Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Ольга Брюс

Инна озлобилась. На распутье

Лида на всех парах поспешила к дому, ожидая увидеть там Пашу, но, подойдя к калитке, расстроилась. — Здравствуйте! – крикнула она, заходя во двор и видя, что это совсем незнакомый мужчина. Мужчина обернулся. Лида всмотрелась в его лицо, пытаясь вспомнить, где она могла его видеть раньше. Тот подошёл, встал перед ней и протянул записку. — Это от Павла, — сказал он, не поздоровавшись, и кивнул, собираясь уходить. — Подождите, — суетливо проговорила Лида, — вы его видели? Как он? Почему не пишет? — Я с ним сидел, — незнакомец, пряча взгляд, говорил сбивчиво, — только вышел. Бывайте. — А вы к нему сможете съездить? Вас пустят? Меня почему-то не пускают, — расстроилась Лида, прижимая сложенный вчетверо листок бумаги к груди. — Я ему сейчас передачку соберу… — Не надо, — мужчина отошел к калитке, — он тоже освободился. Досрочно. Не ищите его. Он не вернётся. — Как же так… — слёзы хлынули градом. — А как вас зовут? — Митяй! — откликнулся мужчина, не оборачиваясь. Лида села на ступенях крыл
Оглавление

Рассказ "На распутье"

Глава 1

Глава 57

Лида на всех парах поспешила к дому, ожидая увидеть там Пашу, но, подойдя к калитке, расстроилась.

— Здравствуйте! – крикнула она, заходя во двор и видя, что это совсем незнакомый мужчина.

Мужчина обернулся. Лида всмотрелась в его лицо, пытаясь вспомнить, где она могла его видеть раньше. Тот подошёл, встал перед ней и протянул записку.

— Это от Павла, — сказал он, не поздоровавшись, и кивнул, собираясь уходить.

— Подождите, — суетливо проговорила Лида, — вы его видели? Как он? Почему не пишет?

— Я с ним сидел, — незнакомец, пряча взгляд, говорил сбивчиво, — только вышел. Бывайте.

— А вы к нему сможете съездить? Вас пустят? Меня почему-то не пускают, — расстроилась Лида, прижимая сложенный вчетверо листок бумаги к груди. — Я ему сейчас передачку соберу…

— Не надо, — мужчина отошел к калитке, — он тоже освободился. Досрочно. Не ищите его. Он не вернётся.

— Как же так… — слёзы хлынули градом. — А как вас зовут?

— Митяй! — откликнулся мужчина, не оборачиваясь.

Лида села на ступенях крыльца, раскрыла записку и начала читать. Слёзы полились с новой силой. Плечи задрожали, губы поджались, Лида не могла поверить в то, что было написано на этом коротком обрывке листа...

***

Катя шла под руку с Семёном, братом Ирины, и была счастлива, потому что мужчина сделал ей предложение буквально полчаса назад. Они встречаются уже почти полтора года, и Катя не верила, что он позовёт её замуж. С первого взгляда ей понравился Семён, когда она увидела его во дворе дома Леонида. Удивительное дело, как только увидела, сразу ощутила странное чувство в животе, и сердце забилось в унисон начинающемуся дождю. Семён развернулся, чтобы зайти в дом, но притягивающий взгляд незнакомки заставил его подбежать к ней:

— Промокнешь! — рассмеялся он, распахивая калитку и схватив Катю за руку. — Быстрей!

Он завёл её в сени, стряхнул с промокшей чёлки свисающие дождевые капли и представился:

— Семён, брат Ирины.

— К… Катя, — выдохнула девушка, не сводя с его бездонных карих глаз застывшего взгляда.

Так и завязалось их первое знакомство. С тех пор прошло полтора года. Семён приехал в Лапино уже в пятый раз, чтобы увидеть свою ненаглядную Катюшу. Они переписывались, созванивались и теперь Семён окончательно решил забрать Катю туда, где из окна его дома видно море, пляж и оранжевые закаты.

— С мамой тебя познакомлю, — говорил он, обняв Катю за плечо. — Ты ей понравишься, я уверен.

Катя немного смутилась, вспомнив тётю Веру, мать Леонида. Ей представилось, что у Семёна точно такая же мать, строгая и эгоистичная.

— Будем жить в одном доме. Он у нас большой, просторный…

Катя слушала и сомневалась, стоит ли жить вместе со свекровью? Чем дальше, тем лучше – таково было её мнение после неудачного совместного проживания с Верой Ивановной.

— Ирина пока отказывается от поездки из-за малыша. Но ничего, Мишутка подрастёт, и они к нам приедут всем семейством.

***

Инна несла на руках Люсю, которая выпала из карусели на территории детского садика, и материла воспитателей на чём свет стоял. Она была зла на молодую девушку за то, что та плохо присматривает за детьми, а вторая, старуха, не может сладить с ними.

— Чтоб у вас всё поотваливалось, — рычала Инна, слушая, как Люся кричит над ухом. Зла не хватает на этих клуш, которые только зад отращивают, сидя в тёплом месте. — Да не ори ты, — заворчала на внучку Инна, сворачивая в проулок. — Была б жива твоя беспутная мамка, я б не носилась сейчас между садом и работой, пропадите вы все пропадом.

Зоя умерла полтора года назад. Не послушав мать, она всё же решилась на подпольный аборт. И, найдя какого-то врача, избавилась от нежелательной беременности. Вернувшись домой, Зойка слегла с высокой температурой, ночью она начала бредить, а утром скоропостижно угасла.

— Сепсис, — констатировал врач, когда Инна вызвала «скорую», да было уже поздно.

Инна вошла в дом, усадила плачущую девочку на стул и сунула ей в руки конфету.

— Вона, какая шишка, — ещё раз осмотрела голову ребёнка. — Чтоб им так свои бо́шки поразбивать.

Инна вскипятила чайник, приготовила внучке чаю, а сама прилегла отдохнуть. Закрыв глаза, женщина моментально вздремнула. Но не прошло и десяти минут, как в кухне раздался дикий вопль. Инна, вскочив на ноги, кинулась туда. Люся сидела на полу, рядом валялись чайник с крышкой, а под ногами девочки растекалась лужа, от которой поднимались прозрачные клубы пара.