Не просто тревога: почему ГТР точнее называть расстройством патологического беспокойства

Многие исследователи, которые занимаются генерализованным тревожным расстройством, считают, что само это название не очень точно передаёт суть состояния. Когда обсуждались новые диагностические критерии ГТР, часть экспертов предлагала другой вариант: расстройство патологического беспокойства. И в этом есть смысл.

Дело в том, что в английском языке рядом существуют два близких, но не тождественных понятия: anxiety и worry. Первое ближе к тревоге как общему эмоциональному состоянию, второе — к беспокойству, то есть к бесконечному внутреннему прокручиванию мыслей о возможных неприятностях. И именно этот когнитивный компонент, лучше всего отражает суть ГТР. Здесь человек не просто тревожится. Он почти непрерывно думает, предвидит, прокручивает, опасается, проверяет в голове разные сценарии. Это не разовая реакция, а хронический способ мысленно жить в режиме ожидания проблем.

При этом важно понимать: беспокойство само по себе не является чем-то патологическим. Оно вообще свойственно всем людям. Более того, многие даже считают, что чем человек интеллектуальнее, чем лучше умеет прогнозировать последствия, тем больше он склонен беспокоиться о разных сторонах жизни. В этом есть своя логика. Беспокойство — адаптивная реакция. Оно помогает заранее заметить угрозу, подготовиться к ней, снизить риски, а иногда и вовсе избежать неприятностей. В разумных пределах оно действительно может спасать жизнь или, по крайней мере, улучшать её качество.

Проблема начинается там, где этот механизм перестаёт работать на человека и начинает работать против него. Тогда беспокойство уже не помогает планировать, а изматывает. Оно не приводит к более точным решениям, а забирает часы, силы и внимание. Человек всё время занят внутренним «а вдруг», но не становится от этого спокойнее или защищённее.

Разница здесь принципиальная.

Отличие дезадаптивной тревоги от адаптивной

• Адаптивная тревога — это реакция, которая помогает нам планировать и подготовиться к возможным угрозам.
• Дезадаптивная тревога — когда тревога и беспокойство по поводу множества различных аспектов жизни становятся хроническими, чрезмерными, необоснованными.

Именно второй вариант мы и видим при ГТР. Это не тревога по поводу реальной чрезвычайной ситуации, не страх перед объективной катастрофой, которая уже происходит. Наоборот: практически 100% пациентов с ГТР беспокоятся не о кризисах, а о повседневных мелочах. Их мысли заняты не тем, что вот прямо сейчас случилась беда, а тем, что теоретически может произойти что-то плохое — часто маловероятное, но эмоционально очень цепляющее.

Причём речь не о минутных переживаниях. Такие пациенты тратят на беспокойство часы. Это не просто осторожность и не просто ответственное отношение к жизни. Это постоянное внутреннее напряжение, которое захватывает самые обычные бытовые темы. Человек может снова и снова думать о том, не допустил ли он мелкую ошибку, не скажет ли кто-то что-то неприятное, не произойдёт ли маленький сбой, из которого в голове быстро вырастает большая беда.

Типичные направления такого беспокойства можно описать так:

1. Повседневные мелочи, которые для большинства людей остаются на периферии внимания.
2. Тревога за близких, например мысли о том, что с ребёнком обязательно что-то случится, если он куда-то пойдёт.
3. Страх редких негативных событий, например, что уволят из-за незначительного нарушения или случайной ошибки.

То есть человек беспокоится не потому, что риск действительно высок, а потому, что его психика всё время удерживает фокус на возможности неблагоприятного исхода. И чем больше он об этом думает, тем менее убедительными становятся рациональные доводы. На уровне логики он может понимать, что вероятность мала. Но на уровне переживания это мало помогает.

Здесь и проходит важная граница между обычным беспокойством и ГТР. В норме тревога мобилизует: человек что-то продумал, что-то сделал и переключился. При ГТР переключения почти не происходит. Мыслительный процесс становится вязким, самоподдерживающимся и бесконечным. Один повод сменяется другим, одна тема цепляется за следующую, и в результате человек живёт не в реальности, а в непрерывной системе мысленных предупреждений.

Именно поэтому мне близка идея, что ГТР точнее рассматривать не просто как тревогу, а как патологическое беспокойство. Такой взгляд позволяет лучше увидеть его ядро. Не телесное возбуждение само по себе, не острый страх, а хронический когнитивный процесс — постоянное внутреннее моделирование угроз, которые чаще всего касаются самых обычных сторон жизни.

Автор: Чернова Оксана Сергеевна
Психолог, Клинический психолог Нейропсихолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru