI века. Поти располагался на черноморском побережье. Русские отряды были отражены на обоих направлениях. Инициатива перешла к противнику.
▪ ▪ ▪
Весной 1807 года Юсуф-паша, получив известия о неудачах русских, двинулся в наступление. Под его началом собралось анатолийское войско: двадцать тысяч человек при двадцати пяти орудиях и двух мортирах. Первой целью стал небольшой русский отряд, закрепившийся у селения Гумры. Сегодня это Гюмри, второй по величине город Армении.
Отрядом командовал всё тот же Несветаев. В его распоряжении находилось тысяча девятьсот человек при восьми орудиях. Соотношение сил составляло примерно десять к одному. Сераскир прислал письмо с предложением сложить оружие. Несветаев ответил отказом и приготовился к обороне.
19 мая 1807 года турецкий авангард, семь тысяч отборных воинов, атаковал русские позиции у Гумры. Турки ворвались на улицы селения. Бой шёл за каждый дом. Несветаев подпустил атакующих на близкое расстояние, а затем ударил одновременно из всех орудий картечью и дал ружейный залп. Потеряв около четырёхсот человек только убитыми, турки отступили.
Через день подошли главные силы сераскира. Он разбил лагерь у селения Каракилиса, в семи верстах от Гумры (сегодня это Азатан), и снова предложил Несветаеву выйти драться в открытое поле. Несветаев, понимая, что в чистом поле его просто сомнут массой, предпочёл оставаться в укреплениях. 30 мая последовала вторая атака. Десять тысяч турок при двадцати орудиях били по русским позициям с десяти утра до семи вечера — девять часов непрерывного боя. Турки потеряли знамя и четыреста человек убитыми и снова отошли.
Гудович, получив донесение о нависшей угрозе ещё 25 мая, форсированным маршем двинулся на помощь. Десять батальонов, несколько эскадронов драгун и казачьих сотен прошли около двухсот пятидесяти вёрст за пятнадцать дней. Путь лежал через Ширакские горы, под непрекращавшимся дождём, по размокшим дорогам. Вперёд на казачьих лошадях погнали боеприпасы: у Несветаева заканчивались снаряды, и каждый день промедления мог стать последним.
5 июня разразилась третья, самая яростная атака. Турки весь день штурмовали Гумры. Конница смяла передовые заставы. Пехота прорвалась на улицы. Гренадеры Киевского полка в штыковом бою выбили прорвавшихся. К вечеру на рысях подошла конница генерал-майора Семёна Андреевича Портнягина. Турки, потеряв ещё около двухсот человек, отступили на правый берег реки Арпачай. Несветаев выстоял. Двенадцать дней, три штурма, десятикратное превосходство противника — и отряд удержал позицию.
За этот бой Пётр Данилович Несветаев получил орден Святого Георгия III степени. В императорском указе говорилось: «В награду за отличное мужество и храбрость, оказанныя при сражении в селении Гумри… благоразумными распоряжениями и непоколебимою неустрашимостию удержал стремительность неприятеля».
▪ ▪ ▪
8 июня 1807 года Гудович прибыл в Гюмри и соединился с Несветаевым. Теперь в его распоряжении было около шести тысяч семисот семидесяти четырёх человек, если считать все наличные силы, включая гарнизоны Шурагельской провинции (историческая область Ширак). У Юсуфа-паши, получившего подкрепления, насчитывалось более двадцати тысяч при двадцати пяти орудиях и двух мортирах. Почти трёхкратное численное превосходство.
Сераскир не терял времени. Он отправил гонцов к эриванскому хану, правителю вассального Персии Эриванского ханства, с просьбой о немедленной помощи. Карсский Мамед-паша слал письма Будаг-султану Артикскому, уговаривая перейти на сторону турок или хотя бы сообщать сведения о русских войсках. Турецкий лагерь наполнялся свежими силами.
Одновременно с этим персы по договорённости с турками стягивали войска к крепости Эривань (сегодня это Ереван, столица Республики Армения). Командовал ими наследник персидского престола Аббас-Мирза, сын шаха Фетх-Али из династии Каджаров. Ему было двадцать четыре года. План сторон выглядел так: если турки разобьют Гудовича, персидский корпус немедленно вторгнется в Грузию через области Памбак и Шурагель. Удар с двух сторон должен был смять российское присутствие в Закавказье.
Гудович провёл рекогносцировку, то есть разведку позиций противника, и принял решение. Он не стал ждать, пока турки соберутся с силами для нового удара. Он решил атаковать сам. Замысел был дерзким: обойти турецкий лагерь с правого фланга и ударить с тыла, чтобы отрезать Юсуфа-пашу от Карса, главного источника снабжения и укрытия для османских сил в регионе.
Чтобы понять, как именно русские войска собирались вести этот бой, необходимо представить себе тактическую единицу того времени — каре. Французское слово carré означает «квадрат». Это боевое построение пехоты в виде четырёхугольника, каждая сторона которого ощетинивается штыками. Каре позволяло пехоте обороняться от кавалерии со всех четырёх направлений. Внутри такого живого квадрата могли укрываться орудия, обоз, раненые. Против турок, чья конница была многочисленной и подвижной, это построение применялось русской армией как стандартное.
Гудович разделил свои силы на четыре каре. Первое, под командованием генерал-лейтенанта барона Розена, составили два батальона Кавказского и Херсонского гренадерских полков. Гренадеры в то время — отборная пехота. В прошлом это были солдаты, специализировавшиеся на метании ручных гранат, но к началу XIX века гранаты уже почти не применялись, а название сохранилось за лучшими, наиболее рослыми и физически крепкими бойцами. Второе каре, которое вёл генерал-майор Титов, включало ещё два батальона херсонских гренадер. Третье, под началом генерал-майора Портнягина, собрали из четырёх батальонов 9-го и 15-го егерских полков. Егеря представляли собой лёгкую пехоту, обученную рассыпному строю и меткой стрельбе. Четвёртое, резервное каре майора Ушакова, состояло из батальона кавказских гренадер и трёх эскадронов нарвских драгун. Драгуны — это конница, способная сражаться как в конном, так и в пешем строю.
В ночь с 17 на 18 июня русские войска начали обходной манёвр. Продвижение шло тяжело. Накануне прошли сильные дожди, грунт размок, колёса орудий вязли в грязи. Солдаты выбивались из сил, выталкивая пушки. Гудович изменил первоначальный план: вместо ночной атаки было решено ударить на рассвете.
Но скрыть перемещение нескольких тысяч человек не удалось. Турецкие дозоры заметили обход. Юсуф-паша мгновенно оценил опасность: русские отрезают его от Карса. Он принял решение, которого Гудович не ожидал. Сераскир не стал ждать удара: он сам перешёл реку Арпачай с лучшими войсками и на рассвете 18 июня атаковал русские колонны, ещё не успевшие завершить перестроение.
▪ ▪ ▪
Турецкая пехота густыми колоннами ударила по левофланговому каре барона Розена. Одновременно массы конницы накатились на центральное каре Титова. Двадцать пять османских орудий сосредоточили огонь на каре Портнягина, главной опоре русского боевого порядка. Ситуация стала критической.
Гудович двинул вперёд резервное каре Ушакова, чтобы заткнуть брешь в центре. Русская артиллерия, уступавшая турецкой в числе стволов, отвечала точным огнём. Командовал ею полковник Фёдор Исаевич Ахвердов, офицер армянского происхождения, командир 9-й артиллерийской бригады. Его батареи били по наступающим колоннам с минимальной дистанции, переключаясь с ядер на картечь по мере приближения противника.
Но исход сражения решил не центр и не левый фланг. Исход решил генерал-майор Несветаев.
Пока главные силы русских вели бой с переправившейся через Арпачай турецкой армией, Несветаев со своим отрядом совершил манёвр, который военные историки позже назовут ключевым. Он атаковал турок с тыла, с той стороны, откуда они только что перешли реку. Удар пришёлся в самый уязвимый момент: турецкие войска, втянутые в бой с каре Гудовича, оказались зажаты между двух огней.
Турецкий боевой порядок рассыпался. Началась паника. Русская конница ударила по бегущим. Турки бросали орудия, знамёна, припасы. Сераскир Юсуф-паша не успел даже сесть на лошадь и, по свидетельствам очевидцев, бежал пешком две версты. Оба турецких лагеря, и авангардный, и основной, были захвачены. Трофеями стали двенадцать орудий (включая две мортиры, которые позже Гудович использует при осаде Эривани в 1808 году), множество знамён и огромные запасы продовольствия и боеприпасов.
Русские потеряли четырнадцать человек убитыми и семьдесят одного раненым. Турки — более тысячи убитыми, не считая раненых и разбежавшихся. Корпус Юсуфа-паши перестал существовать как боевая единица. Его остатки заперлись в Карсе.
▪ ▪ ▪
Исход Арпачайского сражения имел последствия, далеко выходящие за рамки одного тактического успеха.
Приблизительно в тридцати пяти километрах от поля боя, на реке Занге (Раздан), стоял двенадцатитысячный персидский корпус под командованием Аббас-Мирзы. Персидский принц выжидал. У него с турками была договорённость: если Юсуф-паша разобьёт Гудовича, персы немедленно вторгаются в Грузию через Памбак и Шурагель. Удар с двух сторон должен был смять русское присутствие в Закавказье.
Аббас-Мирза отправил наблюдателей на окрестные холмы. Персидские всадники видели, как турки бежали, преследуемые русской конницей, как пали оба лагеря, как дым рассеялся над захваченными орудиями. Наследник персидского престола, считавший Юсуфа-пашу способным полководцем, получил известие о полном разгроме союзника и немедленно отдал приказ отступать к Нахичевани. Вторжение в Грузию, грозившее сделать шатким всё российское присутствие в регионе, было предотвращено без единого выстрела на персидском направлении.
Более того, Арпачайское сражение ускорило мирные переговоры между Россией и Персией. В апреле 1807 года Аббас-Мирза уже писал Гудовичу, что Персия выражает готовность к мирному соглашению. Но переговоры затягивались. После разгрома турок позиция персидской стороны стала заметно уступчивее. Хотя до окончательного Гюлистанского мирного договора оставалось ещё шесть лет войны, вектор был задан именно на берегах Арпачая.
Вскоре после сражения между Россией и Османской империей было заключено перемирие. Этому способствовал и Тильзитский мир, подписанный императором Александром I и Наполеоном 25 июня (7 июля) 1807 года, всего через несколько дней после Арпачайского боя. По условиям Тильзитского договора Наполеон из врага России превращался в её союзника и брал на себя роль посредника в русско-турецких переговорах. Активные боевые действия на Кавказе приостановились до 1809 года.
▪ ▪ ▪
30 августа 1807 года Иван Васильевич Гудович был произведён в генерал-фельдмаршалы, высшее воинское звание Российской империи. Он стал единственным уроженцем Брянщины, достигшим этого чина. В рескрипте императора победа при Арпачае была названа в числе главных заслуг полководца.
В сражении отличились многие офицеры. Среди награждённых были армяне, служившие в русской армии и ополчении: князь Луарсаб Тарханов получил чин майора, Георгий Абамелик стал капитаном, Ага Аргутинский — подпоручиком. Полковник Фёдор Ахвердов, командовавший артиллерией, первым среди армян-офицеров русской Кавказской армии был удостоен ордена Святого Георгия IV степени за умелое командование батареями и личную храбрость.
Пётр Данилович Несветаев прожил после Арпачая меньше года. В 1808 году он заболел во время приготовлений к походу на Эривань и 17 июня скончался в Караклисе (нынешний Ванадзор), где и был похоронен. В 1912 году его прах планировали перенести в Сионский собор в Тифлисе. Имя генерала было присвоено 115-му пехотному Вяземскому полку, наследнику старого Саратовского мушкетёрского полка, которым Несветаев когда-то командовал.
Кёр Юсуф Зияюддин-паша, несмотря на разгром при Арпачае, не закончил карьеру. Уже в сентябре 1807 года он был назначен губернатором Багдада и Басры, позже стал наместником Коньи и Алеппо. В 1808 году он во второй раз получил губернаторство в Эрзуруме и пост шарк-сераскира, главнокомандующего всеми османскими силами на востоке. В 1809 году султан Махмуд II назначил его великим визирем, и тоже во второй раз в жизни. Он командовал османскими войсками на румелийском, балканском, фронте против русских. В 1811 году его отправили в отставку. Умер он в 1819 году на острове Хиос и был похоронен в гробнице шейха Ильяса, на земле, которая сегодня является частью Греции.
Река Арпачай, она же Ахурян, до сих пор течёт по Армянскому нагорью. Она вытекает из озера Арпи и впадает в Аракс, главную водную артерию региона. Сегодня по её руслу проходит государственная граница между Арменией и Турцией. Мало кто из тех, кто смотрит на эту неширокую реку с берега, знает, что июньским утром 1807 года здесь, на участке между Гюмри и турецким Тигнисом, шесть тысяч русских солдат остановили армию, втрое превосходившую их числом. И одним этим предотвратили вторжение в Грузию с двух сторон.