К утру 18 июня норманнские командиры уже знали: если не ударить сейчас, завтра будет поздно. Где-то к югу, у Сипонто, византийский катапан Аргир вёл свою армию на соединение с папскими силами. Этот человек, лангобард по рождению, перешедший на службу Константинополю и назначенный наместником византийской фемы Италии, отдавал себе отчёт в расстановке сил. Поодиночке норманнов бить трудно, а вместе с папским войском можно смять. С севера же, из-за реки Форторе, накатывалась армия, которую собрал сам епископ Рима.
Норманны стояли у Чивитате, а точнее у Чивителлы — небольшого поселения к северо-западу от нынешней Фоджи. Три тысячи всадников и около пятисот пехотинцев. Против них примерно шесть тысяч человек папской коалиции. Двукратное превосходство.
Но норманны, потомки викингов, осевших в северной Франции в начале X века, провели в Южной Италии к тому времени уже три с половиной десятилетия. Они не были армией одного государства. Три отряда, три клана, три капитана — и у каждого своя история.
Как норманны оказались на юге
Первые норманнские рыцари объявились в Южной Италии около 1017 года. Согласно одной версии, они пришли как паломники к святилищу архангела Михаила на горе Гаргано. Согласно другой, их пригласил лангобардский мятежник Мелус из Бари, мечтавший сбросить византийскую власть. Действительность, скорее всего, лежала посередине: паломничество быстро переросло в знакомство с местными и предложение меча за плату. Уже в 1018 году норманны сражались при Каннах и были наголову разбиты византийским катапаном Василием Боиоанном. Из двухсот пятидесяти воинов уцелело, по некоторым данным, лишь десять.
Поражение при Каннах не остановило потока. Нормандия в XI веке, герцогство на северо-западе Франции, исчерпала земельный фонд, а местный обычай — отдавать весь надел старшему сыну — оставлял младших без наследства. Им оставалось одно: искать удачу за морем. Италия того века была идеальным местом. Византийская империя, формально владевшая Апулией и Калабрией, ослабла после смерти императора Василия II в 1025 году. Лангобардские княжества Салерно, Капуя и Беневенто враждовали между собой. Прибрежные республики Неаполь, Гаэта и Амальфи номинально признавали византийского императора, но жили сами по себе. А из Сицилии нападали сарацинские эскадры. Хаос, в котором норманны действовали уверенно и быстро.
Первый, кто превратил наёмничество в территориальное владение, — Райнульф Дренго. В 1030 году неаполитанский герцог Сергий IV отдал ему бывшую византийскую крепость Аверсу в награду за военную поддержку. Так возникло первое норманнское графство на итальянской земле. Райнульф, прибывший когда-то с отрядом изгнанников, теперь стал графом, затем его признал император Конрад II, а позже он сделался князем, объединившим под собой земли Капуи. Райнульф умер в июне 1045 года, но род Дренго закрепился в Аверсе. Следующим встал Ричард.
Почти одновременно с Дренго на юг двинулись Отвили. Мелкий нормандский барон из Котантена Танкред де Отвиль имел двенадцать сыновей от двух браков. Поместье не могло прокормить всех. Трое старших, Вильгельм, Дрого и Хэмфри, прибыли в Италию около 1035 года. Вильгельм заслужил прозвище Железная Рука после того, как в 1038 году при осаде Сиракуз лично выбил из седла сиракузского эмира. В 1042 году норманны Апулии избрали его своим графом. После смерти Вильгельма в 1046 году графом стал Дрого, получивший от императора Генриха III титул герцога и господина всей Италии, а также графа всех норманнов Апулии и Калабрии. Название весомое, однако земли, которые за ним стояли, ещё предстояло отвоевать.
Три капитана
К 1053 году норманнскую силу в Италии олицетворяли три фигуры.
Первая — Ричард Дренго, племянник Райнульфа, прибывший из Нормандии в 1046 году с отрядом в сорок рыцарей. Аверса встретила его настороженно: двоюродный брат Райнульф II, правивший графством, счёл Ричарда опасным претендентом и отослал прочь. Ричард нашёл приют у Хэмфри Отвиля, однако промышлял откровенным разбоем, и в какой-то момент Дрого Отвиль арестовал его. Всё изменилось в 1048 году: Райнульф II умер, оставив младенца Германа. Салернский князь Гвемар IV добился освобождения Ричарда и назначил его регентом Аверсы. Вскоре малолетний Герман исчез из хроник, а Ричард стал полновластным графом от своего имени. Ему было около двадцати четырёх лет. Современники описывали Ричарда как человека с открытым лицом, который нарочно ездил на такой маленькой лошади, что ноги почти касались земли. В 1053 году он командовал правым флангом норманнского войска, и именно его удар определил исход битвы.
Вторая фигура — Хэмфри Отвиль, граф Апулии, третий сын Танкреда от первой жены. Графом он стал при обстоятельствах, которые невозможно назвать иначе как кровавыми. Десятого августа 1051 года его брат Дрого был убит в собственной часовне замка Монтилларо лангобардским заговорщиком по имени Ризо. Хэмфри взял власть, осадил замок, захватил убийцу и казнил его через расчленение и погребение заживо. Теперь, в 1053 году, Хэмфри возглавлял объединённое норманнское войско и лично командовал центром.
Третья — Роберт Отвиль, позже известный как Роберт Гвискар. Старофранцузское слово guiscard означает «хитрый» или «изворотливый», и он оправдал это прозвище. Шестой сын Танкреда, уже от второй жены Фрессенды, Роберт прибыл в Италию около 1047 года. Старшие братья не ждали его с распростёртыми объятьями. Дрого отправил Роберта в Калабрию, бедный, разорённый край, где тому приходилось выживать грабежом. Там Роберт и набрал свой первый отряд. К 1053 году ему подчинялись калабрийские норманны и так называемая славянская пехота — по всей вероятности, воины с балканского побережья Адриатики. В битве при Чивитате Роберт командовал левым флангом. Трижды его выбивали из седла, и трижды он поднимался и возвращался в бой.
Папа, который взялся за меч
Будущий папа Лев IX носил прежде имя Бруно фон Эгисхайм-Дагсбург. Епископом Рима он стал 12 февраля 1049 года, а до этого двадцать два года управлял епархией Туля в Лотарингии. Выходец из эльзасской знати, кузен императора Конрада II, он сочетал в одном лице церковного реформатора и человека, знакомого с военным делом. Ещё в 1026 году, будучи дьяконом, Бруно возглавлял тульский воинский контингент в итальянском походе императора. Он знал, что такое война.
Заняв папский престол, Лев IX немедленно взялся за искоренение симонии, то есть продажи церковных должностей, и за утверждение обязательного безбрачия духовенства. Он ездил по Италии, Германии и Франции, собирал синоды и приводил церковные дела в порядок. Однако в 1051 году жители Беневенто, которое считалось ленным владением папского престола, взмолились о защите от норманнских грабежей. Папа-реформатор повёл армию.
Норманны к тому времени удерживали два анклава, Аверсу и Апулию, и неуклонно расширяли свои земли. Они грабили монастыри, жгли виноградники, угоняли скот. Аббат Иоанн из Фекана, сам нормандец по рождению, писал папе, что ненависть итальянцев к норманнам столь сильна, что ни один нормандец не может безопасно путешествовать, даже если он всего лишь благочестивый паломник.
Зимой 1052 года Лев IX отправился в Германию просить войска у императора Генриха III. Император поначалу согласился, армия выступила, но советник, епископ Гебхард Айхштеттский, убедил Генриха отозвать её обратно, едва та пересекла Альпы. Взамен папа получил лишь семь сотен швабских пехотинцев, уроженцев говорящих по-немецки земель, входивших тогда в герцогство Швабия.
Зато на призыв папы откликнулись местные правители Южной Италии: герцог Гаэты, графы Аквино и Теано, архиепископ и граждане Амальфи, князь Беневенто Рудольф. К коалиции присоединился и византийский катапан Аргир, обещавший привести своё войско. Так против норманнов сложился союз трёх сил: папства, Империи ромеев, лангобардской знати, усиленный швабскими наёмниками.
Ночь перед битвой
В начале июня 1053 года папская армия собралась в Беневенто и двинулась на юго-восток, в сторону Апулии. Замысел был ясен: соединиться с византийцами Аргира в районе Сипонто и общими силами разбить норманнов.
Хэмфри Отвиль разгадал замысел противника. Норманны, обычно занятые взаимными распрями, на время забыли о них. Ричард Дренго привёл аверсских рыцарей, Роберт Гвискар — калабрийцев. Все собрались в Трое, норманнской крепости в Апулии, и двинулись навстречу папским силам.
Семнадцатого июня армии сошлись у реки Форторе, под стенами Чивитате. Их разделял невысокий холм. Папское войско заняло позицию, имея за спиной городские стены. Сам папа Лев IX, как лицо духовное и не имеющее права проливать кровь, находился внутри Чивитате. Его штандарт, знамя святого Петра, по-латыни vexillum sancti Petri, развевался над союзной армией.
Норманны страдали от голода. Стоял июнь, старый урожай подошёл к концу, новый ещё не созрел. По свидетельству хрониста Вильгельма из Апулии, сочувствовавшего норманнам, они «по примеру апостолов срывали колосья, растирали их в руках и ели зёрна». Кое-кто, вероятно, поджаривал их на огне. Нехватка продовольствия подгоняла: каждый лишний день ожидания приближал подход византийского отряда.
Хэмфри выслал парламентёров. Норманны предлагали мир: они готовы признать папу своим сюзереном и держать земли от его имени. В конце концов, они были христианами и сражаться с наместником Петра им не хотелось.
Швабы ответили насмешками. Послов окружили и осыпали оскорблениями. Когда норманнские рыцари узнали об этом, ярость пересилила расчёт. Мирный исход сделался невозможен. Хэмфри отдал приказ: утром атаковать.
Сражение
На рассвете 18 июня Хэмфри и его командиры с гребня холма осмотрели вражеское построение. Папская армия стояла двумя неравными частями. На правом фланге и в центре, вытянутые длинной тонкой линией, расположились семьсот швабов. Это были пехотинцы, вооружённые длинными обоюдоострыми мечами. По свидетельству хрониста, они рубились так, что рассекали человека надвое по вертикали. Конным строем швабы не владели, предпочитая спешиваться, но в пешем бою представляли собой особенно опасного противника. На левом фланге сгрудилась неорганизованная масса итальянских и лангобардских ополченцев, которую возглавлял князь Рудольф Беневентский. Собранные из разных краёв графы Абруццо, горожане Амальфи, гаэтанские дружины не имели ни единого строя, ни боевого опыта, сопоставимого с норманнским.
Хэмфри разделил норманнов на три отряда, примерно по тысяче всадников в каждом. Правое крыло занял Ричард Аверсский. Центр возглавил сам Хэмфри с пехотой и спешенными рыцарями. Левое крыло отошло Роберту Гвискару, приведшему калабрийскую конницу и славянскую пехоту; этот отряд стоял чуть позади, в резерве.
Первым ударил Ричард. Его рыцари обошли холм и обрушились на левый фланг папской армии. Хронист Вильгельм из Апулии написал об этом прямо: итальянцы «пренебрегли построением в правильную боевую линию» и тут же побежали. Конница Ричарда прошла сквозь них. Большинство бросилось врассыпную, а тех, кто пытался сопротивляться, изрубили. Увлёкшись преследованием, Ричард ушёл далеко в сторону папского лагеря, и его отряд временно пропал из виду.
В центре тем временем завязалась главная схватка. Хэмфри начал с обстрела: лучники осыпали швабов стрелами, швабы отвечали тем же. Затем последовала конная атака. Норманны столкнулись с тем, чего не ожидали: швабы не дрогнули. Они стояли стеной, отбиваясь длинными мечами. Некоторые отбрасывали щиты и брались за меч двумя руками. Норманнская кавалерия откатывалась и снова шла в атаку. Копья ломались, в дело шли мечи. Хронист оставил картину: «можно было видеть человеческие тела, рассечённые надвое, и коня с человеком, лежащих вместе мёртвыми».
Хэмфри терял людей. Швабы держались.
Роберт Гвискар, видя, что брат в опасности, повёл резервный отряд на холм. Он врезался в ряды швабов, стремясь ослабить давление на центр. Его трижды выбивали из седла, и трижды он поднимался и снова бросался в гущу. Роберт дрался с той же напористостью, которая позже позволила ему стать герцогом и господином юга Италии.
Исход решило возвращение Ричарда. Прекратив преследование бегущих итальянцев, аверсский граф развернул своих рыцарей и ударил швабам во фланг и тыл с третьей стороны. Зажатые между центром Хэмфри, резервом Гвискара и конницей Ричарда, швабы были обречены. Они не сдавались. По свидетельству хронистов, немцы предпочитали смерть отступлению и полегли все до единого. Из семисот швабских наёмников, составлявших ядро папской армии, не уцелел никто.
Жители Чивитате, наблюдавшие за разгромом с городских стен, выдали папу норманнам. Папские источники утверждают, что Лев IX сам вышел из города и сдался, чтобы избежать дальнейшего кровопролития. Норманнские источники излагают иначе: горожане попросту вытолкали его за ворота, увидев осадные башни и насыпи, которые норманны начали возводить вокруг Чивитате.
Пленный папа
Норманны встретили понтифика коленопреклонёнными. Они испрашивали прощения и заверяли в своей преданности. Хронист Амат из Монте-Кассино, создававший свою «Историю норманнов» между 1075 и 1080 годами, сообщает, что норманны «непрерывно доставляли ему хлеб, вино и всё необходимое». Папу с почестями препроводили в Беневенто.
Беневенто стало тюрьмой, пусть и обставленной с внешним почтением. Льву IX позволяли вести дела своего сана, но покинуть город он не мог. Норманны ждали, пока папа скрепит их завоевания официальным признанием. Переговоры тянулись девять месяцев.
К марту 1054 года Лев IX согласился на условия. Текст договора до наших дней не дошёл, но общий смысл историкам ясен. Папа признал два норманнских графства, Аверсу и Апулию, и обязался не вступать в союз с Византией. Двенадцатого марта 1054 года Льва IX освободили. Хэмфри Отвиль лично сопровождал бывшего пленника до Капуи, то есть так далеко на север, как только позволяли норманнские владения.
Через месяц с небольшим, 19 апреля 1054 года, Лев IX скончался в Риме на пятьдесят первом году жизни. В 1082 году папа Григорий VII, ещё в молодости начинавший карьеру в курии Льва IX под именем Гильдебранда, канонизирует его. Факт, способный удивить: понтифик, проигравший сражение и умерший после плена, причислен к лику святых, а победившие норманны сделались главными союзниками папского престола.
Как поражение папы создало норманнскую Италию
Победа при Чивитате принесла плоды, которых никто из участников не ожидал. Прежде всего норманны получили свободу действий. За короткий промежуток, с 1054 по 1056 год, ушли из жизни трое: папа Лев IX, византийский император Константин IX Мономах и германский император Генрих III. Италия осталась без внешнего надзора. Генриху наследовал малолетний Генрих IV, а Византия погрузилась в династическую борьбу.
Поворот случился в 1059 году. Новый папа Николай II искал вооружённой опоры. Реформаторское папство вело борьбу за независимость церковных выборов от германских императоров, и норманнская сила подходила для этого как ничто иное. В феврале 1059 года кардинал Гильдебранд лично прибыл в Капую к Ричарду Дренго с просьбой уничтожить антипапу Бенедикта X, выдвинутого старой римской аристократией. Отряд Ричарда взял крепость Галерию и пленил антипапу.
В августе того же года на синоде в Мельфи Николай II оформил новый союз. Роберт Гвискар, к тому моменту уже граф Апулии и преемник умершего в 1057 году Хэмфри, принёс папе вассальную присягу. За это он получил титул герцога Апулии, Калабрии и Сицилии. Формулировка инвеституры гласила: «Божьей милостью и святого Петра герцог Апулии и Калабрии и, если помогут они мне, будущий господин Сицилии». Титул распространялся на земли, которые ещё предстояло отвоевать у Византии и у мусульманских эмиров. Ричард Дренго со своей стороны получил подтверждение титула князя Капуи. Оба правителя за один день перешли из разряда удачливых предводителей в разряд законных государей, вассалов святого престола.
Дальнейшее продвижение норманнов пошло сразу в двух направлениях. Роберт Гвискар завершил подчинение византийской Калабрии, взяв Реджо в 1060 году. Затем он и его младший брат Рожер пересекли Мессинский пролив и в мае 1061 года заняли Мессину. Началась тридцатилетняя сицилийская кампания. С 1068 по 1071 год Роберт осаждал Бари, последний византийский оплот в Апулии, крупный порт на Адриатике. Трёхлетняя осада с морской блокадой и осадными машинами завершилась 16 апреля 1071 года падением города. Власть Византии в Италии, длившаяся со времён императора Юстиниана почти пять столетий, прекратилась. В 1071–1072 годах братья взяли Палермо, один из известнейших торговых и культурных центров тогдашнего мусульманского мира. Британский историк Джон Джулиус Норвич сравнивал его по великолепию с Кордовой.
Ричард Дренго тем временем расширял владения на север. В 1058 году он занял Капую и объявил себя князем, в 1064 году присоединил Гаэту. Дважды, в 1059 и 1061 годах, он приводил свои отряды к Риму, поддерживая реформаторских пап в борьбе с антипапами.
За следующие полвека четверо понтификов — Николай II, Александр II, Григорий VII и Виктор III — опирались на норманнскую силу в противостоянии с германскими императорами и римской оппозицией. Норманны, в свою очередь, руками пап закрепляли за собой завоёванные земли. На Рождество 1130 года Рожер II, сын Рожера I и племянник Роберта Гвискара, объединил норманнские владения в Королевство Сицилия. Это государство просуществовало вплоть до эпохи Рисорджименто в XIX веке.
Случайность или неизбежность
Битву при Чивитате иногда сравнивают с Гастингсом, но различие между ними существенно. Гастингс в 1066 году занял один день и подчинил Англию одному герцогу, тогда как норманнское завоевание юга Италии растянулось на десятилетия и велось множеством независимых капитанов. Однако в обоих случаях потомки викингов, усвоившие французский язык и феодальные порядки, за два-три поколения превратились из безземельных наёмников в королей.
Чивитате вошла в историю не масштабом: три с половиной тысячи человек против шести тысяч трудно назвать крупным сражением даже по меркам XI века. Она вошла в историю результатом. Папа проиграл битву, но добился долговременного политического выигрыша. Норманны выиграли битву, но добровольно стали вассалами проигравшего. Из военного поражения понтифика вырос союз, определивший судьбу Италии и папства на столетия вперёд.