Буду вам сегодня показывать прелесть, что такое! Бумажная кукла приплыла мне в руки по случаю - рылась в букинистике, искала старые книжки по домоводству, и среди них оказался пакетик, а в пакетике - картонный конверт, а уж в конверте - очаровательная кукла, нарисованная в узнаваемой стилистике 60-х.
Что-то последнее время у меня засилье советской Прибалтики, но уж что само идёт в руки! А я уже из своих рук показываю вам.
Выпущена кукла была в 1965 году Таллинской Бумажной Фабрикой Министерства лесной, деревообрабатывающей, целлюлозно-бумажной промышленности ЭССР. Стоила эта игрушка тридцать копеек. Сейчас эта кукла - раритет, и оказывается, за ней коллекционеры охотятся...
Кукла и её наряды были когда-то не отдельных листочках, они были пронумерованы. Прилагался и список земель, откуда эти наряды происходят. У меня такого не осталось - искала в интернете.
Вот и сама куколка в нижней сорочке - бери и одевай!
И вот я сидела и увлечённо разбирала наряды... К ним полагалось шесть головных уборов, но сохранились лишь четыре. Что меня подкупало - ощущение безусловной подлинности костюма. Я не специалист по народной одежде, я ничего не понимаю в эстонском фольклоре, но какая-то общая насмотренность подсказывала - да, это оно. И даже если стилизация - то достаточно бережная.
И вот грызла меня мысль, что рисунки мне что-то напоминают по стилистике! Что-то такое "типично из 60-х"... И тут до меня доходит, что вот эта энергичная линия контура, манера класть тень, подчёркивать изгиб губ - это же я точно видела в журнале мод! И не эстонском Siluett - в журнале Ленинградского дома моделей одежды за 1966 год!
Вот кукла в наряде острова Муху:
А вот рисунки в журнале мод - одна рука!
И я с уверенностью в 99,9% говорю, что автор, создавший куклу с набором чудесных национальных костюмов - Мелание Каарма (1923 - 2009гг)!
В 60-х годах эстонские художницы были востребованы при издании журнала ЛДМО. Они имели узнаваемый стиль, создавали рисунки динамичные и невероятно привлекательные.
Ну, и я полезла искать что-то о художнице (бесчисленные вкладки по эстонскому костюму были тут же забыты). А Мелание Каарма была интереснейшим человеком - вся её история о том, как человеку повезло оказаться на своем месте и прожить жизнь так, как вело сердце...
Родилась и росла Мелание на маленьком хуторе, в семье кроме неё было ещё пятеро детей. (Тогда её фамилия была Лыхмус, Каарма она стала позже, когда вышла замуж). Девочка хотела учиться, но денег для взноса в гимназию просто не было. Три года Мелание работала и копила деньги, чтобы поступить в Валгаскую женскую школу. Поступить смогла только в 1940 году - ей было уже 17 лет.
Когда пришла новая власть, Мелание сердцем потянуллсь за ней - подкупило то, что двери в образование теперь открыты для бедняков. Ей ли не помнить, как она шла к мечте о том, чтобы учиться!
Но начинается война, Валга - местность, где все на виду, и открытая поддержка советской власти местными очень неодобряется. Смотрят косо, ходят шепотки - опасно!
Из школы пришлось уйти. По совету учительницы рисования Мелание решилась поехать в Таллинн, чтобы поступить в Государственное училище прикладного искусства.
Поступает девушка наудачу - в интервью 80-х годов Мелание говорит, что была "как лист белой бумаги". Все поступавшие были сильные, знающие, владевшие техникой рисунка. Куда за ними угнаться девочке из провинции! Но экзаменаторы что-то разглядели в работах девушки с хутора - и она оказалась в числе тех семи счастливцев из двадцати поступавших, что были приняты.
Мелание Якубовна с благодарностью вспоминала, как требовательно и внимательно преподаватели вели их в профессию, как директор В. Меллик терпеть не мог гипсовые головы, и требовал, чтобы ученики старались рисовать живых людей, в движении, в разных позах. Это была хорошая школа!
Бомбежки Таллинна сначала немецкими люфтваффе, а затем советской авиацией учёбе не способствовали. Второй курс прервался на половине. Учебу удалось возобновить лишь после войны. Училище уже стало институтом. К сожалению, время учёбы Мелание Якубовны я так и не смогла установить - но в интервью она говорит, что в 1950-х было непросто - бдительные товарищи следили, чтобы где-нибудь в узорах не оказался крест или, того хуже, свастика... Но мы же с вами знаем, что этот древний мотив был распространен в Прибалтике задолго до Второй мировой.
А на гипсовые статуи прикрутили фиговые листочки...
Костюм как целостный образ, костюм, как национальное наследие стал страстью Мелание - в 1948 году она поступает на работу в старейший в Эстонии театр "Ванемуйне" в Тарту - первый театр, где играли на эстонском. Работала она там по специальности - в институте, видимо, была достаточно широкая программа - на отделение моды можно было учиться и театральному костюму. Но проработала там художница всего год - вышла замуж и вернулась снова в Таллинн.
Кстати, её дети - Юри Каарма (1950 - 2011гг) и Мари Каарма (родилась в 1951 г) тоже стали художниками, и Мари продолжила дело матери - в 1990-х вышла серия марок с эстонским национальным костюмом её работы.
В Таллинне Мелание поступила на работу в текстильное ателье художественного комбината - ещё во время учёбы успела поработать там на практике, рисовала для ателье эскизы.
После войны в СССР начинает выходить журнал "Советская женщина" - издавался он и на эстонском и имел свою республиканскую специфику - и для него Мелание тоже рисует. Именно там появилась идея выпускать эстонский журнал мод.
В 1957 году вся страна готовилась к проведению Всемирного фестиваля молодёжи и студентов. В Таллинне решили выпустить журнал мод, чтобы заработать денег на проведение фестиваля. Журналы тогда были рисованными, и Мелание сделала рисунки на целый номер! (Вот бы заполучить его!). Журнал моментально разошёлся!
Работоспособность Мелание Якубовны была невероятная - в эти годы она участвует в московском конкурсе рисунков моды - и неизменно получает призовые места. Вскоре появились предложения о сотрудничестве - самым приятным Мелание Каарма считала совместное творчество с Ленинградским домом моделей одежды. Их с Лейдой Клаус, Карин Сийм-Юзе, Велли Алас приглашали на специально организованные показы, и художницы зарисовывали модели. "Ну и пришлось же тогда поездить!" - вспоминала Мелание Якубовна.
А потом "Ныукогуде найме" ("Советская женщина") стал публиковать рисунки эстонского национального костюма...
Мелание пропадала в этнографическом музее, разбиралась с материалами, кроем, узорами. Оказалось, нет ни одного специалиста по прибалтийско-финской культуре и костюму! Даже в Финляндии их единицы. Выяснилось, что карелы, чудь, ижорцы - на грани исчезновения со всем культурным своеобразием. И Мелание Якубовна плотно погружается в изучение костюма. В музее она снимала выкройки, отшивала костюмы сама - чтобы было ясно, как всё сидит на фигуре. Эта работа требовала не фантазии - а скрупулёзной точности.
В 80-е годы молитвой звучат её слова:
"Хочу, чтобы у меня было достаточно времени для углублённого изучения. Конечно, поездки и всё прочее требуют расходов. Но как я заметила, недостаток денег несчастной меня не делает. Успеть бы только. И выдержали бы глаза. Работаю с лупой, так как всё должно быть точным. [...] Мне ещё так много нужно успеть сделать".
Книга вышла в 1981 году, но Мелание Якубовна считала, что этого недостаточно, надо изучить костюм точнее, детальнее, не упустить и не потерять...
И невероятно трогательно смотреть на эту куклу, зная историю его создательницы - художницы, влюблённой в народный костюм.
Ну, понравилась ли вам кукла? Хороша ли?
А я вот пытаюсь вспомнить - были ли у нас куклы в национальном костюме? Нарисованные всерьёз, чтобы было видно - вот Рязань, вот Вятка, тут Архангельск, Новгород, Тверь? Без вот этих условных сарафанов-кокошников?
Не могу вспомнить. А вы?
А пока посмотрите на журнал с иллюстрациями Мелание Якубовны Каарма - это просто праздник для взора!
Искренне ваша, Умная Эльза
P.S. Статья написана на основе интервью "Кофе с Мелание Каарма", взятом у художницы Эль-Маая Рандкюла, опубликованном в каком-то модном журнале - то ли в "Силуэте", то ли в ленинградском журнале мод. К сожалению, отыскала только скрин.