Дарья Десса. Роман "Африканский корпус"
Глава 192
– У вас есть большая кухня, со всем оборудованием, – Усман Аг Абдула говорил спокойно, как о чём-то само собой разумеющемся, словно объяснял очевидную вещь. – Мы планировали этот центр как транзитный для автотрассы, которая тянется от Гао до алжирской границы через три города. Ещё пять лет назад это был очень хорошо загруженный участок, по которому двигалось много грузовых и легковых автомобилей. Поскольку наш город находится примерно на середине пути, то многие останавливались здесь, отдохнуть, пополнить запасы топлива, вкусно покушать, переночевать и отправиться дальше. Учитывая это, мы планировали укрепить сферу услуг, что автоматически помогло бы создать для горожан новые рабочие места, – мэр вздохнул, развёл руками. – Но пока вот не получилось. Думаю, что пройдёт время, и всё вернётся. Надо жить, работать, торговать.
Информация, которую сообщил Усман Аг Абдула, очень порадовала Ковалёва. Со слов мэра выходило, что всё это время новая база находилась рядом с кухней, пока ещё не установленной, но уже обеспеченной необходимым оборудованием. А им же столько пришлось мучиться, создавая столовую в том же торговом центре! Не говоря уже о походных кухнях, которые с момента возвращения работали на износ.
Митрофан Петрович поблагодарил мэра за информацию. Но говорить, насколько база заинтересована в этой кухне, не стал. Просто сделал вид, что принял к сведению, не более того. Он прекрасно понимал, что если обрадоваться, то Усман Аг Абдула наверняка потребует очень больших денег. Ну или что-нибудь взамен от военных вплоть до оружия и боеприпасов для самообороны. Или, может быть, топливо для генераторов. Ковалёв не считал себя человеком жадным, скорее рачительным хозяйственником. Поэтому решил пока подумать.
Они распрощались, обменялись номерами спутниковых телефонов (такой аппарат у мэра появился недавно благодаря Фонду, который представляла Лера). Пока никаких конкретных договорённостей между ними не было. Командир М’Гона не мог действовать без указания из столицы, будучи всего лишь подчинённым военнослужащим. В таком же положении находился и сам Ковалёв. Единственный человек, который мог контактировать с мэром и обсуждать бизнес-проекты и социальные вопросы, была Лера.
Но прежде чем она могла бы начать контактировать с мэром, требовалось разрешение командования АК, – в данном случае речь шла уже не просто о приватных разговорах, а о внешнеполитическом взаимодействии. На это требовалось разрешение. Одно дело переговорить о поддержании общественного порядка, и совсем другое – об участии российского бизнеса в местных делах. Это всё не просто разговоры, тут нужен подход серьёзный.
Откладывать в дальний ящик всё это не стали. После возвращения в ТЦ Ковалёв вместе с Лерой прошли в кафе, где кроме них никого не было. Митрофан Петрович попросил своего ординарца сделать так, чтобы их никто не тревожил, сказал: «Буду говорить с начальством». Довольно быстро ему удалось связаться по с самим командующим АК Баматгиреем Кодзоевым.
Ковалёв доложил ему о текущей обстановке, о том, как база готовится к прибытию конвоя. Затем сообщил о контактах с местным гражданским руководством и о том, что на базе есть представитель Фонда, созданного крупным Санкт-Петербургским бизнесменом Николаем Артамоновым. Точнее, его дочь Валерия Николаевна. Она прибыла сюда с гуманитарной миссией.
– Да, я об этом знаю, – ответил Кодзоев. – Хорошее дело, нужное и правильное. Так что вы от меня хотите, Митрофан Петрович?
– Нам нужно ваше разрешение на установление деловых контактов Фонда с местным мэром.
– Хорошо, пусть контактируют. Под вашим присмотром. Ни одни переговоры не должны проходить без вашего непосредственного участия. Это моя принципиальная позиция, как поняли?
– Принял, товарищ генерал армии!
– Хорошо, Митрофан Петрович. Удачи вам. Готовьтесь к прибытию конвоя. Всего доброго.
Кодзоев отключился, и Ковалёв с улыбкой посмотрел на сидящую рядом Леру.
– Вот видите, как замечательно получилось? Завтра сможем съездить к мэру и поговорить насчёт новой кухни.
Поездку пришлось отложить до завтра. Но едва часы показали 9:00 утра, как Лера первая выскочила из здания ТЦ и стала прохаживаться туда-сюда в ожидании, когда прибудет Ковалёв на своём «Тигре». После они вместе поехали. Во время пути девушка задала командиру базы прямой вопрос:
– Скажите, во сколько вы оцениваете новую кухню? Спрошу иначе, что вы готовы за неё предложить мэру? И чего вы предлагать не станете ни при каких условиях?
– Оружие и боеприпасы однозначно нет, – сказал Ковалёв. – Воду мы им и так провели. Медицинское обслуживание наладили. Притом совершенно бесплатно. Безопасность обеспечили. Тянуть электрические сети смысла не вижу: у них есть собственные генераторы.
– То есть топливо, верно? Или всё-таки продукты?
– Лучше топливо. Его у нас много, а продукты, сами знаете, Валерия Николаевна, имеют свойство довольно быстро заканчиваться.
– Хорошо, какой объём?
Ковалёв назвал тот максимум, на который он мог согласиться. Лера кивнула головой, запоминая.
Усман Аг Абдула довольно сильно удивился, что русские так часто принялись с ним контактировать. Митрофану Петровичу, когда они уселись в простеньком кабинете мэра, подумалось, что сейчас начнётся долгий, утомительный торг. Градоначальник будет клянчить то одно, то другое в обмен на новую кухню.
Но всё оказалось намного прозаичнее. Лера сказала, что они прямо сегодня готовы обменять новую кухню на такой-то объём бензина.
– Вам он необходим для генераторов, а нам нужно кормить своих бойцов и командиров. А также тех гражданских докторов, которые в настоящее время бесплатно, подчёркиваю, господин мэр, абсолютно бесплатно, включая медикаменты, обслуживают ваших горожан, – подчеркнула Артамонова.
Усман Аг Абдула оказался человеком сообразительным. Он совершенно правильно рассудил, что в данном случае лучше не торговаться. В самом деле: русские врачи, помогая его землякам, на самом деле, в том числе льют воду на его мельницу, как на лицо, замещающее выборную должность. Когда настанет день следующих выборов, он сможет прямо сказать: «Вы же видели, как я постарался и договорился с русскими, чтобы они лечили вас бесплатно».
Вскоре Ковалёв и Лера попрощались с мэром, обещав прислать транспорт и нескольких бойцов для того, чтобы всё перегрузить. На перевозку всего оборудования кухни от того места, где оно хранилось под слоем пыли и песка, и до двора ТЦ понадобилось около двух часов.
Реакцию шеф-повара, когда он узнал, что эта гора коробок и ящиков, которую только что выгрузили во дворе, хранит в себе новую кухню, рассчитанную на обслуживание ежедневно около ста человек, можно описать как щенячий восторг. Было невероятно забавно смотреть, как он вприпрыжку скачет между всем этим богатством, хлопая в ладоши и вознося молитвы небесам за то, что услышали его молитвы.
Чего там только не было! Пищеварочные котлы и две электрические плиты, жарочный шкаф, здоровенный двухкамерный холодильник, картофелечистка, овощерезка, ленточная пила, планетарный миксер, тестомес, целых три электромясорубки, моечная ванна, два разделочных стола и даже мусорные баки из нержавеющей стали.
Когда волна его восторга схлынула, шеф-повар поспешил позвать всех своих помощниц. Включая тех трёх медсестёр, которые занимались у доктора Харитонова. Николай, конечно, поворчал на шефа, но отказывать ему не стал. Трудно говорить «нет» человеку, который тебя кормит три раза в день.
Все шестеро африканок помощниц откровенно обрадовались тому, что им теперь придётся много возиться на кухне. Не то чтобы они устали от медицинского образования. Просто хотелось какого-то разнообразия, а не целыми днями слушать лекции от докторов Харитонова, Ардатова, Бурова, Новиковой и прочих. К тому же возник вопрос о получении ими новых знаний, на этот раз кулинарного свойства. Шеф понял, что в одиночку ему такой объём работы не осилить, и поэтому выбрал трёх, на его взгляд, наиболее сообразительных девушек: Зизи, Жаклин и Аминату, сходу назначив их своими сушефами, то есть заместителями по кухне.
– Учтите, барышни! – пригрозил он им своим толстым пальцем (правда, не был уверен в том, что Хадиджа правильно переведёт слово «барышни», но это уже дело четвёртое). – У врачей есть главный принцип: не навреди. У нас работников общественного питания, принцип точно такой же. Поэтому гигиена прежде всего. Замечу у кого-нибудь грязь под ногтями или неопрятную одежду, отсутствие платков на голове – выброшу отсюда. Я очень серьёзно.
Вопрос с готовкой решился сам собой, и теперь никто не переживал о том, как накормить прибывающих бойцов. Спать им тоже было где – Лера подготовила тридцать мест, и ещё двадцать были в резерве. Как-то всё рассосалось, будто само собой, хотя за этим «само собой» стояли часы работы и люди, которые не спали ночами, чтобы всё успеть.
Рафаэль не трогал Леру. Она решила сегодня просто отдохнуть перед завтрашним днём, и он понимал, что ей нужен покой – и физический, и эмоциональный. Испанец не мешал ей, только заглянул несколько раз, убедиться, что спит. Но вот с Надей прошёл обстоятельный разговор – они встретились в коридоре, когда Шитова выходила из душа, и Рафаэль остановил её, попросив уделить ему несколько минут. Он напомнил, что они не закончили свою работу по вакцинации местных детишек.
– Рафаэль, если в конвое идёт вакцина, которую мы должны сделать здесь, мы это выполним. Что касается окрестных населённых пунктов, то ты сам понимаешь. Пока говорить об этом слишком рано, обстановка там непонятная. А вообще, испанец, если честно, то я уже от безделья с ума схожу.
– Я тоже, Надя, – вздохнул Креспо. – Ну ладно, гражданские на приёме – им практика нужна. А мне-то что делать? Хочется уже руки чем-нибудь занять. Впору к шеф-повару в помощники напроситься, картошку чистить.
– Поверь, это всё-таки лучше, чем бесконечный поток раненых, – Надя посмотрела на него серьёзно. – Так что лучше пусть мы с тобой пока останемся без работы.
– С этим не поспоришь, – заметил испанец.
Шитова помолчала, потом спросила:
– Кстати, ты помнишь про тот рудник, ну, где мы костыли пытались сделать?
– Моххамад, по-моему, старший? – Рафаэль прищурился, вспоминая. – А ещё у него был заместитель Алиер.
– Интересно, как у них дела? Надо Ковалёву рассказать. Может, им помощь нужна? Они вроде бы тут недалеко находились.
– По местным меркам недалеко, это может быть и пятьсот километров. Ладно, Надя, давай лучше встретим конвой, разгрузим, отправим обратно, а потом уже подумаем над тем, как бы нам отправиться на тот рудник.
– Но планировать надо заранее, – заметила Надя. – Чтобы не получилось, как всегда – когда уже горит, тогда и бежим.
К ним вышла ещё сонная Лера – волосы растрёпаны, глаза слипаются, но на лице уже улыбка. Она подошла, прижалась к плечу Шитовой, как котёнок.
– Привет, Надя!
– Привет, соня! – эпидемиолог обняла её, словно старшая сестра.
– Выспалась, что ли?
– Да, выспалась. – Лера зевнула, прикрывая рот ладонью. – Есть ужасно хочется.
– Наш шеф всегда тебя накормит. Он после того, как узнал, как тебе удалось у мэра целую кухню заполучить, кажется, начал обожествлять немного. Пошли, сходим.
Рафаэль занёс разговор о руднике – том самом, ребята с которого тогда их встретили и попросили аптечку, – в блокнот. Он уже давно, после приезда из Тиметрина, вёл записи. Тогда его попросила Лера всё отмечать, и с тех пор он взял за правило фиксировать на бумаге все планы, касающиеся Леры – её идеи, предложения, пожелания и просьбы. С тех пор блокнот был всегда при нём, и он часто перечитывал записи, чтобы ничего не упустить. Сегодня добавил новую строчку: «Рудник – связаться с Моххамадом». И закрыл блокнот, убирая его во внутренний карман.
Надеяться на смартфон испанец считал неправильным. Равно как и на любой другой электронный гаджет. В этой жаре любая техника довольно быстро выходила из строя, если не была специально разработана для таких условий. И что ты будешь делать, если твоя электронная игрушка разрядится в самый неподходящий момент? Блокнот – совсем другое дело. Да, с ним не обеспечишь безопасности, его любой может прочитать. Значит, надо делать так, чтобы он не достался чужому человеку. Зато какое преимущество: в любой момент взял, прочитал, вычеркнул, дополнил. И не надо думать об уровне зарядки равно как и о том, где бы подпитать.
«Проработаю здесь ещё год и буду мечтать о холодном пиве, мягком кресле и телевизоре с сотней телеканалов», – шутливо подумал про себя испанец. Потом он вдруг вспомнил, что прямо сейчас происходит чемпионат мира по футболу, а он так и не увидел ни одного матча. «Боже, до чего я докатился?» – расстроился Рафаэль. Ему вдруг невыносимо захотелось узнать, участвует ли сборная его исторической родины в мундиале. «Ну, как это сделать?» – подумал он и вспомнил про Бога проводов. Даже инстинктивно сделал несколько шагов к его электронному логову. Но потом остановился. «Результаты-то я, может, и узнаю, а вот сами матчи посмотреть всё равно не получится. Нет, лучше сделаю это как-нибудь потом. Только бы никто не рассказал, чем на самом деле всё кончилось. Ненавижу спойлеры», – решил Креспо.