Дорогие друзья! Я вернулась из недельного молчания, надеюсь, с новыми силами. И если что-то пойдет не так, не обессудьте - я буду стараться
Впервые Катюша заметила, что с мужем творится неладное сразу после новогодних праздников, аккурат по возвращению в разбухшую от сугробов и людей Москву. До конца каникул оставалось еще несколько дней, и Катюша придумала пригласить своих родственников, чтобы тихо, по-семейному отметить в их загородном доме Рождество Христово. Чтобы меню по дореволюционным рецептам, чтобы ёлка под самый потолок с раритетными ватными игрушками, и свечи чтобы потрескивали в ответ на уютный жар камина, создавая идеальную мелодию счастья, которую Катюша видела в детстве на картинках в старых книгах, но реализовать могла только теперь, спустя полвека благодаря разумному выбору мужа, который сделала вопреки советам матери и снисходительным взглядам подруг.
Да, Игорь не красавец, зато смог обеспечить ее и детей надёжно, без сюрпризов. Да, в их семейной жизни не было фейерверков (как и особой любви с Катюшиной стороны), но фейерверки только в по праздникам и хороши. Разве нет?
Пару лет назад Катюша чуть было не попалась на удочку, которую кто-то называет ностальгией, а кто-то кризисом среднего возраста: начала в социальных сетях общаться с бывшим. Сильно бывшим. С тем, за кого советовала выйти замуж мама. С тем, на кого с восхищением смотрели подруги.
Сначала, они просто общались, а потом Катюша неожиданно согласилась на личную встречу. Такой авантюры она от себя в сорок семь не ожидала – наврала мужу, что едет с подругой в Турцию, а сама к бывшему в Прагу укатила на целую неделю.
Думала, увидит его – постаревшего, поседевшего и убедится – никакой ошибки она не совершила, с правильным человеком жизнь прожила.
Вот только – внезапно. Бывший с возрастом настоялся, шик приобрёл, стиль, а юношеская широта души при нем осталась. И мурашки на коже, и электричество – все, как в юности.
Шесть дней сходила Катюша с ума, а на седьмой, не прощаясь, сбежала в аэропорт. Домой, к мужу, которого сама взрастила. К истории, которую сама написала.
Правильный она все-таки выбор сделала. Не богемные тусовки, бесконечные вернисажи и вечеринки, а ёлка до потолка, камин и стол, для которого будет готовить лучший специалист по дореволюционной кухне в Москве.
И вот спустя три года Катюша сидела во главе длинного стола, уставленного изысканно украшенными яствами, смотрела на родственников, в чьих глазах отражался блеск множества свечей, и рты не закрывались от слов восхищения, но чувствовала не торжествующее спокойствие, а тревогу и злость. Игорь так и не вышел к столу, хотя она несколько раз посылала за ним горничную.
-Игорь Николаевич все еще говорит по телефону, - виновато шептала девушка, низко наклоняясь к хозяйке.
С кем? Родных и друзей у мужа нет. Значит?
Неужели любовница?
Гостей в тот день Катюша спровадила до фейерверка, который, впрочем, тоже отменила. Игорь вниз так и не спустился, объяснений внятных не дал.
Несколько месяцев после неудавшейся рождественской вечеринки Катюша играла в мудрую жену, но потом не выдержала – Игорь стал совсем не похож на привычного ручного мужа, которым она вертела, как хотела.
Плюнула Катюша на свою гордость и заявилась к мужу в офис без предупреждения. Прорвалась мимо секретарши, а в кабинете никого, и если бы не ошеломленное лицо мужниной помощницы, то и впрямь бы решила, что супруга на месте нет.
Но та испугалась чего-то, заблеяла.
-Я никуда не отлучалась, честное слово. Он тут был, никого впускать не велел. Я ничего не понимаю.
И тут вдруг стена с книжным шкафом поехала бесшумно в сторону, как дверцы лифта…