Зима 1944 года. Операция «Багратион» гремела на весь фронт, но здесь, в густых, заснеженных лесах под Полоцком, царил свой, локальный ад. Советское командование успешно громило тылы группы армий «Центр», и немецкая контрразведка, отчаявшись остановить партизанскую «рельсоловлю» и диверсии, пошла на крайние меры.
Это не были обычные сторожевые псы. Это была специально выведенная и натасканная стая волкодавов — огромных, свирепых зверей, чья шерсть сливалась с зимним лесом. Их привезли из питомников Германии. Их кормили сырым мясом и приучали к одному запаху — запаху человека в советской форме. Их не использовали для охраны. Их использовали для охоты.
Стая работала безжалостно. Они не лаяли. Они выли. Этот низкий, утробный вой, доносящийся одновременно со всех сторон, сводил с ума. Они нападали на часовых на рассвете, перерезая глотки одним молниеносным движением клыков. Они вырезали целые секреты, не оставляя выживших. Но самое страшное началось, когда они стали нападать на деревни, где находили приют партизаны.
Ночью деревня просто вымирала. Утром разведка находила лишь распахнутые двери, следы огромных лап на снегу и... пустоту. Ни криков, ни выстрелов. Только кровь на пороге и изуродованные тела тех, кто пытался дать отпор. Стая работала как единый организм: одни псы блокировали окна, другие выбивали двери, а вожак — огромный, угольно-черный кобель с рваным ухом — входил последним, чтобы забрать жизнь. Страх перед ними был так велик, что некоторые отряды партизан снимались с места и уходили вглубь болот, лишь бы не слышать этого воя.
Именно тогда из штаба партизанского движения пришла шифровка для отряда «Заслон». Им предписывалось найти псарню, где содержались звери, и уничтожить её.
— Волкодавы? — хмыкнул Кузьмичов, когда Воронцов ставил задачу у костра. — Ну наконец-то достойный противник. А то всё русалки да кикиморы... Я хоть шашлык сделаю.
— Ты сначала доживи до шашлыка, Кузьмич, — мрачно заметил Ибрагим, проверяя затвор своего «Дегтярева». — Я слышал, эти твари размером с теленка.
Отряд шел по следу три дня. След был странным: не отпечатки лап, а вытоптанные в глубоком снегу широкие тропы и... кости. Обглоданные кости мелких лесных животных и собак-охранников, которым не повезло оказаться на пути стаи.
На четвертый день они нашли её. Псарня была устроена в заброшенном лесном хуторе. Высокий забор с колючей проволокой под током. Из-за забора доносился глухой рык и лязг цепей.
Воронцов наблюдал за хутором в бинокль с опушки.
— Так, Студент. Твоя теория про «единый организм» подтверждается. Видишь тот большой черный сарай? Там их логово. И там же должен быть вожак.
— А как мы их выманим? — прошептал Василий Орлов, нервно поглаживая свой ППШ. — Свистнем?
В этот момент из-за угла сарая лениво вышел он. Вожак. Он действительно был огромен. Угольно-черная шерсть стояла дыбом на загривке, а в пасти он держал что-то, похожее на человеческую кость. Он остановился, повел носом по ветру... и посмотрел прямо на опушку леса.
У всех перехватило дыхание.
— Он нас чует... — прошептал Лебедев.
Вожак глухо зарычал. Это был не лай. Это был утробный рокот землетрясения. А затем он запрокинул морду к небу и завыл.
Вой был ответом на его зов. Из-за сарая, из-за дома, из-за каждого сугроба вокруг хутора начали подниматься огромные серые тени. Десять... пятнадцать... двадцать зверей. Стая окружала хутор по периметру, реагируя на зов вожака.
— Вот теперь точно свистнем, — спокойно сказал Кузьмичов и достал из вещмешка связку немецких гранат на длинной ручке. — Только у меня предложение получше.
Он вырвал чеку у одной гранаты и с молодецким «Эх!» швырнул её высоко в воздух через забор, целясь в крышу сарая.
Граната упала точно в вентиляционное окошко.
Взрыв внутри бревенчатого строения прозвучал глухо, но мощно. Стая взвыла уже не от боевого азарта, а от боли и ярости. Несколько псов упали, подкошенные взрывной волной и осколками.
— Огонь! — скомандовал Воронцов.
Затрещали автоматы и пулемет Ибрагима. Пули калибра 7.62 сбивали зверей с ног, но те были невероятно живучи. Они бросились к забору, пытаясь перепрыгнуть его или найти лазейку.
И тут черный вожак совершил ошибку всей своей собачьей жизни. Он решил перепрыгнуть забор прямо там, где залег Кузьмичов со своим ящиком «подарков». Ефрейтор ждал этого момента.
Когда огромная черная туша взвилась в воздух над забором, Кузьмичов спокойно привстал на одно колено и точным ударом саперной лопатки перебил цепь гранаты от ящика.
— Лови! — крикнул он и метнул ящик прямо в морду летящему псу.
Взрыв десятка гранат внутри ящика был оглушительным. Черную тушу разорвало в воздухе на куски, обдав снег вокруг фонтанами крови и шерсти.
Стая замерла на секунду. Их вожак был мертв. А затем они сделали то, чего от них не ожидал никто: поджав хвосты (те немногие, что у них остались), уцелевшие псы развернулись и бросились врассыпную обратно в лес.
Бой закончился так же внезапно, как и начался.
Кузьмичов встал, отряхнул снег с колен и подошел к тому месту, где упал ящик.
— Эх... — вздохнул он с искренним сожалением профессионального кулинара. — Такое мясо испортил...
Подписывайся на мой канал!!Ставь палец вверх и оцени историю в комментариях!!!!!!Буду благодарен!!!
Продолжение ниже!!!